Путь к дракону - Маргарита Ардо
Я открыла было рот, чтобы сказать, что я не в настроении, но тут же поперхнулась. Дари выудила на свет божий небольшой белый череп.
— Класс, да? — Она с восторгом обернулась ко мне. — Это не ворона, но можно считать, что её местный аналог. Видела белых пушистых птичек над морем? Глянь, какой клюв! Почти пасть крокодила! С зубками!
У меня дёрнулся глаз.
— Просто милашка… — выдавила я из себя. — А где остальное?
— Да сожрал кто-нибудь, наверное. — Дари повернулась обратно к своим находкам и, как казначей монеты, пересчитала одну за другой. — Тут вообще фауна от нашей отличается. Не замечала? Растения тоже.
— Нет. Вроде всё нормальное, кедры как кедры, берёзы как берёзы, зелёное, с листьями.
Светлые косички на голове Дари чуть не зашевелились от возмущения. Она снова ко мне повернулась.
— Ну ты даёшь, Тара! Знаешь, что должно быть главным у мага?
— Бесстрашие, — ответила я, вспомнив слова Растена. — И сила.
— Тю! — заявила Дари.
— Что такое это твоё «тю»?
— Хы, ты не слышала «тю»?! Боже, дикий человек — не знает, что такое «тю»! — развеселилась Дари, растеряв всё негодование.
Я мотнула головой в недоумении.
— Так у нас выражают несогласие и удивление. Типа: «Да вы что, дамочка, обкурились»? — паясничала Дари. — Или «Где вы учились, милейший, что не знаете таких простых вещей»? Ну или попросту «да ты бредишь»!
— Можно было сразу так сказать. Тоже мне слово — «тю», — проворчала я, усаживаясь на кровать.
Выгребла из сумки тетради и учебники, надеясь защититься домашним заданием от любых мероприятий.
— Классное слово! Живое. Короче, главное для мага — внимательность. И мозги, конечно! — весело сказала Дари. — А тут только в кампусе всё нормальное растёт и водится. Наверное, от нас привезённое. За пределами академии ой что творится!
— А ты что, нарушала запрет? — Я с интересом подалась вперёд. — Ты была в лесу?
— Чутка, по кромочке. Ещё до всех взрывов и до появления ищеек. Я же исследователь, мне всё интересно. Кстати, кладбища так и не нашла, прикинь?
— Наверное, тут никто не умирал.
— За несколько сотен лет? — скривилась Дари. — Оно точно где-то есть, просто не на территории. Тоже интересно, почему. Я ещё поищу. Но мы отвлеклись от темы: вечеринка! Надо наряжаться.
Я моргнула и с тоской посмотрела на шкаф: моими нарядами из дома только орфов пугать. И вдруг вспомнила слова Линдена: «Ты невероятно красивая!» Улыбнулась. Никто мне такого не говорил. И голос у него приятный…
А сердце моё сжалось.
— Что с нашими планами, Дари? Как будем Линдену помогать?
Подруга обернулась. Почесала макушку.
— Я тут болтала кое с кем. Про срезанные на присяге пряди и всё такое… Сказали, что Книга знаний и эти причиндалы должны храниться в архиве ректора, то есть у мадам Морлис. Архив примыкает к её личному кабинету, и вход туда есть только её личному секретарю, который… тадам… один из тонтту. Видимо, людям-людишкам Морлис не очень-то доверяет.
— Ого! Спасибо за информацию! Тонтту секретарь — это что-то новенькое!
— Да, я тоже прифигела. Хотя удобно: не надо тебе, он не отсвечивает, делается невидимым; надо — ать-два, он тут. Нормальному работнику приходится отпуск давать, выходные, а тонтту по одному вызову вжик, и рядом, и хоть всю ночь пашет.
— Вжик? Хочешь сказать, что они, как орфы, перемещаются в пространстве мгновенно?
— А ты не знала?
Я покачала головой и задумалась. Действительно удобно получается: невидимый, быстрый, ответственный, только и умеет что служить.
— А кому подчиняются тонтту? — спросила я. — Я думала, что Растену и Гел-Бассену.
— Вообще да, хозяйственные «синячки» их и слушаются. Но у Морлис есть пара собственных. — Дари хихикнула. — Элитных, которые, к тому же грамотные.
— Занятно. Получается, что тонтту отдыхать не надо?
— Неа. — Дари снова отвлеклась на свои находки, поднесла белый, солнцами высушенный череп прямо к глазам и проговорила, параллельно будто думая о своём: — Тонтту из местных, я из любопытства давно выяснила всё про всё. Их подвид подвизался на службу тому самому Великому волшебнику, потому что он им обеспечил от кого-то там защиту и дал постоянное жительство в академии.
— Очень выгодный договор.
— Весьма. Куча полуматериальных слуг, которые питаются энергией, вроде как от источника магии. По сравнению с прочими жителями слоя тонтту кучеряво живут.
— Наверное, остальные им завидуют… А почему тонтту полуматериальные? — озадачилась я.
— А какие ещё? — Дари глянула на меня, словно я не понимала самых простых вещей. — Еда обычная им не нужна, кормятся энергией; хотят появляются, хотят, нет, крови у них тоже нет. У нас на Севере таких бы нечистью назвали, а на Востоке — полудемонами.
— Но печенье же тонтту ел… — начала было я и осеклась, вспомнив, что синий малорослик сказал мне, что для него именно энергия вкусная.
— Ты, подруга, забыла, что мы не в нашей реальности, а в другом слое? Тут большинство существ, кроме нас, пришельцев, вот такие — полудемоны, не особо живые, но и не мёртвые…
— Как Линден, — вырвалось у меня, и я вспомнила девушек-медуз в море и человечков-светлячков в кустах.
Дари оторвалась от любования черепом.
— Зуб даю, потому твой Линден до сих пор и тусит. Астральный двойник или кто он там, но если бы такое случилось в нашем мире, уже б развеялся, как привидение. А тут, пожалуйста, в плазме, однако общается и живёт как-то, действует.
— Но что делать-то?
Дари помолчала, потом подошла и плюхнулась рядом, приобняла меня.
— Иногда самое правильное, подруга, — просто повеселиться! Особенно когда понятия не имеешь, что можно предпринять. А на вечеринке с одним поболтаешь, с другим; может, чего узнаешь. Или просто развеешься. Ради тебя же устраивают!
— Это формальность. Они меня не любят. — Я поджала губы.
Дари фыркнула.
— Не любят обычно за то, чего у самих нет. Гордись, значит, сколько у тебя всего есть, что целый поток нос воротит! Зато там будет много вкусной еды, хорошая музыка. И я!
Я хмыкнула. Глянула на неё, понимая, что вот её я уж точно люблю. И сказала:
— Ладно, уговорила.
Но надеть было всё равно совершенно нечего. И это беспокоило больше, чем то, что собирается делать Дари в нашей комнате с дохлой ящерицей и черепом белой вороны с зубами крокодила.
⁂
Я рассматривала себя в зеркало придирчиво, как всегда. Почему-то с того момента, как Линден сказал: «Ты слишком красивая, чтобы повесить…», во мне что-то изменилось. Внешность может спасти жизнь? Правда? Почему он так сказал? Какая я?
И я снова искала в своём отражении подтверждение того, что красивая. Глупо? Наверное. Нос, кажется, длинноват, слишком
