Очень драконий Новый Год (СИ) - Чернышова Алиса

Но в тот момент меня это не волновало. Чем хуже, тем лучше.

39

На удивление, я не только благополучно долетела туманом до дома, но и без малейших проблем собралась воедино. Логично, если подумать. Не зря ведь говорят: не везёт в любви - повезёт в магии. И вот она, иллюстрация…

- О, Джанна! Ты откуда? - Юльяна изумлённо вытаращилась на меня. - Да ещё в таком виде… случилось чего?

- Не хочу об этом говорить.

- Джан…

- Не хочу, - и я не врала.

Знаете, мне кажется, что существует на этом свете два типа сердечных страданий. И вот первый тип - это когда тебя буквально распирает от желания пожаловаться. Ты жаждешь присесть кому-нибудь на уши, и поведать… а что в таких случаях обычно рассказывают? Монологи, коль уж говорить откровенно, не отличаются особенным разнообразием.

Ах, я такой хороший… ах, все они - козлы (или дуры, тут нужное подчеркнуть)... ах, это несправедливо… и вишенка на торте, разумеется: ну пожалейте же меня, кто-нибудь!! Эдакий вечный крик души, который намекает - всё с тобой будет хорошо, пусть и не вот прямо сейчас.

Так вот. Второй тип, если откровенно, хуже. Он накатывает приливной волной апатии и печали, горечи и пустоты. И у тебя не остаётся сил на жалобы, стоны и даже слёзы. На то, чтобы видеть даже друзей, тебя и то не хватает.

Именно так было со мной в тот момент.

- Я поняла, - вздохнула Льяна. - Все проблемы - от этих мужиков-козлов… Пойду, что ли, со своим парнокопытным мириться.

И после этих слов меня отчего-то охватила самая настоящая ярость.

- Хорошо, - ответила я равнодушно. - Но больше тогда не приходи ко мне с жалобами.

- Джан, ты чего…

- Я ничего, - я просто на грани нервного срыва. - Просто хватит уже отравлять жизнь себе, детям и окружающим. Мужчины, женщины… все мы - люди, заслуживающие уважения. И счастья. Все эти пробежки по кругу от “у меня всё плохо” до “стерпится-слюбится” - это просто мазохизм. И мужики не козлы. Тут, уж извини, ты только сама себе коза. Любишь, хочешь идти на компромисс - так решай эти проблемы не со мной, а с ним. Не любишь и не хочешь компромиссов - слезай с дохлой лошади. Вот и вся разгадка.

В её глазах полыхнула злоба.

- Вот так ты, да? Очень умная, да?!

- Нет. Просто не хочу больше служить сливным бачком для повторяющихся по кругу жалоб, после чего ты утром опять пойдёшь с ним мириться. Это порочный круг.

- Для этого и существуют друзья - поддержать в трудную минуту!

- Да. А ещё друзья существуют, чтобы говорить правду.

- Знаешь что…. - Льяна бешено сверкнула глазами. - Ты же просто ревнуешь! У самой с драконом не сладилось, выгнал тебя, как драконы обычно делают - вот и хочешь, чтобы и я была одинока? Чужое счастье глаза колет?

- Уходи, - сказала я устало.

На самом деле, в гробу я видала такое счастье, как у Льяны. Но в одном подруга была права: я наговорила лишнего, сорвалась на ней ни за что ни про что.

И, разумеется, легче мне от этого не стало. Лишь гадкий осадок остался в душе после того, как за Льяной закрылась дверь.

- Мряв? - Бонифаций подошёл и теперь вопросительно взирал на меня своими огромными глазищами.

- Да, - сказала я ему. - Твоя хозяйка - просто дура.

- Мряв, - подтвердил он и потёрся о мои ноги.

Вот уж точно: первое правило кошатника - кормить кота в любой непонятной ситуации.

*

Я провела то утро совершенно по-дурацки - на кровати, в обнимку с котом, натянув самую нелепую из подаренных Аланом нелепых пижам.

Жалкое зрелище.

Не думайте, я прекрасно понимала, что это - глупо. И знакомы мы с Дином едва-едва, и лет мне уже давно и прочно не восемнадцать, чтобы во что-то там эдакое верить и ждать от отношений мифического “долго и счастливо”. Опять же, с самого начала было понятно, что парность - это такое обстоятельство, против которого вот никак не попрёшь; вердикт, который не оспоришь. Не судьба, и всё тут. Какие могут быть “но” и “если”?

Но я всё равно надеялась: а что, если… Эх, какими же идиотками мы порой бываем, если влюбляемся! А я, кажется, всё же влюбилась. В дракона, да ещё и своего студента. Ну не ирония ли?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

- Глупая я, Бонь, - сказала коту. - Самой тошно.

- Муа, - согласился тот и перевернулся на другой бок. Чеши, мол. Ну логично, что уж… и вообще, как там Или говорил о показательных страданиях? Сесть на окошко, смотреть на дождь? Дождя, конечно, нет, а вот окно для сидения есть - широкое, с подушечками и специально приделанными книжными полочками. И даже с подставкой под чашку. Правда, обычно я там не грустила, а читала. Но сейчас, пожалуй, даже самая простенькая из книг встала бы мне поперёк мозга. И, что даже важнее, поперёк сердца. Книги - отличные собеседники, но их стоит читать, когда есть сила окунуться в жизнь других и в голову автора. У меня таковой не было. Хотя… взгляд прикипел к недавнему подарку драконьего принца. “Шалости в Магической Академии”, говорите… а почему бы, собственно, и не да?

*

Одиночество, смешная и глупая книга, тёплый кот, горячий чай, зимний сад за окном и цветастый плед - так выглядит мой личный рецепт успокоительного. Принимать его следует в сочетании с постельным (или, как минимум, домашним) режимом, чтобы однозначно подействовало.

Так я поступила: отрубила все артефакты связи, перенастроила защиту в режим *не пускать вообще никого* и приказала себе игнорировать весь окружающий мир с его не-истинными драконами, сплетничающими коллегами, почти-друзьями, подковёрными интригами и прочими утомительными вещами. Несколько раз в дом ко мне стучались, но я это только игнорировала.

Когда за окном потемнело, я отложила книгу и принялась задумчиво наблюдать за скачущими по веткам птицами.

Мне не стало намного легче, и горечь никуда не ушла. Но теперь я верила, что смогу - пойти завтра на работу, и улыбаться, и поговорить с Льяной. И с Дином - пожалуй, смогу. Когда-нибудь. А пока…

- Твой чай остыл.

Я еле удержалась от того, чтобы подскочить до потолка и заорать нечто, не вполне приличествующее культурному преподавателю.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Ты как тут оказался?!

- Вошёл.

Дин стоял, привалившись плечом к дверному косяку и скрестив руки на груди. И смотрел - впервые на моей памяти - очень серьёзно. И упрямо.

- Там защитные чары! - сказала я зачем-то. - Или тебе снова божественные силы помогли?

- Я вырос с отцом, возглавляющим Драконью Тайную службу. И кое-что могу безо всяких божественных вмешательств. Хотя, говоря об этом, я вот подумываю: а не пообщаться ли нам предметно с этой безумной божественной сучностью? Что за ерунду он устроил? Пусть исправляет!

- Дин, замолчи немедленно, - попросила я твёрдо. - И вспомни, что не о ком-то из своих подчинённых говоришь. Но о Том, кто тебе ничего не должен. В том числе - никаких объяснений. И исправлений. Всё так, как есть…

- Я не собираюсь с этим мириться.

Наверное, мне было бы проще, если бы он истерил. Но этот Дин - спокойный, собранный, хладнокровный - внушал.

Что именно он мне внушал, вопрос отдельный. И в некоторых аспектах даже немного неприличный. Потому сойдёмся на объясняющем всё и ничего слове “беспокойство”.

- Дин, - проговорила я как можно мягче. - Мы - не пара. И это значит…

- Это ничего ещё не значит, - отрезал он. - Я не собираюсь отказываться от тебя.

- Думаешь, общество так просто это примет?

- Им и не обязательно будет знать, - ошарашил меня этот замечательный дракон. - Я поговорил с Или и Роем. Вместе мы сможем подделать татуировку парности так, что никто ничего не заподозрит.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

40

Что же, это было, как удар под дых. И, пожалуй, куда красноречивее многословных признаний. Вот только…

- Ты же понимаешь, что это не может так сработать, правда?

- Это может и будет работать, - отрезал он. - Мы втроём создадим татуировку, неотличимую от настоящей. Ни у кого не возникнет вопросов или сомнений.