Тери Сан - Незаконченная история (СИ)

   - Тенит?

   И это опасно, очень опасно. На памяти Тенита, бесстрастный Хасер никогда не терял самообладания по настоящему, а сейчас Льдышка только что ни пеной исходил от бешенства.

   Неудивительно, что нашаливший Саламандра предпочёл удрать. Справиться с Ледяным в подобном состоянии сумела бы разве что магистр. Да от парня за версту несло запредельной магией. Не нужно было держать в руках талисман, чтобы понять: магический индекс Хасери зашкаливает выше отметки дозволенного. Пир очевидно совсем рехнулся в своих шуточках. Должно его поведение иметь хоть какие-то границы?

   Увидев реакцию бледного, трясущегося как мышь Тенита, Хас смягчился, убрал руки за спину. Скромничать оказалось поздно. Дверной косяк разворотило в момент появления, и с пальцев парня то и дело соскакивали синие молнии. Госпожа Альтин отбыла из академии на неделю. Ох, зря она это сделала, очень зря.

   - Тени, ты не видел...? - ласково начал Ледяной и не удержавшись, матернулся, настолько красочно, что, наверное у портретов достопочтимых основателей ордена, висящих на стенах библиотеки в золотых рамках, заложило уши.

   Тенит моментально заалел и отвалил челюсть не уверенный, что сможет захлопнуть. Матерящийся Хасери, это пострашнее Тёмного владыки, а уж такой Хасер. Льдышка резко крутанулся на пятках, напоминая взбешенный ураган. Бледное лицо перекошено, а в чёрных глазах отчётливо читается: "скорая смерть Саламандры", тонкие ноздри дрожат от гнева.

   - Увидишь Пира, ты немедленно, слышишь, Немедленно, обязан мне сказать! - безапелляционно заявил Льдышка.

   Тенит испуганно закивал, готовый согласиться на всё, только бы опасный маг убрался поскорее. В таком состоянии Хасер прихлопнет и даже не сообразит, как это произошло.

   А Пиру весело, весело, твою мать. Медовые глаза сверкают из-под столешницы, похожие на драгоценные камешки в обрамлении густых ресниц. И рыжий лыбится, словно сделал самую потрясающую вещь на свете и невозможно злиться на него в эту секунду, хотя хочется прибить как минимум. Дать коленкой по наглой ухмыляющейся роже с ямочками на щеках и смешинками; тысячами бронзовых смешинок, усмешек, ухмылок, озорных искорок. И хочется убить или улыбаться в ответ, потому что Саламандра дурак. Это же очевидно... Дурак. Самый заразный дурак на свете, невозможный кретин.

   Тенит наклоняется, положив голову на скрещенные запястья, словно он устал и решил отдохнуть, а не слушать Хасери. Впрочем Льдышке до него нет дела. Хас занят попытками разыскать рыжего засранца и обрить налысо, для начала.

   "При-ду-рок", - Тенит складывает губы и рыжий лыбится ещё шире, читая чужое беззвучие.

   "Кре-тин", - сигналит Тенит по буквам понимая, что ещё секунда и начнёт ржать поддавшись этой рыжей магии.

   А Пир выглядит так, словно ему сделали комплимент. Подмигивает, совершенно невозможно. Удобно расположив подбородок на ногах Тенита. Только что не мурлыкает довольным котом.

   Тенит застывает не понимая, что хочется сильнее: ударить огненного или погладить, зарываясь пальцами в рыжий веник на голове. А изнутри нарастает тёплое пламя. Может сумасшедший Саламандра способен разжигать и в людях огонь?

   - Этот поддонок доигрался, - Хасери щёлкнул пальцами, заставляя выбитую дверь взлететь на место и аккуратно встать в косяк. - В этот раз, я заставлю его заплатить.

   Льдышка оглянулся, обшаривая библиотеку беглым взглядом, вопросительно уставился на Тенита.

   - Его здесь нет, - сдавленно промычал Тенит, занятый отчаянной попыткой спихнуть обнаглевшую морду Пира и определиться наконец во мнении: сдать или прикрыть?

   Лгать Хасеру являлось чревато. Да и Пир ведущий себя совершенно по-свински, хорошего отношения не заслуживал. Стоило книжнику расслабиться, как огненный совершенно нахально потёрся щекой о его бедро, используя штаны книжника в качестве личной салфетки, вот ублюдок.

   Выдать Пира тоже не представлялось возможным, Саламандра из него котлету сделает. Сначала отлупит, а затем поджарит на медленном огне.

   - Но возможно, я не заметил, - ляпнул он, отчаянно спихивая чужие руки, и судорожно вздохнул. Пир резко поймал книжника за запястье и обжёг пальцы губами, втягивая в себя, щекоча языком.

   Разумеется, огненный услышал последние слова Тенита и решил шантажировать. Очевидно укусить, когда Тенит попытается раскрыть его местонахождение Льдышке. Иначе зачем облизывать чужую ладонь?

   - В смысле? - Хасер недоумённо свёл брови, рассматривая Тенита с большим подозрением. Глаза у Льдышки оказались пытливые и соображал парень моментально.

   - Ну... я слишком увлёкся чтением... Мог не заметить.

   Тенит с силой двинул пяткой, пытаясь залепить Саламандре в бок, нога моментально оказалась прижата чужой хваткой.

   - Может тебе стоит его поискать? - предположил он невинно, решив, что если Пир укусит, огненному хуже. Разбираться с Хасером будет сам, плевать Тенит хотел.

   Оставалось верить, что библиотека переживёт подобное столкновение, а сам книжник сумеет убраться с разборки раньше, чем она затронет его.

   - Думаешь? - Хасер с сомнением оглянулся по сторонам. Разыскивать Саламандру среди лабиринта стеллажей представлялось долгим и утомительным занятием.

   - Ты здесь каждый угол знаешь. Как по твоему, где он может спрятаться? - Он просигналил глазами, намекая "пальчиком показать".

   Наивный. При условии, что Тенит мог бы это сделать, давно бы сделал и не парился. Но между молотом и наковальней не выбирают.

   - Откуда мне знать. Я его не... Видел.

   Тенит вздрогнул, ощутив прикосновение шершавых ладоней к обнажённым лодыжкам. Пир окончательно свихнулся. Очевидно, мысль сидеть и прятаться показалась огненному скучной и он решил развлечься. Разумеется пока Хасер здесь, Тенит побоится оказать сопротивление. Пир мог делать всё, что заблагорассудиться. И клал Саламандра на то, что в двух шагах напротив его крови жаждет взбешенный маг воды.

   Когда Пиру становилось скучно, живым людям следовало убраться подальше. В голове рыжего вместо мозгов кипела лава. Просто поразительным казался факт, как этому неугомонному парню всё сходило с рук. Но очевидно бывают такие люди, удивительно обаятельные. Способные убедить кого угодно и в чём угодно.

   Саламандра относился к их числу, живая харизматичность. Убить Пира представлялось гораздо проще, чем с ним смириться. Но стоило смириться и перед тобой, словно открывался целый мир. Тенита всегда поражало это качество несоответствия жизни и характеров.