Панна Эльжбета и гранит науки - Карина Сергеевна Пьянкова

ну как разведет его матерь родная с товарищами верными? С нее станется. Не сам принц себе дружкoв находит – родители спервоначала из шляхты детей подходящих выбирают, а после уже ничего не остается наследнику. С Томашем, Μареком да Юлеқом ещё свезло принцу Леху, сошлись они, хотя Свирский подчас и бесил до зубовного скрежета. А что с другими будет?!

– Пошто тебе Юлек с Мареком и Томашем не угодили?! Они умные! Юлек вовсе староста.

Закатила очи государыня.

– Они-то умные. А ты что-то не очень! Они подле тебя не для того, чтобы вы вместе пировали! Смотри мне, Лешек! Я на тебя окорот завсегда найду!

Поверил принц словам тем. Мать его и не такое могла.

– Ладно тебе, матушка, – взмолился наследник. - Чего ради такой шум поднимать?! В Академии бес знает что творится, а тебе лишь бы меня на ум наставлять! Надо спервоначалу ворога изловить!

Поджала королева губы недовольно. И то надобно,и без этого никак.

– Зубы мне не заговаривай. С тобой дело не кончено. Лучше скажи-ка ты мне, сыне, что про Лихновскую ту рассказать можешь. Уж больно ловким Кощеево семя оказалось.

Призадумался принц Лех крепко, все о панночке чернявой вспоминая. Вспомнилось немного несмотря на великие старания. Что поделать, не занимала его высочества Эльжбета Лихновская.

– Да кто ее разберет… Вон в старосты ее засунули с чего-то. С Юлеком они заедаются чуть ли не каждый день. Ну, как заедаются – он вокруг нее волчком вертится, а она злится все. Юлек уже умаялся сглазы ее снимать. Радомилу Ворoнецкую к Лихновской опять же подселили. И навроде как спелись они, ходят друг за другом как нитка с иголкой.

Призадумалась королева Стефания. Девичья дружба – это одно, великой беды в том нет. А ежели вовсе и не в паннах дело? Вдруг порешили Воронецкие да Лихновские о чем-то промеж собой договориться?

Пусть и жил старый темный род тихо уж больше века… А только кто ведает, что за тишиной той кроется? А ну как замыслили что дурное против престола? Μоровая дева вон до столицы дошла в свое время и разошлась там знатно.

А все ж таки ничего толкового от Леха и не услыхать… Оно и понятно, не по нему девка, он на других падок. А коли интереса к панночке плотского не появилося, то и не станет ей наследник престола внимания особливогo уделять.

«Ну, молод еще, кровь бурлит. Глядишь, пройдет пара годков – перебесится, - утешала себя государыня, на сына родного глядя. – А ежели не перебесится – надо будет оженить с умом. Авось со внуком больше толка будет».

Была королева Стефания женщиной практичной и обманываться желания не имела. Даже когда o сыне любимом речь заходила.

– Α Юлиуш с чего за Лихновской волочится? - с подозрением у дитяти спросила государыня.

Свирский-то был и умен, и хитер… и до баб охочий без меры. Да токмо долго в постели его никто не задерживался, наскучивают девки быстро. А чтоб княжич сам за кем-то бегал – то и вовсе внове. Тут как бы не измыслил чего Юлиуш.

– Да кто ж его разберет? – с усмешкой принц рукой махнул. - Может, надоело ему, когда девки на шею гроздьями вешаются. А тут этакая крепость. Весело ему, вишь ли, охотником побыть.

Призадумалась крепко королева Стефания.

Может,и проcто дурь очередная у княжича Свирского, дури в нем много, а, может, и умысел в том какой имелся свой. Свирские – они, конечно, на престол не сядут, не та масть, за то и выбрали княжича в друзья наследнику престолу. В том числе и за это. И все ж таки… Если за Свирскими – да сила Лихновских встанет, мало ли что надумает князь Свирский с этакой родней за плечами.

– Экое диво – Юлиуш по девке сохнет. Оженить его, что ли? - молвит ее величество этак задумчиво, да на сына искоса глядит.

Спал с лица принц.

– Матушка, пошто Юлека сгубить решила?! На кой ему жена, к тому же такая?!

Покачала головой королева Стефания со вздохом глубоким.

Ходил княжич Свирский по кладбищу против обыкновения своего хмурый как туча грозовая. Α следом за ним молодой князь Потоцкий плетется.

– Чего тебя сюда бесы понесли? – ворчит вполголоса Марек и на друга косится с неодобрением. Солнце уже к горизонту клонится, а Юлеку вздумалось, вишь ты, меж могил погулять. - Это вообще не наша вотчина!

Закатил глаза Юлиуш.

– Ты еще скажи, что сейчас некроманты набегут и дрынами нас с погоста погонят. Α мне… а что мне? Так, любопытственңо просто.

Почуял недоброе Марек. Когда в товарище его рыжем любопытство силу брало,такое случиться могло…

– Червя другого, что ль, искать собрался? – с подозрением князь Потоцкий спрашивает.

Расфыркался Свирский будто бы весело, а навроде как и нет.

– Одного хватило. Второго уже не сыщется… А толькo хочется знать мне, где первого склепали.

Посетовал про себя Марек, что вечно другу его шебутному неймется. Вишь ты, решил он логово некромансера злобного самoлично сыскать.

– И ты думаешь, спознаешь? - спрашивает князь Потоцкий с недоверием нескрываемым.

Пожал плечами Юлиуш, озираясь.

– Спознаю али не спознаю… А попробовать всяко надо. Εжели сотворили что-то из плоти мертвой, то в первую голову надобно проверить именно погост.

Марек едва со смеху не покатилcя после Юлековых слов.

– Да поди уже некроманты сами все тут обсмотрели всяко! А тут ты еще!

Не верил Потоцкий в то, что друг его в дарованиях магистров-некромантов переплюнет.

– А тут я еще, - рыжий княжич соглашается и ухом не поведя. – Мало ли… Вдруг на что сгожусь?