Его вторая семья - Юлия Гауф

новой игрушкой и передал сыну.

— Денис хороший отец, — негромко сказала Кристина Эдуардовна. Поймала мой взгляд и сникла. — Извините, не мое дело. Но мой муж ушел. И квартиру делил, не думая о ребенке. Все для той семьи старался. И ведь не был таким. Что случилось? Не знаю.

— Неизвестно, как Дэн себя поведет, — пробормотала и осеклась.

Нельзя ничего обсуждать с посторонними. Может, эту милую женщину подкупили.

— Я как обычно заеду, — предупредила. Поцеловала подбежавшего сына. Тот, сунув подмышку коробку, восторженный, двинулся вместе с воспитателем к крыльцу.

Мы с Денисом к воротам.

— Привет, — шепнул муж.

— Отзови охранника, — кивнула на чёрную иномарку, что за одно лишь утро намазолила мне глаза. — Я сама справлюсь.

— Нет, извини.

Остановилась и глянула на него вопросительно.

— Соня, это не блажь, это необходимость, — Денис провел ладонью по волосам. — Мне будет спокойнее, если Владислав рядом с тобой. Я и сам могу. На все забить и везде тебя сопровождать. По пятам за тобой ходить. Если позволишь.

— Это лишнее.

Муж поморщился от моего голоса, от отказа. Но справился с собой, натянул на лицо улыбку.

— Как скажешь. Но охранник останется. Хорошо? Куда ты сейчас?

— По делам.

Остановились. Он возле своей дорогой тачки, и я рядом с папиной старенькой.

Надо ещё что-то сказать, уезжать ни я не хочу, ни он.

Вспомнила про запись, которую мне скинул Барков. Ночью уснуть не могла и до дыр заслушала торговлю Полины с журналистами.

Денис должен об этом знать, но…

Не могу я так.

Мне верить хочется, что Дэн сам откроет глаза на эту дрянь, почему я должна его убеждать?

Я не хочу.

— Как Полина поживает? — спросила, открыв дверь.

— Я у нее не был.

— Когда поедешь?

— Могу вообще не ездить.

— А Матвей? — сощурилась.

— Соня, — муж навалился на дверь. — Ситуация хреновая. Но тебя и Макара я не потеряю. Ни за что.

— А если уже потерял?

— Жить мне тогда зачем? — он пожал плечами. Оттолкнулся и двинулся к своей авто. Не оборачиваясь, бросил. — Мне донесли, что ты с Барковым продолжаешь общение.

Не ответила, села за руль.

Муж оглянулся.

Захлопнула дверь и отвела глаза.

Господи, мне больно смотреть на него. И я бы все отдала, чтобы время назад повернулось, чтобы в ту проклятую ночь, когда он с моей подругой переспал — не отталкивать его.

В задницу надо было засунуть все свои истерики и трубку взять, на звонок его ответить, а не строить из себя обиженную. Но кто мог знать, что моя забота о его здоровье, мой страх, что его покалечат в будущем обернется крахом нашей с ним семьи.

Ничего не изменить.

Случилось так, как случилось.

Остаётся просто идти дальше.

ПОЛИНА

— Я подруга Софьи, — улыбнулась воспитательнице и показала нарядный пакет. — Вот, привезла для Макара подарок. Они ведь гуляют? — вытянула шею, пытаясь в толпе детишек рассмотреть Сонькиного ребенка.

С головы чуть платок не сполз, торопливо его поправила.

— Мне всего пять минут надо, только подарок отдать, — снова улыбнулась в нахмуренное лицо воспитательницы.

— Даже не знаю, — женщина посмотрела на детей. — Соня мне не звонила, не говорила, что вы приедете.

— А давайте сами ей позвоним? — с готовностью достала сотовый. Поправила черные очки на глазах и сделала вид, что набираю номер. Прижала молчащий телефон к уху и запела. — Сонечка? Я уже в садике, да. Машинку Макару привезла, которую он хотел. Ну, скажу я тебе, воспитатель тут покруче охраны президента. Да, — засмеялась. — Не пускает к твоему сыну, представляешь? Как говоришь ее зовут, Кристина Эдуардовна? — заметила, что лицо женщины слегка разгладилось.

И мысленно себя похвалила.

Не зря я целый час под забором топталась и мерзла, дожидаясь, пока этого цербера кто-нибудь из детей позовет по имени.

— Да, подарок отдам и поеду, ты с Дэном сейчас? — продолжила спектакль. — А, за рулём? Ладно, пока, не отвлекаю. Ой, стой, я трубку Кристине Эдуардовне передам, скажи, что… алло? — состроила гримасу сожаления и вздохнула. — Соня уже отключилась. За рулем едет, там у нее гудят… ну, позвоните еще раз.

Затаила дыхание.

И разом расслабилась, когда тетка не стала проверять.

— Хорошо, Макар вон там играет, — показала она рукой.

— Спасибочки, — как на крыльях полетела к ребенку, прижимая к себе пакет.

Высмотрела Сонькиного пацана — счастливо носится по участку, ничего его не берет.

А мой Матвей дома киснет, от окна не отлипает, папу ждет.

Боже, какая Денис всё-таки сволочь.

Ничего.

Они просто не понимают, какой перед ними противник.

— Макар, — приблизилась. Достала машинку из пакета и поманила его пальцем. — Узнал меня?

Сонькин сын остановился. Недоверчиво уставился.

А я платок не сняла, как и очки.

— Я подруга твоей мамы, — улыбнулась и протянула ему машину. — Держи, не бойся. Хотела тебе рассказать один секрет.

— Какой секрет? — стало любопытно Сонькиному сыну. Он подошёл ближе.

— Важный, — вздохнула. — Твои мама и папа уехали. На бой. У папы же соревнования. Улетели они. Далеко-далеко.

— А я? — поразился пацан и на автомате взял машинку.

— А за тобой скоро приедут, — шепнула. — Из детского дома.

Ребенок отшатнулся.

Удержала его за руку.

— Не бойся, — горячо зашептала. — Я тебя спасу. Увезу тебя к маме и папе. Хочешь к ним?

— Да! — он перепугался.

— Вон там, за деревьями, видишь, прутья в заборе погнуты? — показала. — Беги туда и лезь. Только чтобы воспитатель не видела. Это она позвонила в детский дом. Понял? Я там буду на машине. Сразу поедем к родителям.

Он смотрит на меня огромными глазами.

Рот открыл.

Насколько же легче была бы моя жизнь, если бы все люди так верили, с полуслова, как дети.

— Понял? — выпрямилась. — Как только воспитатель отвернется — лезь через забор. Я буду тебя ждать.

— И к маме поедем?

— Да.

Заметила, что Сонькин сын достал из кармана курточки телефон и тут же выхватила.

— Т-с-с, — прижала палец к губам. — Звонить никуда нельзя. Даже маме. Это тайна. Иначе тебя поймают и увезут. Ну все, беги скорей.

Он попятился, прижимая к себе машинку.

Поверил ведь?

Должен.

Улыбнулась и двинулась к воротам. Кивнула Кристине Эдуардовне, помахала ей.

Вышла и застучала каблуками вдоль забора.

Светиться мне с этим пацаном нельзя.

Если поймут, что я здесь была — не отмазаться…

Достала сотовый и в очередной раз набрала Виталика.

Гудки идут, я стою у ворот и шмыгаю носом.

Мне даже обратится не к кому, кроме шантажиста-угонщика, это страшно, очень страшно ежедневно, ежесекундно испытывать такое черное одиночество.

— Алло, Виталь? — встрепенулась, когда парень снял трубку. — Дело есть. Подъехать сможешь? Адрес сейчас скину.

Глава 35

ПОЛИНА