Под крылом Дракона. Любовь вопреки - Анна Герр

приподнял моё лицо за подбородок так, чтобы наши глаза встретились. Мои испуганные, непонимающие и его… ненавидящие и переполненные предвкушением.

– Алира-Алира, – медленно покачал он головой, впиваясь пальцами в кожу. – Как переменчива твоя любовь… Совсем недавно ты клялась в любви ко мне и всем сердцем ненавидела своего мужа, желала ему смерти, жаждала носить в своём чреве моё дитя, а сейчас? Сейчас ты также клянёшься в любви моему брату? Также под ним стонешь как подо мной? Также страстно отдаёшься ему ночью, как мне при каждой нашей встрече и своими лживыми губами целуешь теперь его?

Я вздрогнула. Внутри всё перевернулось. Сознание затопляли дикий страх и ужас от того, что я попала в ловушку, из которой не представляла, как вырваться. Что сделать? Что сказать, чтобы выжить? Оттянуть время в надежде, что успеет Риан меня спасти? Но… поместье защищено. Роин не должен был сюда попасть. Он вообще был в темнице. Под охраной. Завтра его суд. Но он как-то сумел выбраться и проникнуть сюда. Чтобы что? Отомстить Алире? А Алирой сейчас для него являлась я и мне никак это не обыграть. Я не могла раскрыть эту тайну. Да, даже если бы и раскрыла, то поверил бы мне Роин?

Где же Риан? Где? Неужели он ещё не почувствовал, что в его поместье проникли враги? Нет, не должно быть такого. Он сильный маг. Дракон! Он сам накладывал защиту на поместье и на мои покои, значит должен почувствовать.

Но… Роин его родной брат. Тоже дракон и сильный маг. И прекрасно знает родовое поместье Триалле. А это значит, что раз он сумел неким образом вырваться из такого охраняемого места, как его тюрьма, то сюда проникнуть ему было куда проще…

– Вижу в твоих глазах надежду, – опасно улыбнулся дракон. – Ждёшь своего спасителя? Что вот-вот он ворвётся и спасёт тебя? Аха-ха-ха-ха-ха… Напрасно, моя дорогая… Напрасно…

– Риан… – прошептала охрипшим голосом, предчувствуя что-то настолько ужасное, что перед глазами начало темнеть, а сердце усталой, после долгой нескончаемой дороги, лошадью остановилось и упало… куда-то глубоко, где обитала тьма.

– Ах-ха-ха-ха, – с хрипотцой и злорадством рассмеялся ледяной дракон. – Моего любимого брата больше… нет. Нет, Алира. Больше некому тебя спасать. Не на что надеяться.

Не на что надеяться…

Нет…

Его больше нет…

Моё сознание затопила такая боль, что я потеряла связь с реальностью. Моя душа билась в сжигающем заживо пламени агонии. Жадный огонь пожирал мою душу, моё сердце, которое мучительно умирало.

Я сама умирала…

Сознание вернулось от хлёстких ударов по щекам. Меня посадили на холодный пол, прислонив спиной к высокой ванне. От очередного удара мою голову откинуло в сторону с такой силой, что хрустнули позвонки. И как только не свернули мне шею?

Хотя… плевать… На всё плевать…

– Надо же-е-е-е, – удивлённо протянул Роин с ненавистью глядя на меня. – Такой реакции я не ожидал… Так кого же ты, дорогая, всё-таки любила? Я ведь далеко не дурак, но в твои чувства верил. Они были искренними. А теперь ты с ненавистью и страхом смотришь на меня, а от одной только новости о том, что ОН сдох ты впадаешь в такое состояние… Тебе больно? Теперь ты любишь его? Или это страх от того, что тебя некому защитить и я пришёл забрать должок? А ты прекрасно знаешь, что долги я беру с лихвой.

По щекам покатились предательские горькие слёзы…

– Если тебя ещё могу понять… то моего брата никак! – рыкнул дракон и в его взгляде сверкнула тьма. – Как только ты узнала, что Риан стал истинным доном, то быстро переметнулась. Скользкая змея, что ищет местечко там, где потеплее. И даже прошлая ненависть сошла на нет? Но как тебя смог простить Риан? Гордый и непреклонный ледяной дракон… Но больше всего интересно, как он смог обрести истинную? Тем более в тебе… – последнее слово Роин выплюнул.

Я безучастно смотрела в тёмные, лишённые и капельки света, глаза. В глаза, полные только ненависти, зависти и злобы, что давно искалечили его душу.

– Истинности давно уже нет. Многие знания утеряны… – неуверенно сказал неизвестный.

Я медленно, преодолевая боль, повернула голову и увидела стоящих рядом ещё двух мужчин, одетых во всё чёрное. Так значит Роин пришёл за мной не один. Быть может, они его и вытащили из плена.

Встретившись с масляными и полными злорадства взглядами неизвестных, я содрогнулась. Осознавая, что сижу здесь… на этом холодном полу своей ванны перед ними голая… Абсолютно голая!

– Это мне и не даёт покоя! – прорычал Роин и посмотрел так на говорившего, что тот вздрогнул и попятился. Дракон просверлил его тяжёлым взглядом, затем вновь повернулся ко мне. – Так расскажи мне, моя дорогая. Открой тайну – как такое произошло? Почему ты стала истинной парой моему брату? Почему? Столько времени спустя ты вдруг оказалась его истинной? Да ещё и после того, как самозабвенно отдавалась мне и вместе со мной готовила переворот против своего мужа?

Я сжала губы, зная, что ничего ему не скажу. Не заставит. Не сможет.

– Не хочешь? – участливо спросил он и улыбнулся. Так улыбнулся, что стало до безумия страшно! – Значит по-хорошему не будешь отвечать? Любимая… эти руки как умеют дарить тебе блаженство, так могут и причинить невероятную тебе боль. Такую, что ты будешь умолять о смерти.

Сознание затопила паника, но я продолжала молчать.

– А ещё… дрянь, я знаю, что ты не беременна! Я уже успел проверить магией тебя, поэтому пощады не будет! – вставая с корточек, выплюнул он и резко ударил меня сапогом в живот.

Я задохнулась от боли и повалилась на бок, всё также окутанная магией, которая не позволяла мне шевелиться, защититься, попытаться убежать. Последовал ещё удар. Ещё больнее. От третьего удара меня впечатало в стенку ванны и я практически потеряла сознание.

– Говори! – требовал дракон, но я молчала, корчась на мраморном полу от удушающей боли. – Не хочешь значит… Есть и другие способы, моя дорогая. Куда более худшие для женщины. Но такие действенные.

Сквозь боль я посмотрела на ухмыляющегося Роина. Дракон следил за мной с таким удовлетворением, с таким упоением впитывал в себя мои мучения и страдания, что я поняла – дальше будет что-то гораздо хуже!

– Раз ты так любишь скакать по мужикам, – Роин зло ухмыльнулся, его глаза налились похотью, а рука