Ласточка в Академии Штормового ветра (СИ) - Юлия Марлин

мне кто-то помнит. Оказалось, помнят и желают выздоровления. Сокурсники долго расспрашивали о самочувствии, а потом рассказали много любопытного.

Узнав о проступке Винсана, ректор пришёл в бешенство. Учебный артефакт, благодаря которому студенты создают боевые шары, специально зачарован от подлога. Когда Винсан изменил его полярность, артефакт сменил цвет, и это стало подтверждением его вины.

— Дюрбэ так орал, что стекла тряслись даже на первом этаже, — сообщил Альберт.

— Ага. Грозился вышвырнуть Винсана из заведения и заодно донести местным законникам, — подтвердил Эмиль.

— Но не выгнал? — Поняла я.

— В дело вмешался герцог старший, — Ксана поморщилась. — Член попечительского совета, важный человек. Лично приехал в Академию просить ректора о снисхождении к сыну. Мол, тот простолюдин — речь о тебе — выжил, идёт на поправку, а значит, ничего страшного Ишен не совершил. И выгонять его не за что.

— Не за что? — Фыркнула зло.

Гад меня чуть не угробил, но ему все сошло с рук. Впрочем, он сам об этом предупреждал; тогда на крыше. Заранее предвидел, что папочка избавит от наказания. А, значит, и дальше можно творить беспредел.

— Нет, Эд. Ты не думай.

Подняла глаза на Эмиля.

— Винсан к тебе теперь вряд ли подойдёт. Ректор поставил жесткое условие. Еще одна такая выходка и не спасут ни связи, ни богатство. Вылетит из Академии пробкой.

— Он очень испугался, — кивнула Ксана. — Его ж до этого выгнали из трёх учебных заведений и везде за серьёзные проступки. Северная Магическая Академия последняя, куда приняли. Когда идиот понял, что останется без диплома, долго вымаливал у ректора прощение.

Я покачала головой. А передо мной извиниться не захотел? Чего еще ждать от подонка?

— Будь спокоен, друг, — Альберт осторожно прихлопнул по плечу, — отныне ты для него — табу. Ректор связал Винсана клятвой послушания.

Ксана склонилась, перейдя на шепот:

— Слышала, сделал это по совету доктора Мальера. Представляешь?

Я невольно вздрогнула:

— Доктора?

Шатенка заговорщически улыбнулась.

— Угу.

Я так поразилась, что даже не расслышала новый вопрос.

— Говорю, чего Винсан на тебя взъелся? Вы были знакомы? Не поделили девицу?

— Нет.

— Тогда не понимаю.

— Обычная неприязнь, — шепнула в ответ. — Иногда случается.

А сама задумалась — правда ли только неприязнь? Или причина ненависти герцога глубже и опаснее? Вот чего он привязался?

— Винсан не приходил на занятия три дня, — прервал мои размышления Рауль. — Появился вчера. Теперь лишний раз не отсвечивает.

— Боится, — согласился Альберт. — А ты, друг, поправляйся. И скорее возвращайся к учебе.

— С чего бы вам меня ждать? — Улыбнулась скептически.

— Хорошо отвечаешь на вопросы преподавателей, — признался виконт. — Ты да Ксана. Спасаете группу. Так, красотуля?

Девушка ответила хищной улыбочкой.

— Потому что учим. В отличие от некоторых.

— А давай учить вместе? — Альберт игриво подмигнул. — Я сегодня свободен.

— Встань в очередь, Кастэр, — бросила она гордо и вдруг прищурилась. В девичьих глазах блеснула желтизна, из горла донеся рык.

Я присмотрелась к порогу, куда повернулась сокурсница и заметила Кая. Одет просто, немного небрежно. Волосы собраны лентой. Красивый, уверенный в себе, а какие мускулы — одно загляденье. У Рэна, кстати, такие же: твердые, литые, словно сталь. Так и тянет пощупать. Ой, опять я думаю о докторе!

Друг поравнялся с Ксаной и тут его ноздри затрепетали, а лоб нахмурился. Меж ними будто искры посыпались. Невидимые, но колючие. В лицо повеяло жаром.

— Знаешь, Эд, — девушка втянула голову в плечи с видом, будто проглотила снежок. — Нам пора.

— Да, — близнецы тоже напряглись. — Держи нос по ветру, приятель.

И только Альберт остался самим собой: расслабленным красавчиком-ловеласом.

— Не понял, мы уже уходим?

— Оставайся, — буркнула Ксана и поднялась. Близнецы встали за ней.

— Уходим, так уходим, — грустно вздохнув, виконт задорно пожелал: — Увидимся на занятиях, дружище.

— Пока, — шепнула в спины сокурсников, затем посмотрела на Кая.

Все это время боевик скалился по-звериному. Свирепое лицо, верхняя губа приподнята и опасно вибрирует. Но стоило защитникам — уйти, Кай окутался доброжелательностью и по-свойски шлепнулся на койку. Под тяжелым весом железные спицы звонко скрипнули.

— Привет, больной. Как поживаешь?

Я ответила озадаченным взглядом.

— Что это было?

Хидинс изобразил непонимание.

— Было?

— Между тобой и ребятами?

— Э… ну, — он почесал затылок. — Мы друг друга недолюбливаем.

— Вы — это защитники и боевики?

— Не совсем. На Севере свои порядки. Ты — из столицы, вряд ли поймешь.

— Я понятливый, Кай. Рассказывай.

Друг по-звериному тряхнул волосами.

— Рассказ выйдет долгим. Боюсь, не успеть. Господин Мальер разрешил — только десять минут, потом восвояси.

Я в который раз удивилась.

— Серьёзно?

— Ты еще не окреп. Велел особо не беспокоить.

— Им тоже так сказал? — Намекнула на сокурсников.

— В первую очередь. — Усмехнулся Кай.

Объясняться Хидинс не подумал, вместо этого начал болтать о походах в таверну мисс Пенелопы, учебе и первой стипендии, которую студенты получили в день, когда я слегла в лазарет.

— Церии ждут в твоей комнате, — успокоил парень. — Ректор строго за этим следит.

— Обнадёживает.

— Чего такой мрачный? Из-за Винсана?

На самом деле из-за доктора, подумала я. Опекает меня как маленького ребенка и воспринимает, наверное, так же. То «привяжет» к кровати, то вольет зелье против воли. И попробуй — воспротивься.

А я, между прочим, девушка. Леди. Я не привыкла к таким манерам! Ладно, другие не в курсе, но Рэн-то знает. Мог бы проявить хоть каплю сострадания.

— Забудь. Герцог свое получил.

— Связан клятвой послушания, — вздохнула. — Знаю.

— Не только, — таинственно усмехнулся Хидинс.

Вот умеет друг заинтересовать. А потом молчит.

— Тебе сказали, что Винсан долго не появлялся на занятиях?

— Да.

— Чем, по-твоему, занимался?

Пожала плечами.

— Без понятия.

— Сидел в комнате и залечивал синяки.

— А у него-то откуда?

Хидинс обнажил белые зубы с подозрительно длинными клыками.

— Только никому ни слова, Эд. Обещаешь?

— Да.

— Доктор Мальер вызвал Винсана на дуэль и знатно проучил.

— Что?!

Должно быть, у меня настолько округлились глаза, что Кай расхохотался. На койках неподалеку застонали обожженные стихийники.

— Тише, — промямлила я.

Рэн — сильный маг, но учитывая подлую натуру герцогства могло произойти всё, что угодно. Зачем он собой рисковал?

— Кто еще в курсе?

— Никто.

— А герцог?

— Его связали цепями неразглашения. Мальер и тебе запретил говорить, но я не удержался. Думал, обрадуешься, а ты…

— Я рад, Кай. Честно, — буркнула, все еще находясь в легком шоке.

Новость не укладывалась в голове.

Внезапно слух обжёг волчий вой. Разлился по заднему двору и плавно приблизился к лазарету, играя протяжными переливами.

Кай холодно сузил глаза.

— Я должен идти.

— Уже?

— Да. Не скучай. Хорошо?

Кивнула и он ушел. Только что был здесь, и нет его. Испарился. В любой другой