Однажды я вернусь! - Татьяна Донская

она жена, ты сказала? — с глубочайшим удивлением на лице выдохнул Трей.

— Главного императорского целителя. У них двое сыновей.

— Не может быть! Я лично знаком с главным целителем. Это почтенный старец, и он никогда не был женат.

— Как? — озадачилась я.

— Совсем никак и никогда, — попытался юморить светлейший.

— Ой, и что всё это значит? Она соврала? Но зачем? — я недоумённо уставилась на супруга.

— Не знаю, но очень хочу узнать. И обязательно это сделаю. Да и то, что ты рассказываешь о времени, проведённом в Пристанище Мириты, разительно отличается от официально установленного порядка адаптации прибывших на Кейтар.

— Тогда я вообще ничего не понимаю. Ания ведь не сделала мне ничего плохого, наоборот, только помогала.

— Во всём этом ещё предстоит разобраться. Я бы не спешил с такими утверждениями.

— Вот и не спеши, — взметнулась я. — А я чувствую, кто мне друг, а кто — нет. Вон, ваша императрица мне сразу не понравилась.

— А что с… императрицей? — настороженно отозвался Трей.

— Скоро дойду и до этого, жди, — невозмутимо ответила я и продолжила подробно рассказывать о своих приключениях на Кейтаре.

На воспоминаниях о кетаниевой аллее Трей хмыкнул и ехидно заметил:

— Да-да! Помню твой эпохальный полёт и бессовестное враньё. Во-первых, врать ты не умеешь, поэтому лучше не пытайся. А во-вторых, сразу было понятно, что ты иномирянка и ничего не знаешь ни о кетаниях, ни о призыве магических существ.

Чужие наглость и самодовольство поразили до глубины души:

— Так почему же ты ничего не сказал мне тогда?

— Зачем? Тебе не хотелось сохранить инкогнито, а я всего лишь подыграл. Узнать, кто ты, не составило большого труда. Ты ведь знаешь уже, что все женщины у нас наперечёт, и новые не падают с неба каждый день. Может пройти не один месяц, и даже год, прежде чем появится следующая.

— Вот как? Ания как-то сказала, что на Кейтар приходит не так много женщин, но я и не подозревала, что так мало.

— Слёзы Мириты ищут женщин из своего рода во многих мирах. Это долго и хлопотно. Ну и добровольность… Иногда она задерживает ожидание на очень долгий срок. Почти никто не попадает сюда на следующий же день после получения слезы, но считается, чем короче этот срок, тем сильнее кровное родство с богиней. Выходит, ты её прямая наследница. Почти богиня! — Трей вымученно улыбнулся, видимо разговор и открытия, сделанные во время него, не особо его порадовали.

Я поёжилась и непроизвольно передёрнула плечами: несмотря на все чудеса, которыми меня удивил Кейтар, в мою собственную божественность верилось с трудом. Боги — это же что-то великое и далёкое! Мне захотелось перевести разговор на что-то другое: родственные узы с богиней я пока не готова обсуждать, поэтому спросила первое, что пришло в голову:

— А что ты делал в Пристанище, когда мы с тобой встретились впервые?

— Если честно, я и сам не понял: получил приглашение от главного смотрителя Пристанища с просьбой прибыть срочно. В записке говорилось, что он будет ждать меня в такое-то время в таком-то месте. Записку доставили поздно, я еле-еле успевал на встречу. Каково же было моё удивление, когда вместо него я застал на кетаниевой аллее тебя. Потом случилось то, что случилось. А когда ты, ломая кусты, ринулась бежать, мне не осталось ничего другого, как отправиться на поиски смотрителя.

Трей устало потёр виски руками и продолжил:

— Смотритель, когда я его нашёл, от удивления даже начал заикаться. Оказывается, он ничего не посылал ни мне, ни кому-то другому. От него же я узнал, кто ты и что у тебя очень посредственные магические показатели. С этого момента я начал подозревать тебя в интригах и закулисных играх. А уж когда меня тобою «наградили», ещё больше утвердился в своём мнении.

— Я полагаю, что был момент, когда ты разуверился в нём, иначе бы мы сейчас здесь не разговаривали. Я хочу знать, что и когда тебя убедило в обратном.

— Это пришло не сразу, не в один момент. Во-первых, твой фамильяр: каяни не являются на зов магов с чёрной душой и не ластятся к ним, как кошки. Они выбирают сильных светлых магов, которые смогут их подчинить и подпитывать своими чистыми эмоциями. Ты знаешь, что каяни поглощают негатив, но он ведь тоже бывает разным: можно брызгать ядом от зависти, от ненависти к кому-то, а можно испытывать грусть из-за сострадания к тому, кому сейчас плохо, печалиться о любимых. И там, и там негатив, но он качественно разный. Каяни — гурманы, они питаются только чистой и светлой пищей, награждая своего хозяина в обмен мощной магической подпиткой.

Во-вторых, императрица: её реакция на тебя, полные ненависти взгляды. Так не смотрят на своего союзника или протеже. Кроме неё никто не стал бы тебе помогать плести интриги. Значит, что-то тут не то!

Глава 51

Откровения, от которых кошки скребут на душе

Светлейший замолчал, явно над чем-то размышляя, а я продолжила:

— Я и на Земле могла безошибочно определить, стоит ли иметь дело с каким-то конкретным человеком.

Запнулась, вспомнив, как не разглядела червоточину в Никитушке Вересаеве, и, покраснев, тяжко вздохнула:

— Ну… За о-очень редким исключением, которое даже в расчёт можно не принимать. А тут, на Кейтаре, эта моя способность усилилась в разы. И императрица, ещё даже не сказав ни слова, сразу вызвала у меня неприятие. Ты верно сказал: маги с чёрным нутром. Так вот, у неё оно именно такое!

Выпалила последнюю фразу и зажмурилась. Да кто я такая, с точки зрения верховного мага Кейтара, чтобы обвинять правительницу в столь серьёзных вещах! Но ан Алой не перебил, не вступился за Энью, лишь качнул головой, то ли соглашаясь, то ли подтверждая, а у меня невольно вырвался вздох облегчения, как будто внутри разжалась тугая пружина.

— Откровенность за откровенность, — Трей поднял на меня глаза и долго всматривался в моё лицо. Я уже стала привыкать к этой его привычке: он триста раз подумает и только потом скажет. А ещё ему очень важно видеть мои глаза. Я когда-нибудь наберусь храбрости и спрошу, что он в них пытается прочесть. Когда-нибудь, но не сегодня…

Тем временем светлейший продолжил:

— Я давно её подозреваю в неискренности, она манипулирует императором. С тех