Вера Чиркова - Тихоня (СИ)

— Потом я поняла, что это было сделано специально, ей мы нужны были утомленными и ослабленными. Потому и нечисть она пустила по нашим следам заранее, чтоб последние силы вымотать. И, разумеется, неспроста первого она отправила Маста, двух мужчин ей было не одолеть. Обманом отправила, капсула в чашке с зельем была.

А вот это Змею вдруг вспомнилось. Как широкоплечий мужчина пьет что-то из чашечки и вдруг раздается хруст.

— Потом она отправила Ниди… и постаралась оскорбить ее как можно сильнее, но та держалась мужественно… хотя плакала все время.

А вот это Эста рассказала специально, им с матушкой очень нужно было понять, сколько чувств к пепельноволосой королеве осталось в душе Олтерна.

Как выяснилось, достаточно, чтоб заставить его мгновенно осунуться и стиснуть зубы.

А потом сквозь эти сжатые зубы проскрипеть:

— Она ведь могла… за все эти годы… хоть одно письмо отправить.

— Не могла, — категорично отрезала Тмирна, глядя на герцога с состраданием, — как выясняется, у Зоралды было чем держать ее в повиновении, и кроме того, она для верности время от времени поила сестру своим зельем.

— Но Зоралда же… — задумался Змей, припоминая всем известное имя, — герцогиня?!

— Нет. Она давно не герцогиня, сама отказалась от этого титула, оставив вместо себя в поместье служанку, — кротко пояснила ему Тмирна, — последние годы она была непримиримым врагом Олтерна и той самой ведьмой, которую ты убил.

— Я хочу немедленно отправиться к целителю, — встал из-за стола Дагорд, — как выясняется, я не помню общеизвестных вещей и не смогу ничего рассказать или сделать, пока не верну свою память.

— Само собой, — с искренним огорчением произнесла Тмирна, — ты имеешь на это право. Сейчас мы вызовем охрану, и тебя проводят.

Змей уже шагнул к двери, но краем глаза заметил, как хмуро кивнула монахине Эста и обострившаяся интуиция стиснула сердце непонятной тревогой.

— Госпожа настоятельница, — остановившись, холодно уставился на монахиню граф аш Феррез, — если есть какие-то обстоятельства, по которым процедуру возрождения памяти следует отложить, я требую, чтоб вы сообщили мне об этом немедленно.

— К сожалению, есть, — сочувствующе вздохнула она, — потому-то мы тут и сидим.

— Какие? — Змей вернулся на место и уставился на монахиню, — рассказывайте. Только сначала ответьте на один вопрос, где моя жена и кто она?

Все присутствующие вдруг разом спрятали взгляды, нашли себе занятие, подлить травяного настоя, подложить кусочек сладкого пирога, Тмирна так вообще вся ушла в изучение полученных трофеев.

— С ней что-то случилось? — встревожился граф, — почему вы все молчите?

— С ней все в порядке, — обменявшись с воспитанницей несколькими непонятными взглядами и вроде, даже жестами, — успокаивающе сообщила Тмирна, — но пока ты не вернешь память, на эту тему говорить не стоит. Поверь мне, ничего плохого, ты сам потом все поймешь. Так рассказывать или нет, про ночные события? Там немного осталось.

— Конечно, рассказывайте, — кивнул Змей, перебирая в памяти все известные ему причины, по каким он не может немедленно узнать имя жены.

И начиная подозревать, что зря согласился тут остаться, однако и вида не подал, не подобает взрослому мужчине так часто менять решения.

— Когда Ниди ушла, я ждала, что следующая будет моя очередь. Зоралда определенно знала, что я опасна, и должна была от меня избавиться, — тем же ровным голосом объясняла Эста, и Змею казалось, что что-то крутится на краю сознания, только никак не дает себя поймать, — но она велела пить зелье Змею. И начала объяснять, за что его ненавидит. За то, что он не пустил ее пятнадцать лет назад в спальню Олтерна, а пустил ее кузину, за то, что втащил герцога на галерею, когда она столкнула, но что она злила его нарочно, я поняла позже. Она хотела, чтоб затуманенный зельем Змей забыл про меня, и сломал свою капсулу, едва она ускользнет. И вот это очень важно, потому что если бы они должны были прийти в одно место, вряд ли она стала так рисковать. Ведь человек, выпивший зелье, помнит только то, что говорил и делал в последние минуты, перед тем, как выключилась его личность, и никто бы не успел ей помочь. Поэтому я уверена, они должны были прийти в разные места.

— Верно, — одобрительно кивнула Тмирна, — я тоже так решила.

— Но он выплюнул зелье ведьме в лицо и бросился на нее, как только получил капсулу. И она немного, всего на считанные секунды не успела сбежать. А в этот момент я все поняла и закричала Змею: — ломай. И схватилась за его плащ. Поэтому нельзя строить прямую от того поля, куда выбросил нас портал, капсулы, ведущие в одном направлении, тащили нас лишь до того места, пока их пути не разошлись так сильно, что магии стало не хватать. Мы с матушкой, пока ехали в карете, попытались просчитать, куда примерно должны были привести эти капсулы и вот что получилось. Один путь прошел мимо городов к побережью, в портовый городок Талез. И именно туда очень удачно идет одна из троп контрабандистов, возящих товары из Торема. А вот второй показал на небольшой городок Макрен, под Геркойским хребтом, и как матушка успела выяснить, неподалеку от него всего три или четыре поместья, в которых обособленно живут переселенцы из Дройвии. Сами знаете, там чистокровным людям жить не очень-то нравится.

— Ты хочешь сказать? — бледнея, хрипло спросил Олтерн.

— Я хочу туда пойти, — твердо кивнула Эста, — причем, немедленно. Не могу утверждать, но почему-то мне кажется, что Ниди немного схитрила. Не может быть, чтоб она за эти годы не припрятала где-нибудь немного зелья, которым Зоралда лечила отщепенцев.

— Ты хочешь идти одна? — насторожился Змей.

— Медлить нельзя, — виновато вздохнула она, — в письме Маста было написано, что там у него любимая жена и ребенок, и если у Ниди все же есть зелье и она выпьет сама и даст ему, то они почти сутки будут беспомощнее котят. А за это время может из Талеза прийти порталом Кэнк с отрядом. И вообще может быть любая ситуация, и я за них волнуюсь.

— Может лучше послать туда отряд? Или, лучше по отряду в каждое поместье, — нахмурившись, рассматривал тихоню Олтерн.

— А если там есть преданные Зоралде люди? Или просто запуганные?! Ведь никто не знает, что она умерла! А мы не знаем, какие ведьма оставила им указания на такой случай. А вот мое появление никого не насторожит, она не имела обыкновения делиться своими планами и никто не знал, что она изобрела для меня. Матушка сейчас отправит записку Змея одному человеку, он подберёт бумагу и почерк, и пришлет для меня письмо, достаточно будет его показать, чтоб мне поверили. А потерявшую память я сыграю легко, — видно было, что Эста уже приняла решение, — и если можно будет прийти отрядом, то сразу пришлю вам вызов.