Зверь. Изменил мне — изменил меня - Ляна Вечер

Иди в лазарет, — бросает холодно и выходит из дома.

Стою на крыльце и, кусая губы, смотрю, как Карим садится в машину. О, Луна… Он точно натворит глупостей. Оставить это так я не могу. Надо ехать за ним.

Глава 24

— Говорю тебе, надо уезжать из страны, — Алла нервно расхаживает по кухне. — Эта стерва нас угробит. Или посадит.

— Успокойся, — наблюдаю за любовницей и стараюсь не закипеть. — Ничего Динара не сделает. Я всё продумал. Я держу её за горло.

— Тимур! — Алла резко останавливается, смотрит на меня глазами, полными паники. — Как ты не поймёшь?! Динара тебе такое с рук не спустит! И меня не пощадит… — голос у неё проседает.

— Тебе о чём беспокоиться? — хмыкаю. — О том, что мы любовники, моя жёнушка не знает. Она так и не вспомнила, что случилось в тот вечер, — улыбаюсь.

— Да-да, Дима так сказал… — Алла снова мельтешит у меня перед глазами, как испорченный сигнал в телевизоре. — Память вернулась, но момент травмы не вспомнился.

— И не вспомнится, — подытоживаю. — Твой брат — врач, и я ему верю.

— Я тоже верю, но у меня плохое предчувствие, — Алла хватает турку и пачку с кофе. — Очень плохое, Тимур, — собирается варить кофе, а руки ходуном ходят.

— Успокойся, дорогая, — подхожу, массирую напряжённые плечи любовницы. — Динара так боится за Каримку, что не рискнёт делать глупости. Я её предупредил.

— С чего ты взял, что этот Карим что-то для неё значит? — Алла замирает с туркой в руке. — Тимур, это всё слишком ненадёжно.

— Ты слышишь себя? — шепчу Алле на ухо. — У тебя в голове сплошная каша. Ты просто паникуешь, милая.

— Конечно, я паникую! — бросает турку в раковину. — Потому что я знаю эту дрянь! — поворачивается, хватает меня за рубашку. — Тимур, давай уедем? — на глазах любовницы слёзы. — Сними деньги с карт, со счетов, пока Динара всё не заблокировала. Купим билеты на самолёт и улетим в Европу. Я прошу… — шепчет и плачет.

— Ничего моя жена не заблокирует! — сжимаю пальцами острые хрупкие скулы. — Она знает, что в таком случае я отправлю её пёсика далеко и надолго.

— Ты сумасшедший, — шипит Алла.

— Нет, я не сумасшедший, — отпускаю лицо любовницы, сажусь за стол. — Я хочу получить то, что мне полагается по закону. Я не позволю стерве оставить меня с голой задницей.

— Послушай, Тимур, — Алла садится за стол напротив меня, — Динара никого не любит. Она не способна на любовь. Отец выдал её замуж за тебя, а она даже не перечила. Ты был удобным вариантом. Дина всё в этой жизни просчитывает до миллиметра. Неужели ты думаешь, что она подчинится тебе ради какого-то мужика из леса?

— Хочешь сказать, что жена меня никогда не любила? — откидываюсь на спинку стула. — Ещё как любила, — улыбаюсь. — Была влюблена в меня как кошка, потому и согласилась выйти замуж. А теперь Динара потеряла голову от Карима. И поверь на слово, она сделает всё, что скажу, лишь бы он не отправился на зону.

— Ага, сделает… — Алла кивает. — А с тобой что будет? Если сдашь этого Карима, то сам отправишься за решётку.

— Ну-у… — дую щёки, — это ещё бабка надвое сказала. Есть пара мыслей, как выкрутиться.

— Господи… — любовница запускает пальцы в волосы, плачет. — Ты нас погубишь, Тимур.

— Нас? — смешно от её потуг, и я смеюсь. — Алла, хватит изображать любящую женщину. Мы оба знаем, что ты ничего, кроме денег и цацек, не любишь.

— Ты серьёзно? — перестаёт плакать, быстро вытирает слёзы. — Зачем ты так говоришь? Всё из-за этого колье, да?

— Да, — киваю. — Я не купил его тебе и сразу получил бревно в койке. Куда подевалась твоя страсть, любимая?

— Какой же ты гад… — хрипит Алла. — Прячешься в съёмной квартире, как трусливый кролик, а строишь из себя царя.

— Ты прячешься здесь вместе со мной, дорогая! — грохаю кулаком по столу.

— Я просто пытаюсь тебя поддержать. Я всегда тебя поддерживала, а ты держался за юбку Динары. И отпускать не хотел, — встаёт, упирается ладошками в столешницу, смотрит мне в глаза. — Кормил меня обещаниями развестись, а сам и не собирался разводиться.

Мой развод с Динарой превратился в проблему благодаря Аллочке. Хочу напомнить ей об этом, но на телефон приходит сообщение. Бросаю короткий взгляд на экран и застываю камнем. Это оповещение от банка.

— Какого чёрта?.. — хриплю, читая смс.

— Что случилось? — Аллу потряхивает. — Что там, Тимур?!

— Оплата не прошла… — быстро захожу в приложение. — У меня со счёта должны были снять деньги за ремонт машины, но платёж заблокирован, — быстро набираю пароль. — Тва-а-арь! — швыряю телефон в стену.

Динара заблокировала мои счета. Все. Вообще все!

— А я говорила тебе, — Алла плюхается на стул. — Говорила…

— Накаркала! — ору.

— Конечно, давай обвини меня во всём, — горько ухмыляется. — То колье могло бы стать отличным вложением на такой случай. Но ты пожадничал.

Я в бешенстве. Готов разнести хату. Убить жену. Придушить Аллу. Я на всё сейчас готов. Но я должен взять себя в руки. Я получу всё, что мне положено. А с Аллой пора завязывать.

— Вложения говоришь? — подбираю телефон, поглядывая на любовницу. — Я вкладывал в тебя. Губы твои надутые, сиськи, — рычу. — И ещё кое-что…

Выхожу из кухни и иду в спальню.

— Тимур, ты куда?! — любовница бросается за мной. — Что ты собираешься делать?!

— Я уже делаю, — вытряхиваю из шкатулок драгоценности, которые дарил любовнице. — Я забираю всё! — отпихиваю её от себя, сую в карманы кольца и цепочки.

— Ты… — Алла прижимает ладонь ко рту. — Ты что, бросаешь меня?

— Да! — поворачиваюсь к ней. — Достала уже! Кроме визга и тупых поступков от тебя ждать нечего!

— Нет… Тимур не бросай меня… — шепчет Алла, захлёбываясь слезами.

— Раньше надо было думать! — рявкаю. — Если бы не ты, я бы уже был полноправным владельцем семейной фирмы!

— Прости! Прости меня! — пытается меня обнять.

— Иди ты на хрен, истеричка! — отталкиваю её. — Из-за тебя мне придётся довольствоваться половиной состояния жёнушки, но это всё равно немало. А ты сдохнешь в нищете. Ты никому не нужна, — забираю последние драгоценности из шкатулки. — Собирай вещи и выметайся из квартиры. Когда вернусь, тебя здесь быть не должно.

Я иду в прихожую, а Алла плачет в спальне. Тупая курица чуть не разрушила мне жизнь, ещё и прыгать на меня вздумала. Давно пора было бросить её.

Обуваюсь, а в голове гудят мысли. Теперь надо разобраться с Динарой. Кажется, она не поняла, что я настроен серьёзно. Придётся объяснить это хромой кобыле ещё раз.

* * *

— Виктор Петрович, вы справитесь… — в сотый раз