Александра Авдеенко - Ведьмин круг

  - Ба, - вдруг вспомнила я. - А как с моим проклятием? Я еще буду оборачиваться в кошку или как?

  - Да исчезло все. Проклятие истончалось каждый год все больше и больше с того момента как ты одела браслет, а после того как ты взяла в руки кинжал и вовсе растворилось, - если не веришь, попробуй - обернись.

  Я тут же подскочила со стула и привычно потянулась к силе для оборота. Ничего не получалось как бы я не старалась. Я опять уселась за стол и принялась расстроено жевать очередной бутерброд.

  - Жаль, я так к ней привыкла, - вздохнула я с сожалением. - Все-таки в этом что-то есть, когда ты оборачиваешься кошкой.

  - А кто тебе сказал, что ты не сможешь? - она посмотрела на меня лукаво.

  - Ты и сказала, - не поняла я.

  - А ты о чем меня до этого спрашивала?

  - О проклятии, - я все еще не понимала к чему она ведет.

  - Нуууу, все правильно. Проклятие исчезло, а вот навык оборота остался. Сил это потребует больше, оборот не будет принудительным, как раньше и опять же ты не будешь зависеть от времени суток. Я, кстати, иногда вороной оборачиваюсь, - усмехнулась она.

  - То есть ты хочешь сказать, - радостно прошептала я, - что я опять могу в кошку превращаться? Уряяя! Ба, а почему у меня сейчас ничего не вышло с оборотом?

  - Так ты к проклятию тянулась, а нужно к источнику и тогда все получится, - и, видя, что я собираюсь устроить эксперимент, не отходя от стола, она быстро привела меня в чувство буквально одним словом. - Потом!

  - Чаго голосите? - спросил домовой, выбравшись на мой крик из-за печи.

  - Степаныч, я опять в кошку могу превращаться! - поделилась я радостью.

  - Ууу, дурища, так ты и ранее могла, чаго голосить на усю округу? - и он опять забился за любимую печь.

  - Так, эту новость нужно срочно заесть чем-то вкусненьким! - я придвинула к себе мед и масло и продолжила ваять бутерброды.

  Бабуля смотрела, как в моем ненасытном желудке исчезает уже пятый кусок каравая и только ласково улыбалась.

  - Совсем ты у меня выросла, - потрепала она меня по голове, - вон и ешь уже как мужик.

  - Бааа! - возмутилась я, еле справившись со вставшим колом в горле кусочком. - Тебе жалко?

  - Да бог с тобой! - замахала она на меня руками. - Ешь, тебе нужно силы восстановить после вчерашнего.

  - Это да, - я облизнула ложку с медом и, зажмурившись, как сытая кошка, довольно улыбнулась. - А теперь так на сладкое всегда тянуть будет?

  - Пока силы не вернутся, будет. А потом не больше обычного. Но тут у кого как. Я после потери сил на огурцы соленые налегаю, - она прыснула от смеха как молоденькая девчонка.

  - Кстати о беременных. Ник сегодня должен нарисоваться, поставила я ее в известность.

  - Ты ему звонила?

  - Ага, - я коварно улыбнулась. - Будущий папашка, как новость-то узнал, так обещался прискакать незамедлительно.

  И вот, как будто специально дожидаясь этого момента, раздался стук, а потом в дверях появился наш вампир, впуская в хату морозное утро.

  - Где она? - спросил Ник, обшаривая шальными глазами кухню.

  - И тебе драсти, мил человек, - насмешливо сказала бабуля.

  - А? Извините, - стушевался он немного. - Доброго вам дня. Прасковья, где Маланьюшка?

  - В соседнем доме.

  Ник было ринулся на улицу, но его вовремя остановил бабулин окрик.

  - Куда? Да еще и с таким выражением на лице? Ты ж мамашу будущую напугаешь, и она родит до срока! - гаркнула на него бабуля.

  - Не напугаю, - сказал он счастливо и выбежал за двери.

  - Нужно бы за Никитичной сходить, а то она от любопытства от них не отойдет. Им-то сейчас все равно, но зачем молодым в таком деле третий?

  Она накинула на голову шерстяной платок, обула валенки и тулупчик, и выскочила во двор. Вернулась бабуля минут через пятнадцать уже с Никитичной.

  - Привет Параска, - сказала старушка, плюхнувшись на лавку возле меня. - Как делы?

  - Да ничего.

  - А мине Настасья не дала у собственной хате остаться, - вздохнула она печально. - Там же чичас так интересно! Не у кожном серьяле таки страсти увидишь. Он к ней подбегаить, бухаеся у ноги и кричить на усю хату 'Малашка, ты с дитенком моя навеки!'. Я аж прослезилася от йихних чуйств. Така любофф, ну прям така! А она йому бух на коленку и каже 'Никусик, я твоя навеки, только папочка благословить должон'. Это значитца водяной нашенский. Ну и правильно, энто же как без батькового благословения жить-то?

  - А как дитенка без благословения сделать так это нормально? - возмутилась бабуля.

  - Не, не нормально, но усеж! А так интересно шо у них дальше буде, а ты меня забрала, - Никитична расстроено посмотрела на меня, а потом на бабулю. - А може я пойду? Може им там чаек сделать нужно или там борщу разогреть? Ведь мужик не жрамши с утра, усе ж у дороге был, да и девка наша беременна. Тоже могет захотеть вкусненького. А ишо водички для ванны ей разогреть нужно, усеж русалка, стырчить там по полдня, шкуру отмокаить.

  - Сидеть! - рыкнула бабуля на пятящуюся к двери Никитичну. - Какой мужик не жрамши? Вампир он! Вампир! Ты ему шею немытую опять подставлять будешь? А с водой они и сами разберутся!

  - Да не, - стушевалась Никитична. - Это я так, просто.

  - Вот сиди и не дергайся. Можешь за мой ноутбук сесть и початиться, если хочешь. Но туда я тебя в ближайший час не пущу, и не надейся, - припечатала бабуля.

  - Злая ты Настасья, - сказала Никитична, наверно от расстройства не коверкая слова диалектом.

  - А Вы не видели, Ник сам приехал? - спросила я у них обеих.

  - Да не, другий у машине сидит, - отмахнулась Никитична. Этот момент был ей совсем не интересен.

  - Так чего же вы молчите-то? - возмутилась я. - Нужно Рема в гости пригласить.

  - А и правда, - сказала бабуля. - Зови этого оболтуса недогадливого.

  Я накинула на плечи куртку и выскочила на улицу к припаркованной рядом машине.

  - Рем! - взвизгнула я от радости, - Рэмушка!

  - Раська! - крикнул парень радостно, выскакивая из кроссовера и тиская меня в вампирьих объятиях. - С днем рождения, маленькая!

  - Спасибо, родной.

  - Это сколько тебе сейчас стукнуло? - радостно спросил Рем.

  - Женщинам такие вопросы не задают, - сказала я чуть смутившись. - А вообще-то я теперь совершеннолетняя, мне уже двадцать один.

  - Ух, ты! Здорово! А как отмечать будешь? - он оперся рукой о калитку и посмотрел на меня заинтересованно.

  - Ммм, еще не знаю. Наверно с бабулей сегодня, а потом с родителями, но это уже после нового года.

  - Как-то это звучит не особо весело, - удивился он. - А может мы тебя заберем вместе с Маланьей да и кутнем по полной?