Разбуди меня (СИ) - Литвинова Анна

На лице Артема не осталось ни тени от улыбки. Он не шутил.

— И что тогда? — мой голос звучал глухо, но руки ощутимо подрагивали, что не укрылось от цепкого взгляда парня.

— Я отвезу тебя к себе, где ты поживешь, пока я не организую нашу свадьбу в самое ближайшее время. Затем ты будешь примерной женой и в самое ближайшее время родишь мне наследника. А потом еще одного. Будешь заниматься домом и детьми, все, как и планировалось с самого начала.

— Кем планировалось? — я уперлась руками в грудь парня, подошедшего вплотную, пытаясь оттолкнуть его от себя.

Его присутствие душило, не давая вдохнуть полной грудью. Я уже десять раз пожалела, что оказалась здесь одна! Но следующая мысль заставила меня похолодеть — ведь если он сейчас увезет меня, то найдут меня ох как не скоро. Никто просто не поймет, где меня искать, да и как узнают, надо ли?

— Я тебе уже говорила, что у нас нет будущего, — я посмотрела ему прямо в глаза и медленно, как человеку с умственной отсталостью, попыталась донести, — я не выйду за тебя замуж, Артем. Никогда.

— Думаешь? — он склонил голову набок, скрестив руки на груди, — вот не зря я говорил своему отцу, что не стоит соглашаться. Знаешь, солнышко, а ведь мне эта свадьба ни на одно место не сдалась.

Я опешила. Все стало еще непонятнее.

— Тогда зачем ты меня преследуешь? — в действиях Артема теперь я не видела вообще никакого резона.

— А потому, радость моя строптивая, что ты уже принадлежишь мне. Целиком и полностью, со всеми потрохами.

— Что за бред? — происходящее все больше напоминало какой-то сюрреализм, в котором я не улавливала ни логики, ни смысла.

— Тебя продали, если тебе так понятнее. За очень-очень большие деньги. Поэтому у тебя нет выбора, — в голосе парня появились нотки угрозы, — ты будешь со мной, пока мне не надоест. Твой отец несколько лет назад вложился в одно очень сомнительное предприятие, потеряв практически все деньги и оставшись должным очень серьезным людям. Эти люди шуток не понимали и могли просто его убить, не заморачиваясь вопросами морали. Поэтому он пришел к моему отцу и попросил дать ему в долг, так как к тому времени его репутация оставляла желать лучшего, отчего даже банки отказались с ним сотрудничать. Мой отец согласился, но в обмен потребовал мой союз с тобой. Видишь ли, я полукровка. Да, да, не надо так удивленно на меня смотреть. К обороту я не способен, но вот наши с тобой дети — это совсем другое дело. Учитывая положение твоего отца, я в будущем займу по праву место лидера стаи, осуществив мечту своих родителей. Да и свою, что скрывать. В принципе, наш официальный союз мне ни к чему. Я бы с удовольствием поразвлекался с тобой пару лет, а после того, как получил наследника, просто выкинул из своей жизни. Знаешь ли, ты совсем не в моем вкусе, любоваться на тебя до конца своих дней не входило в мои планы. Но тут твой отец был непреклонен, настаивая на свадьбе. Что ж, договор есть договор. И я, если ты помнишь, пытался с тобой по-хорошему, а ты мои старания совсем не оценила.

И тут Артем резко развернул и прижал меня к стене, сомкнув пальцы на моей шее, заставив всхлипнуть от неожиданности и испуга.

— И если ты думаешь, что твои истерики что-то изменят, то ты глубоко ошибаешься, — пальцы сжались сильнее, мешая дышать, — ты выйдешь за меня, даже если мне придется тащить тебя туда связанной и с кляпом во рту. Только учти, милая, что чем дольше ты будешь сопротивляться, тем хуже тебе же и будет. Я очень люблю укрощать строптивых девочек, — он наклонился и провел языком по моей щеке к виску, заставив дернуться, — а у нас с тобой вся жизнь впереди.

Я была раздавлена. Неужели это правда? И все, что меня ожидает в этой жизни, это союз с Артемом, в роли безропотной игрушки в постели, регулярно рожающей отпрысков на радость их отцу? Боже, это не может быть правдой! Ущипните меня, я хочу проснуться и понять, что это просто ночной кошмар, который забудется через пару часов!

Внутри было мерзко и холодно. Нерадостная картина моего будущего, так ясно сейчас всплывшая перед глазами, вызвала у меня сдавленный всхлип, затопив волной отчаяния и безысходности. Я не хочу!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

И тут же пришло четкое понимание того, что я так жить не смогу. Золотая клетка с трехразовым питанием и приложением в виде ненавистного мужчины в моей постели была не для меня. И если уж так случится, что Артему удастся осуществить эту свадьбу, заперев меня, я просто наложу на себя руки. Такая жизнь не имела для меня смысла.

Но прежде, чем это произойдет, Артем испытает всю силу моего сопротивления. Так просто он меня не получит!

— Нет! — взвизгнула я, надеясь на эффект неожиданности, — отпусти меня!

И изо всех сил пнула его по голени. И безумно удивилась, когда попала…

Парень разжал руки, отшатнувшись и сдавленно выматерившись от боли. Я с силой оттолкнула его, кинувшись в дом, надеясь запереться там и позвать на помощь, но не успела. Мужская рука вцепилась в мое плечо, разворачивая на ходу, разрывая куртку.

Я вскрикнула от боли и неожиданности, встречаясь с ним взглядом. В глазах Артема плескалось неприкрытое бешенство, но волны адреналина кипели в моей крови, выжигая страх. Я вцепилась ногтями, оставив борозды на его лице, и попыталась ударить между ног, но неудачно. Артем взвыл и наотмашь хлестнул меня по лицу. Я громко вскрикнула, падая и пытаясь сгруппироваться, но безуспешно.

Короткий полет окончился на деревянных ступеньках крыльца. Кувыркнувшись боком, приземлилась на мерзлую твердую землю, почувствовав резкую боль в боку, от которой потемнело в глазах. Артем прижимал ладонь к окровавленной щеке, но его взгляд был прикован ко мне, обещая жестокую месть. В какой-то момент мне показалось, что он меня пнет, и я закрыла глаза, сжавшись в комок. Любое движение отзывалось интенсивной болью в грудной клетке, и дыхание перехватывало. Встать не получалось, а ползать перед ним я не собиралась. Моего унижения ему не увидеть! Сдаваться я точно не собиралась. Только не сейчас, когда он показал свое истинное лицо.

Внезапный топот раздался с другой стороны, показавшись мне на какой-то миг игрой моего воображения. Но резкий толчок, откинувший меня на несколько шагов, заставил распахнуть глаза и глухо вскрикнуть от боли, пронзившей тело. Приподнимаясь на руках, едва сдерживала нецензурные реплики. Но в следующий миг я забыла обо всем…

От открывшейся картины мгновенно навернулись слезы, одновременно боли и облегчения. Между мной и Артемом стоял большой черный пес, яростно скаливший огромные клыки.

— Что за… — начал Артем, но быстро справился с изумлением, выхватив из кармана небольшой пистолет и направив его на волка. В его взгляде читалось превосходство.

— Она принадлежит мне, шавка! Отойди с дороги, иначе твоя шкура будет подарком на нашу свадьбу!

Зря он это сказал, ох зря. Я это почувствовала еще до того, как пес молнией кинулся на парня, сбивая его с ног и вцепляясь клыками в плечо, раздирая мышцы и ломая кости. Нечеловеческий крик Артема слился с оглушающим звуком выстрела…

Глава 24

Аня

Одно долгое, безумно долгое мгновение мне показалось, что я не жила, услышав короткое взвизгивание черного зверя. Я с трудом осознала, что вскочила на ноги, вскрикнув от испуга и напрочь забыв про собственную боль. Представив Илью, истекающего кровью, умирающего на моих руках, горло сдавило в болезненном спазме, а перед глазами потемнело. Именно в этот миг для меня полностью потерял свое значение тот факт, что он являлся оборотнем. Я готова была ему простить все, что знала, заодно вместе с тем, что еще узнаю, только бы с ним ничего не случилось. Если бы я не была такой идиоткой, этого бы ничего не случилось! Все опять из-за меня! Да что я за человек-то такой, постоянно творю какую-то дичь, а все вокруг за это расплачиваются!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Распекая себя на все лады, я подбежала к Артему с Ильей и на секунду остановилась, замешкавшись от развернувшейся перед глазами картины жестокой расправы. Артем лежал на земле, закатывая глаза и хрипя, безуспешно пытаясь левой рукой сдвинуть со своего горла огромную черную лапу, перекрывающую ему доступ к кислороду. Его правая рука представляла собой ужасающее зрелище — плечо было одной большой раной, где перемешались кости, кожа и мясо, такое замысловатое лего из фильма ужасов. Илья, не реагируя на жалкие потуги моего бывшего жениха освободиться, громко рычал, усиливая напор.