Хозяйка кондитерской "Подарю вам счастье" - Екатерина Стрелецкая

нашлись, а осадочек остался». Элси рассказывала о Томасе Кеннете, как об очень воспитанном человеке, и тот образ действительно не очень вязался с услышанным от подруги. Часто ведь бывает, что при малейшей возможности человек показывает своё истинное лицо, которое прятал за маской благочестия. Так почему же сейчас может быть по-иному? В конце концов, если Кеннет действительно был в образе, то никаких причин снова искать встречи со мной у него не будет. В противном случае опять придётся что-нибудь придумать. Хотя... Если бы захотел, воспользовался бы сегодня ситуацией, но этого не произошло. Побоялся, что в кабинет кто-то войдёт? Сомнительно. Он же главный инквизитор Рортана: достаточно приказа, чтобы его никто не беспокоил на протяжении определённого времени, и мимо даже муха не прожужжит. Не говоря уже о магическом куполе, способном заглушить любые звуки, происходящие в кабинете. Кеннету такие под силу.

И тут я поймала себя на мысли: а почему меня вообще так зацепил главный инквизитор? Мне до него совершенно нет никакого дела, впрочем, как и ему до меня. Все недоразумения разрешились, больше, надеюсь, мы с ним не пересечёмся. Экипаж как раз подъехал к дверям кондитерской, я расплатилась с извозчиком, а затем скрылась внутри здания. Мне понадобилось не так много времени, чтобы подняться в мансарду и увидеть, как следовавший за мной всю дорогу от инквизиции до дома экипаж скрылся за домами.

Тяжело вздохнув, ушла переодеваться. Вся ночь насмарку! Я-то планировала часа четыре поспать, а потом заняться работой. В итоге ни сна, ни отдыха, одни сплошные нервы. Придётся в первую очередь заняться двумя тортами на заказ, а потом уже всем остальным. Придётся попросить Кэлиону, чтобы меня днём хотя бы часа три не беспокоили. Этого, несомненно, мало для полноценного отдыха, но я уже привыкла. Повара-кондитера в качестве помощницы я уже пробовала искать, но всё не то. Слишком привыкли к стандартам и не хотят учиться новому, а мне не нужен тот, кто испуганно округляет глаза, сталкиваясь с тем, с чем ранее не имел дел. О чём может идти речь, когда использование специального пульверизатора, правда, доработанного по моей просьбе мастером, повергло в шок двоих претенденток? А я всего-то показала, как наносить велюровое покрытие!

Ладно, надеюсь, что удача мне ещё улыбнётся. Пока что стоит принять душ, а потом приступить к заказам, после чего поприветствовать очередной непростой рабочий день.

Глава 34. Наблюдатель.

Обычно отправителей анонимок не ищут: исключение – если дело касается подготовки переворота с целью захвата власти, но мне стало любопытно после того, как Этель Айвори бросила фразу, что это не первая жалоба на её заведение, поэтому воспользовавшись служебным положением, наведался в ближайший полицейский участок. Результаты визита немало удивили: количество жалоб просто зашкаливало все разумные пределы. Большая часть была настолько мелочной, что даже смешно было читать, однако по каждой из них были взяты разъяснения и даже приложены копии разрешений, позволяющих производить некоторые виды работ, а также продавать соответствующую профилю заведения продукцию. Одна жалоба на то, что в тортах используются отличные от традиционных покрытий, чего стоила! Но после претензии, что госпожа Айвори обрушивает рынок, создавая нездоровую конкуренцию, отказавшись от применения магусва в своих пирожных, смеяться уже не хотелось.

Я запомнил образцы почерков всех жалобщиков, жалея, что не догадался прихватить с собой анонимку, чтобы сразу сравнить на месте. Пришлось на другой день выкроить время, чтобы снова посетить участок. Вычислить анонима не составило труда, хотя он и пытался изменить почерк с помощью специального артефакта, вот только на таких вещах экономить не стоит, иначе результат расстроит. Афишировать свой интерес к делу Этель Айвори мне не хотелось, но пришлось всё-таки внять мольбам начальника полицейского участка, замучившегося уже отписываться по каждой жалобе, урезонить хотя бы часть недоброжелателей кондитерской. Не оставалось ничего иного, как вызвать анонима в свой кабинет.

Я думал, что всё обойдётся простой беседой, но в итоге пришлось выписать предписание на уплату штрафа, чтобы более ни инквизицию, ни полицию не беспокоили своими выдумками, отвлекая от более важных дел, связанных с обеспечением безопасности Рортана. Вообще, после этой встречи осталось какое-то мерзкое послевкусие, словно наелся тех самых пирожных с магусвом до отвала, а не с человеком пообщался. Хотя назвать анонима столь пафосно было явно ошибкой. Слизняк. Мерзкий, склизкий и наносящий вред. В конечном счёте я закрыл дело об анонимке, указав все подробности и добавив от себя сноску, что попытка очернить Этель Айвори была неоднократной и исключительно на фоне личной неприязни, а также банальной зависти. Если когда-нибудь что-то подобное повторится, то занимающийся расследованием инспектор обязательно наткнётся и на это дело, сделает соответствующие выводы.

Поручив секретарю сдать дело в архив, я надел цилиндр и, прихватив трость, отправился в кондитерскую. Помню, как нервничала Этель Айвори, оказавшись в кабинете, поэтому решил лично уведомить её о завершении расследования, чтобы окончательно успокоить. Пусть в душе она не приняла мои извинения, но хотелось всё-таки как-то реабилитироваться перед ней. Дорога до кондитерской была мне известна, а вот внутри заведения ни разу не был. Когда до дома номер три по Говернской аллее оставалось проехать всего половину квартала, я остановил извозчика и вышел на тротуар, решив, что переговорить с Этель Айвори лучше будет без посторонних, не привлекая внимание. Поэтому, прикрывшись чарами невидимости, незаметно дошёл до дверей кондитерской, чтобы войти следом за очередным посетителем. Оказавшись внутри, я отошёл в сторону, чтобы не выдать своего присутствия, когда на меня случайно кто-то налетит. В кондитерской мне понравилось: мило, даже уютно, без лишней вычурности или помпезности. В общем, чувствовался вкус хозяйки.

Покрутив головой по сторонам, Этель Айвори не увидел, хотя в прошлый раз она стояла за кассой вместе с помощницей. Пока прикидывал, где находится кабинет владелицы кондитерской, помощь пришла откуда не ждали. Одна из официанток подошла к прилавку и поинтересовалась, где сейчас госпожа Айвори.

– Она меня предупредила, что будет на веранде, – ответила помощница, протягивая клиенту его покупку.

– В таком случае не буду её отвлекать, она любит, чтобы её не беспокоили, когда она там, – кивнула официантка и поспешила к только что вошедшим посетителям.

Прекрасно, что Этель Айвори сейчас одна – то, что нужно! Так как снаружи кондитерской никаких летних пристроек я не видел, то предположил, что веранда находится во внутреннем двое. Безошибочно угадав направление, бесшумно двинулся в направлении видневшегося коридора. Двери, двери, двери... Одни сплошные закрытые двери, за которыми явно находились подсобные помещения.