Демоны в моей Кровати - Бритт Эндрюс

к финалу, Эш. Думай головой, не хуем.

Он фыркнул:

— В сексе нет ничего плохого, брат. Ладно, мне надо идти. Постарайся сегодня не беситься — ночь боёв, всем нужно быть в форме.

Мы отключились, и я снова уставился то на долбаную открытку, то на данные с телефона Палмер. Я любезно — очень любезно — клонировал её устройство, так что теперь видел всё. Любой входящий, любое обновление — мгновенно у меня на экране.

С выдохом я достал маленький ключ, открыл глубокий ящик стола и вытащил металлический кейс.

Код. Отпечаток. Сканер сетчатки.

Крышка поднялась.

Я провёл пальцами по маленьким колбам с зелёным газом — тем, что должен был перевернуть всю нахрен игру. Только через мой труп какая-то острорылая ведьма сорвёт нам финишную прямую и устроит пиздец.

Она останется здесь — временно — потому что знает, кто мы. Но мне нужно узнать, кто она сама, откуда взялась, что умеет и представляет ли угрозу. Сохранить свою банду, своих братьев — было для меня важнее всего.

Один раз меня застали врасплох.

Один. Единственный.

И…

Я стиснул челюсть, когда в голове вновь вспыхнули те карие, до ужаса пустые глаза. Глаза, которые преследовали меня все эти годы.

Тогда я дал себе клятву.

Больше меня не поймают.

Никогда.

Со мной нет второго шанса.

Нет «может, исправится».

Нет «я передумаю».

Предал меня?

Подставил?

Можешь считать себя ёбаным призраком — ты мёртв. Для меня.

Навсегда.

Я сохранил видео, но отправлять его остальным не стал. Нечего заранее поднимать панику из-за того, что может быть тупым розыгрышем.

Желудок говорил, что ни хрена это не розыгрыш. Но даже если так — если кто-то действительно что-то узнал… Я попытался убедить себя, что это не проблема. Я десять лет это себе повторял. Хуже от этого ложь не становилась.

Блядь.

С тихим стоном провёл ладонью по лицу.

Некогда было сейчас ебать себе мозги. Впереди была ночь боёв, надо готовиться.

Последний взгляд на колбы — и я закрыл кейс, спрятал его в привычное убежище.

— Босс? — Хоторн просунул голову в дверь осторожно. — Я стучал несколько раз. Всё норм?

Стучал? Чёрт, даже не услышал.

— Ага, пацан. Всё под контролем. С тем дерьмом разобрался?

— Да, вынес, сжёг. Хочешь, поставлю пару ребят постоять тут пару ночей? На случай, если это повторится.

Я кивнул и поднялся, убирая телефон в карман.

— Умно. Двух-трёх низких рангов хватит. Сегодня основная масса нужна будет на бои.

— Тогда увидимся вечером, босс.

Он ушёл в подсобку, наверняка за добавкой кофе.

Я прошёл в зону стрижек и увидел Бри, заплетающую какой-то мелочи косички.

— Йо, и тебе прощай, босс! — гаркнула она, и я с трудом сдержал смех от реакции пацана, на котором она тренировалась: тот чуть из стула не выпал.

Иногда мне казалось, что Бри делает всё ради эффектности.

Я продолжил идти, и, уже почти выходя за дверь, махнул назад рукой. Наполовину. Так, чисто чтоб не ныл никто.

Чёрт. Ненавижу пустую болтовню.

Какого хуя я вообще решил открыть барбершоп? Вся работа — болтовня.

Бри постоянно талдычит, что это у меня «образ такого сурового мужика». Что внутри я «добрый пушистый заюшка».

Да чтоб я сдох.

Ладно. Не время.

Было ещё несколько часов. Можно подремать и набраться сил.

Сегодня они понадобятся.

Эш, Феликс и я громко включили музыку, летя по трассе в сторону Долины. Там, на заброшенной частной земле, стоял старый сарай — нейтральная территория. Городские банды давно превратили его в место перемирия. Насилие — только в ринге. Нарушил — твоего лидера опускают публично.

Разрешались только любовные разборки, но и их старались пресекать: мужики, рвущие друг друга из-за киски, — ещё терпимо. Но когда бабы начинают драться за хер — это был ад. Если всех таких карать, никто бы не приезжал. Поэтому я держался от этого дерьма подальше.

Я приехал драться — и только.

Я повернулся назад, на Феликса, раскинувшегося на сиденье.

— Ну как ты?

— Отлично, брат. Даже больше чем отлично. Настроился, нахуевертил полотно красками, получил горячий секс... я заряжен. А ты? Готов?

Я хрустнул шеей и отвернулся, игнорируя ненужные подробности о сексе.

— Я всегда готов.

— Ого-го-го, петушок самоуверенный. Осторожней, — протянул Эш, переключая передачу. — Самонадеянность — прямой путь вылететь зубами вперёд.

— План какой? — Феликс наклонился вперёд, глядя на нас по очереди.

Эш фыркнул.

— Ты всегда так делаешь, Ликс. План мы обсуждали тысячу раз. Ты думаешь, он изменился за последние, — он посмотрел на часы на консоли, — четыре сраных минуты, что прошли с последнего раза?!

— Я нервничаю, ты, сука, пиздюк, — огрызнулся Феликс. — А ну быстро перестаньте быть двумя шоколадными крошками на говнотворожке и скажите план!

Вот это уже зацепило Эша.

Он, этот дегенерат, реально прыгнул на заднее сиденье, полностью отпустив руль.

— Эшланд! Ты, блядский идиот! — я схватил руль и выровнял SUV за мгновение до того, как мы улетели в канаву.

— Ну что, повторишь, Ликси? — протянул Эш, при этом ему было абсолютно похуй, что у нас больше нет водителя.

— Да пошёл ты, — рявкнул Феликс.

О, святые Орионы.

Эшланд уже наполовину перелез назад, шипя и обещая «въебать вежливость обратно в его мозг», а машина начала скатываться с холма, набирая скорость.

— Говно, — выдохнул я, перелезая через консоль и падая в водительское сиденье как раз к тому моменту, когда Эшланд простонал.

— Да, маленькая сучка… Хотел пиздеть? С трудом пиздишь, когда у тебя мой жирный хрен в глотке, да?

— Вы ебанутые псы! — заорал я. — Как будто мы НЕ В ДВИЖУЩЕЙСЯ, МАТЬ ВАШУ, МАШИНЕ! Не могли, блядь, остановиться — и потом уже кормить его хуесендвичем, придурок?!

Эш заржал так, что я реально захотел его придушить.

— Это не моя вина, Роудс. Ты слышал, как он со мной разговаривал.

— Ай блядь, зубы, ещё раз так сделаешь — и пожалеешь, — зашипел он.

— Если ты ЕЩЁ РАЗ такое выкинешь — пожалеешь! — рявкнул я, глядя на него через зеркало.

— Я Эша первый раз услышал, блядь… — пробурчал Феликс, слова там, понятно, приглушённые.

— Я не тебе говорил, Феликс! — процедил я.

Эш поднял голову, посмотрел мне в глаза в зеркале:

— Тебе бы тоже хуй отсосали, мужик. Тебе бы пошло на пользу.

Глаза у него закатились, и я резко отвернулся, хмыкнув, снижая скорость — старый просёлок уже маячил впереди.

— На колени, Ликси. Пусть Роудс посмотрит, что он теряет, когда мой член долбит тебе глотку.

Я вписался в поворот немного резковато, их синхронное матюканье только порадовало — и я специально поймал