Вика Орлёнок - Некромантка. Зелёный дар (СИ)

— Яр-р-ослав… — тихий голос казался громом среди той тишины, что повисла в лаборатории. Мужчина вздрогнул, как от удара… её голос совсем не изменился. И глаза остались прежними, наверно по этому взгляду он и узнал её, как только зашёл в харчевню «Три гриба».

— Принцесса-а-а… — прошептал в ответ некромант. Все тени сразу же замерли и стали расползаться по углам, понимая, что у хозяина более важные дела, чем натравливать их на кого-то. Перестал мигать свет, исчез запах дыма, дышать разом стало легче. Кровавый покачал головой, что же любовь с некоторыми делает!

…Но даже старое прозвище Велислава дослушивать не стала, а сразу кинулась к двери, пытаясь сбежать. Крепкие объятия Тёмноведова сковали её, когда она уже схватилась за ручку, в отчаянии дёргая за неё. Та не поддавалась. Ни капельки. Заклинание было наложено на совесть и не поверишь, что руну блокировки в воздухе можно начертить так быстро, хотя это же Ярослав… чего тут удивляться.

— Вы тут объясняйтесь, а я пока пойду, — сказал Василий, глядя на молчаливую борьбу давних друзей и с видом проходившего мимо студента, прошествовал к двери из комнаты. Кровавого дверь почему-то пропустила. Мужчина открыл её без проблем под протестующий стон Велиславы. — А я тебе говорил, что он тебя узнает! И не забудь ему рассказать всё, что рассказала мне, — и ловко проскользнул в коридор, — я вас не выдам, — улыбка в глазах друга и обещание, что всё будет хорошо, свели желание сопротивляться таким знакомым и одновременно другим рукам на нет.

— Что ты должна мне рассказать, принцесса? — она поморщилась при произношении этого прозвища, неужели он до сих пор помнит, как её называл. Ярослав схватил её за плечи и повернул лицом к себе. — Мила, у меня огромное количество вопросов, но… — слова застыли в горле ужасным комом, в глаза женщины были мокрыми от слёз… Принцесса… Ты мне снилась, — почему-то прошептал он.

Она покачала головой, закусывая губу, как тогда, много лет назад, потом вдруг посмотрела на него каким-то испуганным взглядом и… сама прижалась, сглатывая слёзы. Она хотела бороться, ругаться, да куда там!! От одного только его взгляда реветь хочется…

— Дурак… какой же ты дурак… — шептала Милана. — Они тебя теперь убьют… Дурак…

— Кто меня убьёт? — он обнял её крепче, прижимая к себе. — Только если ты своими выкрутасами, — грустная усмешка в голосе и легкий поцелуй в макушку. Она только завертела головой и всхлипнула, — зачем убегала?

— Яр… — Мила подняла лицо и посмотрела в любимые зелёные глаза, — прости меня… пожалуйста, — женщина провела ладонью по его щеке. — Я так перед тобой виновата… я скрыла от тебя… но Яр… я должна была… — она снова уткнулась ему в грудь и плечи затряслись от несдерживаемых рыданий, а ведь раньше она не плакала никогда. Почему-то эта мысль промелькнула в сознании мужчины, заставляя его ещё крепче обнимать Милу.

В конце концов Ярослав не размыкая объятий подвёл любимую к старому креслу в углу (оттуда открывался отличный вид на огненные плитки для кипячений растворов в специальных колбочках), уселся сам и немного поколебавшись посадил на колени Милу, прижимая её к себе и как бы защищая. Она замерла на секунду, потом сама прижалась к нему, как много лет назад. Тогда, когда прибегала к его команде в лес, когда засыпала у него в объятиях. Ни чувства неловкости, ни прошедших лет, ничего не было. Только его руки, его тепло. Ярослав же что-то шептал ей на ушко, что и сам не мог сказать потом, поглаживал спину любимой, целовал висок, давал выплакаться. В голове мужчины роились вопросы, они мучали его, разрывали. Но он ничего не спрашивал, понимая, что не это важно сейчас, главное, спокойствие любимой… А проблемы, вопросы, они справятся с ними. Ведь теперь они вместе. Некромант снова поцеловал плачущую в уголок лба и макушку. Она так и дрожала, всхлипывая без слов.

Постепенно истерика начала стихать. Милана утёрла лицо платком, что дал Яр, высморкалась в него (вызвав мимолётную улыбку Яра) и заговорила тихим голосом.

— Мать была против наших отношений с самого начала… она тебя тогда и спровадила с практики… Тебя выгнали, потому что я… потому что мать поняла, что я забеременела…, - Ярослав замер, — она же целитель по дару… — грустная усмешка полная сарказма.

— Беременна? Ты была беременна? Почему ты не сказала? Принцесса… — безумная мысль пролетела в голове и погасла, поскольку Милана продолжила рассказывать:

— Да… наша первая ночь…, - молодая женщина вдруг покраснела, как девчонка, — имела свои последствия, — против воли оба улыбнулись воспоминаниям, но улыбка была у каждого грустной. Ярослав поцеловал любимую в висок и убрал тёмный локон со лба Милы, та закрыла глаза и прижалась щекой к его груди.

— Последствия… да уж, — он вздохнул, — а что стало с малышом, эта карга его убила?! — против воли голос мужчины сорвался. Он понимал, что эта старуха способна на всё ради репутации семьи, даже убить своего внука.

— Нет, но хотела… — Мила горько усмехнулась, узнавая неуловимо знакомые нотки голоса дочери. Слеза сорвалась с ресниц и потекла по щеке прозрачной каплей.

— То есть… малыш жив? — сердце Тёмноведова пропустило удар. — И где он?

Мила покачала головой, вздохнула и наконец произнесла:

— Она.

— Она? — безумная мысль превратилась в догадку и не хотела выходить из головы. Неужели его заветное желание, самое глубокое и спрятанное где-то внутри, на самом деле… правда?

— Это девочка… — голубоглазая женщина смотрела невидящим взглядом на убранство лаборатории и не видела ничего, поглощённая воспоминаниями картин прошлого, — Добронега и есть твоя дочь…, по приказу матери были подделаны документы, что малышка родилась на месяц с лишним позже, — тихий шёпот. Глаза теперь закрыты. Милана замерла в ожидании взрыва эмоций, но нарвалась на шок.

— Но… ты же… тогда… и… — мужчина и сам понимал, что тогда всё было сказано, было ложью. Правдой была только его догадка, его мечта, что дочь любимой и его дочь тоже, но почему? Неужели принцесса не могла сбежать тогда? Он бы защитил! Он смог! Да и потом, когда у Ярослава уже появились связи, деньги. Почему?

Милана ответила на эти вопросы через секунду одной фразой:

— Она поставила мне условие. Либо она убивает тебя и нашу дочь, либо я слушаюсь её беспрекословно, тогда она оставляет вам жизнь…

— Мила… — Ярослав ещё сильнее сжал в объятиях женщину, забирая на себя часть боли. События шестнадцатилетней давности, когда она стояла перед ним во дворе дома и говорила все те обидные, жалящие душу слова. Она просто пыталась спасти тех, кого любила, его и маленькую девочку. Мужчина закрыл глаза, если бы он догадался тогда! Если бы она подала хоть один знак!!! Ярослав вздохнул. Не подала бы, это же принцесса.