По следам дзёро-гумо - Полина Луговцова

Амина постояла возле нее пару минут, прислушиваясь. С обратной стороны не доносилось никаких звуков. Судя по всему, рабочий день господина Фенга заканчивался до того, как игорный дом открывал свои двери для новых гостей. Вздохнув, Амина отправилась дальше. Один поворот, другой, третий… Да здесь целый лабиринт! И нигде не видно дверей! Сплошь глухие стены, украшенные картинами вроде той, что висит в ее номере, с пауком на фоне какого-нибудь пейзажа. Странно, зачем здесь столько картин?

И только когда Амина пропетляла по коридорам достаточно долго для того, чтобы потерять надежду отыскать хотя бы еще одну дверь кроме «бункерной», ее вдруг осенило: двери в коридорах наверняка есть, просто они… потайные! И раздвигаются, как дверь в ее номере, за которой скрывается «комната страха»! Здесь тоже должны быть специальные двери, которые могут открыть только пауки-оборотни, чтобы никто из заплутавших гостей, случайно оставшихся без присмотра, не смог войти туда, куда ему входить не положено. А дверь в кабинет господина Фенга сделали обычной, потому что сам господин Фенг, вероятно, тоже был обычным человеком, без каких-либо магических способностей.

Амина начала присматриваться к картинам, догадавшись, что они расположены на месте потайных дверей, и заметила, что пауки на всех картинах разные. Точнее, они выглядели почти одинаковыми, отличие заключалось лишь в цвете и форме рисунка на хитиновом панцире. Правда, помочь Амине это никак не могло, потому что она понятия не имела, какой рисунок должен быть у Юнру. И вдруг она вспомнила, что Юнру не может превратиться в паука полностью, а значит, из панциря у нее должно расти человеческое тело. Если, конечно же, догадка насчет потайных дверей верна.

Амина не ошиблась: нужная картина вскоре нашлась. Жутковатое это оказалось зрелище – полудевушка-полупаук. Никакой одежды на ней не было, длинные черные волосы скрывали грудь, под которой заканчивалось человеческое тело, и начиналось черное шарообразное тело паука со всеми органами и конечностями – с глазами, жвалами, пастью. Этот гибрид девушки и насекомого выглядел, пожалуй, даже более неприятно, чем все остальные пауки на картинах. Амина отвела взгляд и, приложив ладони к стене по обе стороны от картины, попыталась открыть незримую дверь, надавив сначала в одну, потом в другую сторону. Безуспешно. Хотя стена слегка подрагивала от ее усилий, подтверждая то, что дверь в этом месте все же имелась. «Наверное, надо постучать», – догадалась Амина и трижды ударила в стену костяшками пальцев. С обратной стороны донеслось шуршание, скрип, и – о, чудо! – стена сдвинулась, открывая перед взором Амины удивленную и немного испуганную Юнру. Не задавая вопросов, горничная отступила, впуская гостью, затем выглянула в коридор и, убедившись, что там никого нет, задвинула стену обратно. Только тогда она спросила, как обычно, не раскрывая рта:

– Как ты меня нашла?

– О, это был тот еще квест! Я не сразу разгадала этот фокус с дверьми. В моем номере, как и во всех номерах на третьем этаже, двери самые обычные. —Амина прошла из прихожей в крошечную комнатку без окон, освещавшуюся двумя тусклыми настенными светильниками. Обстановка была аскетичной: узкая кровать-кушетка, длинная циновка на полу, низкий, едва ли полметра в высоту, но просторный стол и несколько подушек вокруг него.

– На втором и третьем этажах все двери сделаны для клиентов, а здесь клиентам делать нечего, – пояснила Юнру.

– Да, я догадалась наконец-то. Послушай, взгляни на этого парня еще раз! —Быстрым движением пальцев Амина оживила телефон, который сжимала в руке, и открыла фото Кирилла. – Это мой муж. С тех пор, как он пропал, прошло всего три дня. Я чувствую, что он еще жив. Помоги мне найти его или хотя бы подскажи, где искать.

Юнру упрямо поджала губы:

– Тебе лучше забыть о нем. Никто ему уже ничем не поможет. Входить в камеру с пленниками могут только жрецы, двери там находятся под заклятием, которое они хранят в тайне.

– Ну хорошо. – Надежда немного поблекла, но не угасла: Амина не собиралась сдаваться. – Но ведь ты знаешь, где находится эта камера?

– И что с того? – Юнру хмуро глянула на нее исподлобья.

– А можно ли туда как-нибудь заглянуть? Ну, например, в тюремных камерах есть окошки, через которые наблюдают за заключенными.

– Чего за ними наблюдать, куда они денутся? – Юнру наморщила лоб и зашевелила бровями, словно обдумывая что-то, а потом вдруг сообщила: – Но там есть окошко для вентиляции.

– Отлично! Можно мне в него заглянуть? Хотя бы посмотреть, там ли мой муж.

– А дальше что? Только лишние страдания и тебе и ему.

– Дальше я что-нибудь придумаю, – неуверенно ответила Амина. У нее была одна идея, но она еще толком над ней не размышляла, ведь прежде надо было узнать, жив ли Кирилл.

– Ладно. – Юнру неожиданно легко сдалась. Амина думала, что придется еще долго ее уговаривать.

– Я отведу тебя туда, – пообещала горничная и, помявшись, спросила: – А правда, что Великая Праматерь выбрала тебя своей преемницей?

– Ну да, – подтвердила Амина.

– Это почетно, скоро ты станешь здесь самой главной, – сказала Юнру равнодушно, словно речь шла о погоде.

Амина передернула плечами:

– Я бы с радостью уступила кому-нибудь свое место.

– Никто не осмелится, даже если ты предложишь. Воля Великой Праматери – закон. К тому же это ее последняя воля.

– Почему? Что тебе известно об этом? – насторожилась Амина.

– Ну-у… – Юнру замялась. – Ты ведь меня не выдашь? – Она вскинула на Амину затравленный взгляд.

– Конечно, не выдам. И отблагодарю за все, как только у меня появится такая возможность.

– Жрецы говорили… не мне, я случайно подслушала… в общем, они говорили, что наша Праматерь не единственная, были и другие, а может, и до сих пор еще где-то есть, это неизвестно. Но известно, что после передачи магического дара Праматери вскоре умирали.

Амина постаралась скрыть мысль о том, что для нее это приятное известие, но следующие слова Юнру повергли ее в шок:

– Жрецы считают, что не только дар, но и сам дух Праматери переходит к преемнице. Праматерь возрождается в новом, более молодом теле. Она делает это, потому что не вечная, хотя и живет очень долго. Ну, а душа преемницы отправляется к демону, как и все души съеденных Праматерью жертв. Так что… тебе не позавидуешь! Но, по правде говоря, тебе еще повезло: ведь Праматерь все