Тёмная Вестница - Винни Фред

его нервам самый слабый импульс, проникая в его ауру жалким, не сумеющим повлиять ни на что воздействием, и пробиралась по нервам вглубь, на каждой развилке выбирая путь с наименьшим сопротивлением, к центру. Его доминанта грела, пылала огнём демонской силы, в этом жерле вулкана моё крохотное воздействие не ощущалось совсем, но оно было, и я всё ещё контролировала свой импульс, у меня всегда был железный контроль. Я посмотрела Алану в глаза и улыбнулась, многообещающим шёпотом заявляя:

– Я врач, мне не нужно много сил, мне нужно знать точку приложения.

Он фыркнул, я улыбнулась шире и отправила по уже исследованному пути импульс посильнее.

Алан округлил глаза и отдёрнул руку, на лице был шок и непонимание, я рассмеялась, он тоже улыбнулся и шутливо схватился за сердце, с возмущением шепча:

– Шутки у тебя, конечно!

Я рассмеялась громче, он перестал держаться за сердце и схватился за другое место, под столом, пытаясь одновременно улыбаться и изображать негодование:

– Лея, блин! Не делай так больше, у меня аж втянулось всё в самые глубины души! Психованная.

Я не могла перестать смеяться, он тоже начал, я изобразила стервозную улыбочку:

– Я просто хочу, чтобы ты осознал серьёзность моих намерений.

– Я осознал, не делай так больше! – он возмущённо указал глазами вниз и опять посмотрел на меня: – Ты хоть знаешь, как это страшно?

Я не знала, поэтому продолжала смеяться, он со вздохом покачал головой и вернул руки на стол, всем видом изображая, что жестокая судьба свела его со мной за страшные грехи, но он это мужественно вынесет. Я изобразила фальшиво честное лицо и пообещала:

– Хорошо, я не буду больше так делать. Если ты не будешь давать мне поводов.

– Я тебя услышал, – всё ещё недовольно кивнул Алан, обернулся и снял щит – нам несли еду. Появление официанта с красивыми блюдами из шипящего от жара мяса быстро привело Алана в благодушное настроение, он ловко разрезал утку и положил мне именно тот кусочек, который мне улыбался – его умение видеть такие нюансы иногда пугало, но чаще вызывало приятное ощущение, что кому-то на меня действительно не наплевать, даже в таких мелочах.

Я сфотографировала все блюда и приступила к дегустации, на вкус оказалось впечатляюще, я решила написать об этом месте самые лучшие слова. Алан тоже наслаждался на полную катушку, его хотелось снимать на камеру, но это казалось неприличным, так что я просто смотрела, мысленно набрасывая план заметки и вылизывая речевые обороты – даже если я их забуду через пять минут, мне жутко нравился процесс.

6-7

Алан справился с первой порцией и потянулся за добавкой, посмотрел на меня с хитрым намёком, как будто знал все мои мысли, но они его больше всё-таки радовали, чем огорчали, шёпотом предложил:

– Спрашивай.

– Расскажи мне об исследованиях.

Он посмотрел на меня с неуверенностью, я добавила:

– Я кое-что читала. Ты работаешь в крепости Каста-Гранда, на Грани Ис?

– Да. И мы там занимаемся исследованиями разного оружия, щитов и магии, в основном, боевой и медицинской.

Он помолчал, нарезая мясо, я не торопила, он продолжил, коротко глянув мне в глаза:

– Большая часть боеспособного населения крепости – энергетически отрицательные полудемоны. Там сила течёт от одного к другому постоянно, и её очень мало, иногда её носят из Мира духов, там есть Источник. Часто носят в себе, и тем обиднее её терять при переливании, даже каплю.

Он замолчал и занялся мясом, я вспоминала статьи по теме – дефицит силы на Грани Ис нигде не упоминался, ни разу.

«С какой-то стороны, это разумно. Если газеты начнут трубить о полчищах голодных демонов не только по ту сторону крепости, но и по нашу, то мастера кровельщики и каменщики туда на сезонные работы не поедут.»

Алан посмотрел на меня с улыбкой соблазнителя, положил на мою тарелку красивый кусочек и сказал:

– Приходи на мои допы, а? Я видел твои оценки, очень впечатляет. И даже запросил из архива твои работы для олимпиад, ещё не прочитал, но темы ты взяла неслабые, прям респект и уважуха. И мне нравится, как ты мыслишь. В тебе есть... Много чего. Мне бы это не помешало. На самом деле, я готов принимать любые мнения и любые идеи, а за успешные даже готов платить, очень щедро. Мы исследуем переливание силы, что важно, без потерь. То есть, чтобы не было дисбаланса, типа как у меня, из-за которого кидает то в жар, то в холод, то в солёные огурцы, то в истерику. Нифига смешного, – он посмотрел на меня с укоризной, я прикусила губу, пытаясь не представлять беременного Алана с банкой огурцов, изобразила глубокое сочувствие и понимание, кивнула:

– Хорошо, я приду. Когда занятия?

– Утром на нулевой паре, потом первая пара с вашей параллельной или другой группой, но некоторые там тоже сидят с допов, просто над своим тихонько работают, я подхожу помогаю.

– На нулевой я ещё на работе.

– Тогда после четвёртой, каждый день.

– Хорошо. Что посоветуешь почитать по теме?

– Я дам книги.

– И расширенный список. – Он поднял на меня недоверчивый взгляд, я кивнула: – Я быстро читаю, и люблю дополнительные материалы.

– Круто. Хорошо, я напишу.

Мы опять занялись едой, официант принёс следующее блюдо, Алан на него радостно набросился, я уже наелась и просто наслаждалась атмосферой, изучая старые стены и трещины в кирпичах. В прошлом году я писала статью по старым зданиям, описывала способ узнать возраст кирпичной кладки по цвету, форме и изношенности кирпича. В разные времена гномы использовали глину из разных месторождений, добавляли разные ингредиенты в раствор, экспериментировали с формой и размером кирпичей, знание этих тонкостей позволяло определить не только возраст здания, но и вероятного архитектора – у каждого были свои предпочтения, время всех рассудило тогда, когда им уже стало всё равно, кто был прав.

«Красивая кладка, на совесть сделано.

И большинство посетителей даже не осознаёт, насколько ценны эти простые с виду кирпичи. Как будто они происходили из древней благородной фамилии, которая пришла в упадок настолько, что уже не помнит своей истории и не следит за своими дворцами. Как моя семья.»

Я опустила голову, стала смотреть на свои рукава, яркие драгоценные камни в этом свете меньше блестели, зато приобретали удивительную глубину и насыщенность цвета.