Хозяйка таверны "У Мило" - Екатерина Стрелецкая

проверяющего вперёд, но тот неожиданно уступил мне право пройти первой. Выразил уважение, проявив галантность? Задумал что-то? Пока непонятно, но для себя решила держать ухо востро, мало ли вдруг что — демон всё-таки.

На кухне царил просто идеальный порядок, разве что не блестело. Судя по облачённым в колпаки и фартуки Савáну и Венечке, один из них успел незаметно сбегать в кладовую с бельём, так как до этого оба ограничивались лишь передниками. Гарай тщательно изучил содержимое всех кастрюль, сковородок и ковшей. Заглянул во все кладовые и даже потыкал ножом замороженное мясо, проверяя степень «залежалости». За продукты я была абсолютно спокойна: у меня на этот счёт «пунктик», равно как на чистоту. Но тут внимание Гарая привлёк Венечка, несущий огромную кастрюлю к чёрному входу.

— А это куда понесли?!

— Троллям. Это их заказ. Как раз на четыре персоны.

Проверяющий наморщил лоб, словно вспоминая что-то, а затем произнёс с подозрением:

— Каких троллей? Их в зале нет, а если бы пришли, пока я проверял кладовые, то точно бы не пропустил этот момент.

— Ничего не знаю, господин проверяющий, среди посетителей таверны они числятся и будут весьма недовольны, если время ожидания заказа превысит обычное, — невозмутимо возразил вампирчик, продолжая свой путь.

— Ну, пойдём, посмотрим, в каких условиях обслуживаются столь неявные посетители...

Стоило нам втроём дойти до сарая с табличкой, как лицо Гарая вытянулось, а глаза вылезли из орбит:

— Это что такое?

Как раз в этот момент наружу выглянул один из троллей и рявкнул:

— А что, незаметно, господин хороший, что «Спецобслуживание»? Подход с пониманием для таких клиентов, как мы! — он тут же повернул голову внутрь сарая и громко гаркнул. — Еду принесли!

Ответом ему был радостный вопль и дуновение болотной тины. Венечка тем временем перелил окрошку в чугунок и вышел.

— Это что за похлёбка такая прокисшая? Ещё и холодная... — поморщился Гарай. — Вы что, совсем посетителей не уважаете?

— Уважает-уважает! Вон, даже специальное место выделила, чтобы отдыхать удобно было. Сквозняк лучше закройте, а то вся сырость выйдет, опять сухота настанет, что дышать нечем! — возмутился ближайший к нам тролль, с удовольствием прихлёбывая из своего черпака, но в итоге сам встал и захлопнул дверь.

— Это не кислый суп, господин Гарай, а окрошка. Её готовят либо на квасе, либо на кефире, либо на минеральной воде с рассолом. Подаётся в основном летом, когда слишком жарко. Открою секрет: существует ещё такое блюдо, как холодный борщ! Могу приготовить, если не верите. Тролли не очень любят свежую еду, а вот что-то с резким вкусом, запахом или с кислинкой едят с удовольствием. А на ночлег уйдут вон туда, мой слуга как раз туда прелое сено по их просьбе свалил. Так что удобство посетителей для меня важнее в первую очередь. Жалоб в открытую, глядя мне в глаза, ни от кого не поступало, а кто какую кляузу мог после написать, так мало ли завистников или конкурентов, могли и науськать.

— А почему тогда закрывались на несколько дней после того, как вам передали крупную сумму денег? — прищурился Гарай так, что глаза стали темнее ночи.

Я даже не сразу смогла увязать нападение на таверну, разговор с высшим и визит проверяющего. А когда пазл сложился, готова была взорваться от возмущения, сдерживаясь из последних сил:

— Ваши документы!

— Что? — не понял Гарай резкую перемену в моём настроении.

— Чем вы докажете, что действительно являетесь уполномоченным проверяющим, отправленным на проверку именно моей таверны, а не просто решили найти какой-нибудь недочёт и поиметь с этого какую-нибудь выгоду для себя? Говорю сразу: вяток не даю, на провокации не поддаюсь, телом не расплачиваюсь, соответственно, «ловить» вам тут нечего.

— А с чего вы взяли, госпожа Милó, что я не тот, за кого себя выдаю?

Странно, но вопреки моим опасениям Гарай не разозлился, не стал переводить тему, а, наоборот, уставился на меня с ещё большим интересом.

— Потому что я сообщала в вашу службу, по какой причине закрыла таверну на три дня. И если вы действительно должны были заняться проверкой, то точно знали бы причину. Что вам здесь нужно? На деньги позарились? Даже странно, что о них узнал кто-то ещё, кроме меня и того, кто мне их передал в счёт понесённых убытков.

Вот тут-то проверяющего и перекосило. Сцепив зубы, он прошипел:

— Мне попросту сообщили, что одно из неблагонадёжных заведений из списка закрылось сразу же после получения хозяйкой крупной суммы денег. В подробности не посвящали.

— Значит, документов при вас нет, — резюмировала я, а затем указала рукой в сторону Перекрёстка. — Подите прочь и не мешайте работать! И так слишком много драгоценного времени на вас потратила. Слуга и помощник у меня не семижильные, им тоже моя помощь требуется.

Я разворачиваюсь и ухожу. Плевать, настоящий он проверяющий или действительно на халяву решил служебным положением воспользоваться в своих личных интересах. Будет упорствовать — жалобу напишу. Ещё и высшему на него пожалуюсь. Хватит с меня, не железные у меня нервы, чтобы всё время жить, как на пороховой бочке.

— Постойте, госпожа Милó! У нас просто не бывает документов, не принято. А приказы о найме на работу хранятся в Управлении.

— Это ваши проблемы. Я всё сказала. Извините, мне пора работать, вечер ещё не закончен.

— И тем не менее я легко могу подтвердить, что являюсь именно тем, кем представился, — Гарай щёлкнул пальцами, призывая огонёк, который тут же повис в воздухе, и произнёс магическую клятву. Как только отзвучало эхо после последнего сказанного слова, искра свой цвет не изменила, значит, правду сказал: его действительно послали проверить таверну.

— Допустим. Дальше что? Удовлетворены проверкой?

— Вполне, — процедил Гарай, развеивая магического свидетеля клятвы.

— В таком случае жду второй экземпляр акта. Я ведь обязана буду ознакомиться. Если у вас и этого не принято, то всё равно желаю иметь у себя в архиве подобный документ. Мало ли ещё какие проверяющие заявятся.

— Будет вам акт. Пришлю.

— Вот и чудно. Буду ждать с нетерпением.

Мы прошли через кухню, а затем Гарай пересёк зал, в котором уже закончилось развлечение, а теперь «болельщики» деловито обсуждали различные приёмы, увиденные во время санкционированной драки, и ушёл.

Мне было интересно, что же он всё-таки напишет в своём акте, но ни на следующий день, ни