Из Злодейки в Толстуху - Ева Кофей, Елена Элари

«ДАЮ СРАКУ В ТРИ ДНЯ...»

***

Анд бледнеет, разворачивается и уходит прочь.

— Может снова помехи! — выкрикивает Алукерий, стараясь его обнадёжить, а у самого холодок проходится по спине.

***

«Госпожа, это может быть вредно, тем более, если их больше одного...»

Глава 28. Интернет-знакомство с ведьмой

Связь прерывается, и Изида едва ли не ломает ноутбук. Подумать только — её судьба в руках идиотов, больше того — врагов, а она здесь не может ничего сделать, кроме как сгонять с ляжек целлюлит и подстилать себе соломку заранее — если с Эзенгардом придётся распрощаться. А ведь она подняла эти земли с колен. А здесь приходится поднимать сущие… мелочи.

— Бараньи черепа и шипастая шкурка…

Изида плюётся и хмурится, когда из /ноут/ доносится обволакивающее блямканье. На экране высвечивается сообщение какой-то Марины:

«Я не лесбиянка, но ты красивая…»

— Вот коза…

Спустя несколько минут тыканья мышкой Изида понимает, что здесь, в этом их странном сайте, есть профиль Ирочки с её фотографиями, а Марину эту как-то уведомили, что её страницу рассматривают уже полчаса. Видимо, прежде чем перейти на литнет, она случайно тыкнула на неё. Так что как рассматривают — Изида в это время пыталась добиться от Кера чего-то внятного и плевалась как верблюд.

Она хмуро набирает:

«Ты живиш в снижним Челабенске? Я её братт. Артемий.»

Чем дольше Изида находится в этом мире, тем хуже ей даётся местный язык, потому что всё, что осталось от Ирочки, потихоньку выветривается из головы, давая место родному языку, который здесь бесполезен, и который так же забывается. Даже сны уже снятся на какой-то белиберде. На голову дурёхе этой полагаться не приходится, скоро придётся грамоту с самого начала учить, иначе сложно Изиде здесь будет и упекут её куда-нибудь, как умалишённую. Подумав об этом, она прицокивает языком и бросает в воздух тяжёлое эзенгардское ругательство.

До Ирки-то небось, треклятая напасть ещё не скоро доберётся, ей же не приходится запоминать кучу вещей, которых в её мире просто не было. Не приходится писать дурацкие сообщения.

Да и чёрт с ней рядом, а с ним и адские силы…

Изида кривится.

«Вижу, что брат, вижу. Ахаха. В Челябинске, да. Хочешь встретиться? Понравилась? У меня тут очередь из свиданий, но именно сегодня я свободна.»

Изида кивает деловито и принимается рассматривать её фотографии. Марина оказывается рыжеволосой пышкой с яркими красками на лице, большим ртом и родинкой в центре лба.

— Шикарная женщина, платья красные, бусы… Ну, огонь-баба. Только не знаю, что там Артёмка, сможет бараниться или не потянет такую…

«Тока я в разводи, у миня давно ни било жещыни. Но есть дочь. Как ты к ней относешся?!!!»

— Надо сразу, чтобы девка понимала, с какой породой баранца дело иметь будет. А если да — то почему бы и нет.

«Да ты что, а у меня сын, боксёр, видишь, как хорошо?»

Изида морщится:

«Вижу. Харашо. Я сразу поем у тебе!»

Марина что-то долго пишет, а в итоге приходит короткое сообщение:

«Так сразу?»

И тут же ещё одно:

«Нет, давай в кафе, надо лично пообщаться, я девушка приличная всё же. Давай хоть созвонимся? Я по голосу всегда понимаю, что за человек, это у меня такая способность.»

«ВЕДЬМА?!»

«Немножко… ;)»

«МОЯ СЕСТРА НЕ ЛЮБИТ ВЕДЬМ»

«Каждая женщина немного ведьма, разве ты не знал?

А, хотя да, ты же в разводе.

Ну так, номер дашь, Артемий?»

Ну а что, проблемы проблемами, а сбагривать «братца» нужно в любом случае.

И она находит в телефоне — уже понимает как, хорошо — номер и с трудом перепечатывает его.

Маринка звонит Артёму тут же.

Он останавливается на пороге, собираясь к соседу, и неловко вынимает из кармана телефон. Незнакомый номер слегка сбивает с толку, но Артём отвечает:

— Да?

И Алиса следит за ним из-за двери тётиной комнаты.

«А что с голосом-то? Будто не ожидал, что позвоню…» — из трубки льётся грудной женский смех.

Артём мнётся, почему-то глупо улыбается и пожимает плечами, словно она могла его видеть.

— Если честно не ожидал.

«Ну, я барышня серьёзная, хоть и занятая, опять же. А у тебя приятный голос, мне нравится, видно, что добрый человек. Я, если честно, была готова к тому, что ты будешь с акцентом говорить…»

Сердце, отчего-то, делает лишний удар и улыбка становится шире.

— Мне тоже понравился твой голос…

— Марина, — шёпотом подсказывает Алиса.

—… Марина.

На этом он делается озадаченным, затем возмущённым, и дочь скрывается за дверью под его возмущённый взгляд.

— Есть, — продолжает он неожиданно для самого себя, — в нём что-то родное. А чем… или кем, — начинает он волноваться, — ты занятая? И почему с акцентом?

«Ну-у… Из-за манеры письма что ли… Как твоя дочка? Она не против, что мы пойдём на свидание?»

— А… нет, она даже за. Радуется вот, почему-то, кажется… А мы… а куда пойдём? Сейчас? Прости, я что-то растерялся.

«А по переписки-то ты смелее был… Домой ко мне напрашивался вот так сразу… Всем такое пишешь?»

— Никому. Так… я приеду? — выпаливает он.

Марина снова смеётся.

«А я правда тебе понравилась? И ничего не смущает?»

— Разве что-то должно смущать? — теперь улыбка звучит и в его голосе. Артёму начинает всё это нравиться, да и успел подняться интерес.

Она несколько секунд молчит, затем отвечает:

«Мм, у моего дома есть кофейня с вкусными пирожками, можем пообщаться там…»

И она называет адрес.

Артём прохаживается взад-вперёд по коридору, повторяет адрес, чтобы не забыть, и пытается унять волнение.

— Классно. Я сегодня весь день свободен, во сколько мне подъехать? Когда тебе будет удобно?

Алиса, слыша это, подбирается к тёте и обнимает её.

— Пойдём за ними, посмотрим!

— Смотреть на что? Брачные фазаньи игры? Ты что не видела никогда?

Изида приподнимает бровь, а Маринка отвечает Артёму:

«Ну, собираться я буду часа два, а само кафе через дорогу, так что можно вот так. Это в семь, получается.»

— Отлично. До встречи! — и он спешит к Сергею, чтобы одолжить у него пару тысяч.

Алиса надувает губы.

— Ну тёть, ну, пожалуйста! Я же должна знать, какая она.

И когда за Артёмом захлопывается дверь, в доме пропадает электричество. И холодильник на кухне подозрительно «хрюкает».

— Ну вот, — тянет Алиса вздыхая. — Мороженка растает.

— Что случилось?