Почувствуй - Екатерина Юдина

Глубоко, рвано дышала, затем попросила отвести меня обратно в комнату.

Это являлось тяжелым решением. Одного этого поцелуя было достаточно, чтобы я была на грани и вообще желала немедленно сорваться с места и бежать. Тем более, я так же прекрасно помнила о том, как мужчина держал меня за руку пока вел обратно в комнату. В какой-то степени жестко и, в тот же момент неожиданно бережно. Так, как от него не ожидаешь. Но уже теперь в каждом мгновении я ощущала то, на что до этого закрывала глаза — его заинтересованность во мне, как в девушке. Вернее, как в омеге.

А уже это настолько паршиво, что горло сдавливало тревогой.

Он говорил, что отпустит меня как только он разберется с заказчиком и, лишь после того, как с моим здоровьем все станет в норме. То есть, после моего окончательного пробуждение, которое будет сопровождаться течкой. То есть, тем временем в течение которого я не буду себя контролировать.

Хотя, если Браун захочет, разве ему будет нужно мое согласие?

Чем больше я думала об этом, тем больше склонялась к мысли, что мне всё же нужно бежать.

Тем более, может мне лишь показалось, но в какой-то момент, во время поцелуя, Браун коснулся повязки. Будто сам собирался её снять.

***

С головой укрываясь одеялом, я некоторое время лежала неподвижно. Мне в комнату по приказу Брауна принесли телевизор и сейчас я слышала рекламу какого-то моющего средства. Сам мужчина уже двое суток не приходил ко мне и я этим пользовалась. Раз решила убегать, значит, следовало готовиться к этому.

В первую очередь я попыталась проверить точно ли в этой комнате есть камеры видеонаблюдения. Как оказалось — да.

Я скрючилась на кровати и не прошло даже одной минуты, как в мою комнату вбежала горничная. За ней еще и верзилы зашли. Женщина встревожено спросила, что со мной, а я солгала, что мне просто приснился кошмар.

Но самое главное для себя я поняла. За мной наблюдают даже когда в этой комнате я одна.

После этого я долго думала над тем, как бы осмотреться и решила накрывать себя одеялом, чтобы по камерам не было ясно, что я снимала повязку.

В самый первый раз делать это было трудно. Вернее, страшно. Я боялась, что даже несмотря на мое ухищрение будет ясно, что я снимала повязку. Или то, что не смогу правильно надеть её обратно.

Но, стиснув зубы, я под одеялом все же приподняла её край и осторожно посмотрела на комнату.

Она была огромной. С тремя окнами и даже с камином. Мебели минимум, но та, которая имелась, была из массивного дерева. Явно дорогая. Но, главное, что я для себя подметила — я находилась на втором этаже.

К сожалению, толком и не видела того, что находилось за окном. Лишь понимала, что там высокие деревья. А еще то, что я навряд ли смогу так убежать. Попытаюсь полезть в окно и меня тут же поймают.

Но…. Ванная комната. Когда я мылась, естественно, повязку снимали, вот только в комнате оставалась горничная. Почему? Я сделала вывод, что это как раз по той причине, что там не имелось камер.

Подобное не особо спасало. Когда меня отводили в душ, уже был поздний вечер и свет в комнате не включали. Разницы от периода, когда я находилась в повязке особо не было.

Но всё же я в итоге именно над этим вариантом стала думать и, когда меня в следующий раз отвели мыться, я долго всматривалась в сторону правой стены. Там что-то было. Ещё давно я предположила, что это может быть занавеска. В темноте толком не разберешься, но, выходя из душевой кабинки, я сделала вид, что потерялась в полном мраке и пошла в ту сторону. Горничная достаточно быстро меня перехватила, но все же я пальцами успела коснуться ткани. Даже немного колыхнуть её, понимая, что там действительно было окно. К сожалению, уже его я не рассмотрела. Лишь, через миллиметры появившейся щели, уловила свет садовых фонарей.

Это уже хорошо. Нет камер, но есть окно. Из минусов — это второй этаж и неизвестно открывается ли это окно. Если буду его разбивать, на шум точно сбегутся. Да и что делать с горничной, которая всегда присутствовала со мной в комнате?

Я долго думала над этим. Еще дольше решалась и в итоге поняла, что другого выбора нет. Буду пытаться убежать через ванную. На следующий день.

***

Ночь ожидаемо прошла без сна. Более того, возможно, я ранее никогда не нервничала настолько сильно, как сейчас

Возможно, это и к лучшему. Врач сказала, что нервозность это одна из причин, по которой я до сих пор не пробудилась. А как раз сейчас вообще не самое лучшее время окончательно становиться омегой.

Весь день тянулся, как чертова вечность. Я старалась делать вид, что расслабленная и с трудом удерживалась, чтобы ни разу не спросить о том, скоро ли идти в душ.

Лежа на кровати и слушая телевизор, я поняла, что начались вечерние новости. Отлично. Значит, максимум через полчаса меня отведут в душ.

И я уже практически полностью сроднилась с мыслью о побеге. Заставляла себя не сомневаться, но, когда дверь открылась и я, уловив холод, скользнувший по коже острыми иглами, осознала, что в комнату вошел Браун, мои нервы полоснуло острием ножа. Настолько мощно, что я даже дышать перестала.

Почему он пришел именно сейчас?

А я, как на зло не успела лечь на кровати и притвориться спящей.

Мужчина молча прошел к креслу и привычно сел в него. И уже теперь тяжесть и жесткость исходящие от него, за считанные мгновения пропитывали воздух. Делали комнату похожую на ад.

Уже теперь я первой не начинала разговор и некоторое время мы молчали, в то время, как атмосфера в комнате становилась еще более давящей.

— Боишься меня?

Я вздрогнула от этого вопроса, но стараясь расслабиться, солгала:

— Нет.

Даже с повязкой на глазах я ощутила то, как взгляд мужчина обжег.

— Хочешь выйти на прогулку в сад?

У меня по коже скользнули мурашки и я отрицательно качнула головой:

— Нет. Прошлая наша прогулка закончилась не совсем удачно, — я старалась подбирать слова. Особенно, учитывая то, что мне нельзя выглядеть подозрительной, но явно получилось паршиво.

— Обещаю, что в этот раз тебя не трону, — в голосе мужчины было что-то такое, от чего почему-то я не могла усомниться в его словах. Но, в тот же момент стало еще