Луна стаи (СИ) - Антипова Дария

Но, может быть, это даже хорошо. Будь эти вещества абсолютно безопасны, скорее всего, я не могла бы надевать перчатки. И как бы тогда я объяснила наличие ожогов на руках от соприкосновения с металлом?

Как бы то ни было, лирия в лаборатории находилось гораздо меньше, чем в его месторождении и незащищёнными руками я к нему больше не прикасалась. Поэтому постепенно мне становилось лучше.

К тому же, я старалась делать всё настолько медленно, насколько это было возможно. Жаль только, что совсем остановить работу было не в моих силах.

Так прошли несколько дней моего пребывания в лаборатории. А однажды днём к нам зашёл Тод. Он был взволнован, так, что ещё до того, как он начал говорить, я поняла, что случилось что-то важное.

- Лана, - обратился он сразу ко мне, при этом даже не поздоровавшись с Граном, - приехал конунг и он хочет встретится с тобой.

Это сообщение оказалось настолько внезапным, что я просто растерялась.

- Сейчас? - только и смогла спросить.

- Да, - настойчиво проговорил Тод, - и он не любит ждать.

Я быстро стянула с себя фартук, в котором работала и мы вышли из лаборатории. Спустились вниз на первый этаж. По пути Тод не сказал мне ни слова, было видно, что он просто торопиться исполнить приказ. Да и я сама не успела сориентироваться и решить, как именно нужно себя вести.

Мы подошли к комнате, в которую я за всё время пребывания в том доме ни разу не заходила. Тод негромко постучал и, получив ответ, открыл дверь.

- Конунг, - проговорил он, - я привёл её, как вы приказывали.

В голосе чувствовались подобострастные ноты. Но странно было бы ожидать другого, учитывая, как именно охотники относятся к своему лидеру.

А вот я… не знаю, кого именно я ожидала увидеть, но почему-то мне казалось, что конунг выглядит по-другому. Конечно, я уже встречала его несколько раз во сне, но по какой-то причине потом в памяти оставался только его взгляд.

В итоге передо мной сидел мальчишка. Ещё совсем молодой. Может быть, мой ровесник или чуть старше. К тому же, он был достаточно худым и даже можно было сказать, что выглядел болезненным. И это и есть тот самый лидер, которого бояться и почитают все охотники?

Тем временем, не сводя с меня взгляда, он откинулся на спинку кресла, в котором сидел. Затем знаком приказал Тоду выйти, что он тут же и сделал.

А я в этот момент оглянулась по сторонам. Обстановка в этой комнате заметно отличалась от той, к которой я уже привыкла, пока жила здесь. Мне даже казалось, что охотники вообще не приемлют роскоши.

- Лана… - практически промурлыкал он моё имя и я снова посмотрела на него, - рад, что, наконец, могу видеть тебя в реальности.

- Да… - я задумалась, как именно должна обращаться к нему, но вспомнив, как это делал Тод, продолжила, - конунг.

- Ну что ты, - расслаблено улыбнулся он, - к чему такие церемонии? Ты можешь называть меня просто Маркас. И можно на ты.

И чем, интересно, я заслужила такую честь? Особенно, учитывая, что Тод и другие охотники, видимо, не могут называть его так.

- Присаживайся, - он показал на кресло, стоящее рядом с ним, - нам есть, что обсудить.

Взял со стола колокольчик и довольно громко позвонил в него. Надо же… почти аристократ. Теперь уже я видела, что не только обстановка комнаты, в которой мы находились, но и манеры и поведение самого конунга отличались от других охотников.

Всё это было так странно… подошла к креслу и медленно села в него.

В этот момент дверь открылась и в неё с подносом вошла девушка, которую я раньше не видела. Наверное, она тоже охотник и тоже приехала сегодня.

- Здравствуйте, конунг, - поздоровалась она и поставила чашки с подноса на небольшой столик рядом с нами. По запаху я поняла, что в них было кофе.

Ответа или даже хотя бы кивка она не удостоилась. Поэтому слегка поклонившись, просто вышла.

Конунг взял одну из чашек и медленно поднёс её ко рту, сделал небольшой глоток. Я в это время просто сидела, практически не двигаясь, и к своей чашке даже не прикоснулась.

- Я давно планировал познакомиться с тобой, - тем же мурлыкающим тоном снова проговорил он, - но хотел, чтобы ты сначала узнала больше о нашей жизни. Тебе ведь уже рассказали о том, что мы планируем сделать?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Он выжидательно посмотрел на меня. И, догадавшись, что нужно что-то ответить, я проговорила:

- Да, с помощью установки можно будет распылить лирий по городу и уничтожить стаю оборотней, который здесь живут. А потом… сделать тоже самое в других городах. И тогда всё закончится.

- После того, как мы уничтожим всех оборотней, всё только начнётся, - широко улыбнулся конунг. При этом его глаза на мгновение расширились и я заметила в них уже знакомый мне безумный блеск. Примерно также смотрел на меня Тод, когда протягивал пистолет, чтобы я убила Виту.

- Не понимаю… - осторожно проговорила, надеясь и боясь при этом получить хотя бы какое-то объяснение.

Не планирует же он после того, как закончит с волками, продолжать убивать теперь уже людей? Если так, то этот человек просто сумасшедший. Но всё оказалось ещё хуже.

- Ты ведь знаешь, что нас всех связывает древняя магия? - неожиданно спросил он.

Я осторожно кивнула. Тод упоминал об этом, но подробно ничего не рассказывал. Я предполагала, что он и сам мало, что знает.

- Для того, чтобы исполнить нашу миссию, нужна жёсткая система управления. Долго бы просуществовали охотники, если бы каждый из них мог сам решать, что и как делать? Или даже… насколько наши действия необходимы? Сомнения - путь к уничтожению. Поэтому у моих охотников их нет, - он немного помедлил, а затем почти заговорщицким голосом добавил, - хочешь узнать, почему?

Я медленно кивнула, но вслух ничего не сказала. Этого оказалось достаточно для того, чтобы конунг продолжил.

- Первый конунг, мой давний предок, был очень сильным магом. И очень… - он усмехнулся, - не любил оборотней. Сейчас сложно сказать, чем именно они ему так насолили, но факт остаётся фактом. Но он был настолько силён, что создал то магическое место, в котором мы с тобой впервые встретились. А после заключил туда души пятидесяти человек, заставив таким образом полностью подчиняться себе и той цели, которую он им внушил. Правда, оборотни оказались не так слабы, как он, наверное, предполагал, так что избавиться от них при его жизни не получилось, поэтому связь, также как и знаки охотников перешли к детям тех людей, которых он когда-то призвал к себе. А его наследник стал новым конунгом и так происходило до наших дней. А охотники… они ведь даже не подозревают о существовании того места, где их души будут находить до самой смерти. Полностью в моей власти.

Он снова рассмеялся, а меня больше всего поразило то, с каким пренебрежением он говорил о своих людях. О тех, кто так давно служил ему и, скорее всего, был бы готов даже отдать за него свою жизнь.

- А теперь самый главный секрет, - он снова широко улыбнулся, а я, слушая, затаила дыхание, - я вовсе не ненавижу оборотней. Наверное, мой давний предок, и правда, испытывал к ним что-то подобное. Но я… ненависть - удел плебеев. Совсем другое дело - холодный расчёт. Вот ты. Полукровка. Сидишь рядом со мной и, несмотря на твоё происхождение не вызываешь у меня никаких негативных чувств. Даже напротив…

Моя рука лежала на подлокотнике кресла и он, слегка наклонившись, провёл по ней холодными пальцами. Быстрое движение, от которого у меня мгновенно к горлу подступила тошнота. С усилием сжала руку, для того, чтобы резко не отдёрнуть её.

- Тебе известно, что я полукровка?

- А ты как думала? - он, наконец, убрал руку и я вздохнула чуть свободнее, - вдруг появился новый охотник. Я должен был выяснить, чья ты дочь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- И… - я сглотнула внезапно образовавшийся в горле ком, - ты выяснил?

- Конечно, - конунг снова откинулся на спинку кресла и посмотрел куда-то в сторону, - я был ещё младенцем, когда всё это произошло. Но история у нас довольно известная. Твой отец… он был одним из охотников и, подумать только, этот идиот влюбился в волчицу! Он должен был убить её, а вместо этого заделал ей ребёнка и ещё и отпустил. Да и волчица ему досталась… должен сказать, не самая умная. Надо же… сама вернулась в город, ища его. Прямо к нам в руки.