Демониада (СИ) - Линдт Нина

«Мальчик», — решила Настя. — «Волосы короткие».

Переведя взгляд на Габриэля, она заметила, что тот трясется, как при лихорадке.

— Моя вина, моя вина… — повторяли его белые губы.

Граф Виттури присел на корточки и за плечо перевернул тело лицом вверх. Слабость в коленях была такой сильной, что Настя пошатнулась. Папа Римский поддержал ее за локоть. Горло трупа было вырвано, тело обескровлено, а глаза мальчика были широко открыты и белы.

Настя отвернулась и уткнулась лицом в сутану Родриго Борджия. Призрак шептал что-то успокаивающее, но она не слышала его слов. Ребенок. Мальчик. Каким надо быть чудовищем, чтобы сделать такое? Зверем? Собакой?

От головокружения из-за контакта с призраком, ей пришлось отстраниться от него, и тут она заметила, что с третьего этажа дома льется свет.

А вслед за светом полилась оттуда и тихая, медленная музыка. Словно кто-то пробовал, как звучит пианино, нажимал на клавиши, позволяя каждой отзвучать, пока не нажмет вторую. И вместе с тем, рождалась задумчивая, грустная мелодия.

Она повернулась к своим спутникам: они тоже прислушивались. Значит, музыка реальна, не призрачна. Настя пошла на свет и звук, позабыв о страхе. Словно вдруг остро возникла необходимость знать. Знать до конца все тайны этого странного дома.

Они уже были близко, когда из палатки вылез сонный Локи. Диего еле сдержал порыв врезать ему в одноглазую удивленную морду. Неужели так сложно держать при себе телефон?

— Вы что здесь делаете? — викинг недовольно скрестил руки на мощной груди.

— Ты бы еще спросил, почему мы без кофе, — вставила Итсаску. И не дав Локи отреагировать, она добавила: — Рита здесь?

— Нет, Рита с друидами.

— С кем?! — Диего всмотрелся внимательнее в чуть насмешливое лицо бородатого одноглазого пирата. Тот нахально улыбнулся, видя, что оборотень не в настроении.

— С друидами. Проходит обучение. А вас сюда за каким чертом принесло?

— За тем самым. Граф Виттури попал в ловушку Ноктурны вместе с Настей. Нам нужна Рита.

Локи выругался на каком-то непонятном ребятам языке, причесал светлую бороду в задумчивости.

— Риту нельзя тревожить еще часов 6 примерно. Она сказала, что сама вернется.

Так что… если хотите кофе, забирайтесь в палатку. Я как раз готовил.

— Мы голодные и уставшие. И злые. Ноктурна набирает силу. Портрет достался ей. Нам не до кофе, — резко оборвал его Диего.

Локи пожал плечами.

— Тогда пошли в «Замок», там хоть готовят хорошо. Я тут на пайках совсем озверел.

— Почему не взяли телефоны?

— Рита сказала, что лучше без них. Она ушла еще дальше, это я здесь, рядом с цивилизацией.

— Ладно, пошли, расскажешь всем, чем вы тут занимаетесь.

Итсаску не стала дожидаться, развернулась и пошла обратно. Локи быстро написал записку Рите, придавил ее чашкой с недопитым кофе и пошел вслед за Диего в деревню.

Через полтора часа, после душа, уплетая горячую яичницу с ветчиной и жареной картошкой, Локи рассказал ребятам про то, как они с Ритой, развеяв прах Ильвира, приехали в Баллино посмотреть на круг друидов.

— Рита стала сама не своя, как дошла до этого круга. Бормотала все что-то, ходила и мерила шаги, ложилась в центре круга на землю. Плакала. Напевала под нос, раскачиваясь и обняв себя руками. А потом стемнело, и я вдруг увидел… — Локи потряс головой. — Нет, ребята, лучше вы сами все посмотрите. А то не поверите еще. Она вернется как раз вовремя. Ну, а на следующий день пришли друиды. Оказывается, они ее ждали, она для них вроде как главной жрицы оказалась. Пришлось ждать ее все эти дни в палатке, пока они там по полям носятся, меня она с собой не взяла.

— Бедный брошенный скандинавский бог, — ухмыльнулась Итсаску.

— Спасибо, что подобрали и накормили, — засмеялся Локи.

Третий этаж представлял собой зал, вдоль стен стояли шкафы с книгами, одна стена была зеркальной: Настя поначалу испугалась движения в отражении.

А посередине комнаты стояла огромная музыкальная шкатулка, которая светилась и издавала мелодию. Она была оформлена как театральная сцена, на которой танцевала девочка в воздушном платье, которое взлетало вместе с ней при каждом движении. Пуанты на ногах не оставляли сомнений, что она танцует партию из балета.

— Это не кукла, похоже на видео-проекцию, — Настя огляделась в поисках проектора, но ничего не увидела.

— Интересно…

Пока граф Виттури приглядывался к шкатулке, Настя подошла к одному из книжных шкафов, открыла, провела рукой по корешкам книг.

— Книги на русском языке, — заметила она.

— У меня одна хорошая новость и одна плохая, — сказал граф Виттури, поворачиваясь к своим спутникам.

— Какая хорошая?

— Мне кажется, учитывая все увиденное, мы не в черной дыре.

— А где же? — огляделась Настя.

— Мы в доме, который раньше принадлежал женщине, которая стала Ноктурной.

— И дом стоит в лесу?

— Нет, необязательно. Лес — это отражение нашей души. Вспомни свой лес. Он был живым, сказочным, добрым. Он вел тебя по своим тропам. А этот мертвый лес — душа Ноктурны. Чтобы создать Белую Даму, нужна живая, отчаявшаяся женщина. Демоны овладевают ей именно в момент слабости. Этот дом — единственное, что осталось в ней от той, кем она была. И дом страшен, засыпан пеплом. И тот мертвый ребенок- наверняка убит ей самой. Раз она так трепетно хранит его.

— И единственный мерцающий свет, единственное, что осталось от той ее жизни — это танцующая кукла в музыкальной шкатулке?

— Думаю, если мы разгадаем, почему эта шкатулка так важна для Ноктурны, то поймем лучше ее слабости.

— То есть, мы попали к ней в душу? Но почему? И в чем заключается плохая новость?

— Почему — нам предстоит еще решить, возможно, это благодаря тебе, Настя. Ты ведь контактируешь с призраками, заблудшими душами…

— Я попросил бы… — возмутился Папа Римский.

— Возможно, ты послужила проводником всем нам, увела нас не туда, куда хотела Ноктуна, а нащупала ее самое уязвимое место. А плохая новость в том, что мы по- прежнему не знаем, как отсюда выбраться.

В этот момент шкатулка с грохотом захлопнулась, музыка прервалась, свет погас. И в гробовой тишине они услышали скрип ступенек лестницы под чьими-то тяжелыми шагами.

ГЛАВА 13

Друиды. Честно сказать, Диего представлял их себе древними стариками с посохами, седыми бородами, в рясе. А навстречу ему шли люди, одетые в обычную одежду: легкие куртки, клетчатые рубашки и джинсы, — дети, молодежь, взрослые, старики. Были среди них три семьи, одна молодая пара, друзья. Они несли сухоцветы, сложенные в красивые букеты. Улыбались, болтали между собой. Нет, совсем не так он представлял их.

Риту он тоже узнал с трудом. Всегда элегантная и соблазнительно одетая, ведьма шла по полю в джинсах, высоких сапогах без каблука и клетчатой красной рубашке. Рыжие волосы, обычно уложенные, были просто забраны в хвост и завязаны платком.

Но, между тем, при всей простоте явно не ее одежды, по тому, с каким уважением спутники смотрели на нее, в рыжей красавице все равно можно было бы узнать королеву ведьм.

Завидев Цезаря и его команду, она что-то сказала друидам, и те остановились в сторонке, ожидая, пока она поговорит с друзьями.

— Что случилось? — спросила она, едва оказалась рядом.

Диего кратко рассказал ей про произошедшее. Румянец на щеках Риты сменился бледностью. Потерять графа Виттури? Сразу же после смерти отца? Немыслимо!

— Думаю, вам стоит остаться сегодня на ночь, — Рита кусала губы. — Я подумаю, что можно сделать, и переговорю с ними, — она кивнула в сторону друидов. — Но сначала, Цезарь, я бы хотела показать вам то, что произошло, когда мы приехали сюда с Локи.

— Тебе виднее, Рита, — Цезарь осторожно смерил взглядом ведьму.

— Я его готова из-под земли достать, ты знаешь, — зеленые глаза уставились на него с вызовом. — Но чтобы понять как, надо подумать.