Житие попаданки. Лес - Дара Хаард

и Ласа, но я боялась, что и они пропадут. Потому отбросив все дела, которые не кончались на моем участке, я под взглядами своих домочадцев потопала к лагерю алай. Пришлось брать с собой наира, кот в последнее время сменили гнев на милость и ходил везде за мной следом. У меня было такое чувство, что он меня изучал, разбирал все мои поступки, а иногда просто нюхал меня. Я спрашивала, что с ним случилось, он не убегает и живет тут с ненавистной алайей, он фыркал и говорил, что я тут только благодаря ему. Впрочем, пояснений своим словам он не давал, гад такой. Так что пришлось брать его на встречу с Намихаром, с собой.

Надо сказать, пришлые алайи вели себя в эти недели вполне миролюбиво и цивилизованно. Где попало туалеты не делали, животных своих держали в загоне, лишь иногда ходили по поляне, собирая траву и то старались не пугать наш скот, который пасли ловкие мальчишки. Теперь у нас три коровки, пару коз, с шелковистой серой шерсть, два белых теленка, которые растут как на дрожжах и четыре хрюшки, одна из которых злой кабанчик.

‒ Меня интересует множество вопросов, ‒ сказала я и пригубила небольшую пиалу, смакуя самый настоящий чай. Моя работа с блестками стала проходить намного легче, так что я успела проверить чай на яды и другие лишние вещества.

Шатры у алай была красивы, большие, вместительные, внутри на полу роскошный ковер темно-серого цвета, небольшие этажерки, заваленные рулонами и книгами, круглый столик, вокруг которого разложены толстые циновки и мягкие подушки. У одной стороны занавешенный участок, скорее всего, там алай спит. Пара сундуков из темной древесины и оббитый красивыми золотыми узорами. Пахнет тут благовониями и древесным дымом. Слуга токмо принес поднос с закусками. На мелких тарелочках разложены одуряюще пахнущие засахаренные фрукты, несколько видов сыров, тонкие сухие лепешки, которые нужно макать в варенье. Но главное чай. У нас были травяные сборы, но настоящий чай, который я любила пить на Земле, почему-то не появлялся, даже после заказа.

‒ Я отвечу на все ваши вопросы ая, ‒ кивнул Намихар, ‒ но взамен попрошу ответить на мои.

‒ Если мои ответы не принесут вред мне и моим жильцам, я согласна ответить на ваши, ‒ кивнула и поставила чашку, страдальчески посмотрев на сыр. Мы уже пробовали варить свой, но он так быстро расходился, не успеваешь наесться.

‒ Я ничего не сделаю во вред вам, ‒ сказал Намихар и блестки, которые кружили вокруг него, подтвердили, что это правда.

Сегодня алай был одет в такую же белую одежду, но камней на ней было поменьше, больше золотистых узоров, в которых я различила знаки токмо. Хотя если знаки дали токмо алайи, то можно сказать, что это знаки алай.

‒ Зачем вы здесь Намихар? ‒ спросила я.

‒ Я хочу научиться у вас взаимодействию с Лесом, и просить вас дать мне доступ к нему, ‒ сразу ответил алай, словно уже знал о моем вопросе. Неужели я так предсказуема, прикусила губу.

‒ Как вы узнали обо мне? — не стала я заострять на том, что не знаю ответов на его желания. Как я взаимодействую с лесом я не знаю, а тем более не могу представить, как дать кому-то такие же права, как у меня.

‒ О вас сказали эйфары, но они всего лишь подтвердили наши предположения о том, что появилась неучтенная алайя… Лес, он перестал экономить ресурс и набирает мощность словно его кто-то питает. Я понятно вам объясняю, ‒ Намихар нахмурил черные брови, ‒ если что-то непонятно я объясню.

‒ Понятно, ‒ кивнула я, ‒ расскажите мне о лесе, об алайях, как так получилось, что вы не можете управлять его энергией.

Намихар был смуглолицым, но я все равно заметила, как он побледнел и сжал в кулаки тонкие пальцы.

‒ Это неприятная для нас история, постыдная, хотя многие так не считают. Моя семья относится к тем, кого сейчас считают своего рода предателями идей, ведь мы перестали употреблять энергию живых.

‒ А вот теперь я ничего не поняла, ‒ я насторожилась.

‒ Вы знаете, что после того, как мир находится на грани уничтожения, приходим мы алайи. ‒ Увидев от меня кивок Намихар продолжил, ‒ Наши предки пришли в этот мир и решили, что его спасать не стоит.

‒ Значит, алайи приходят не только для того, чтобы забрать энергию?

‒ Нет, ‒ покачал головой Намихар, ‒ мы приходим, чтобы понять спасти его или уничтожить, чтобы из освободившейся энергии создать новый, такими нас создали. Наши предки решили, что этот мир не стоит спасать.

‒ В голове не укладывается, как это можно провернуть, ‒ покачала головой.

‒ Когда мы собираем энергию из мира, мы изменяемся, ‒ Намихар усмехнулся, ‒ вы ведь знаете, что мы энергетические существа. В тот миг, когда мы приходим в мир, мы получаем тела, ‒ алай коснулся себя рукой, ‒ а когда собираем энергию, сбрасываем их, как отслужившие свое время одежду.

Я сидела, широко открыв глаза, переваривая эту новость. Значит, сюда я пришла сгустком энергии, а тут уже создалось мое тело, доходило до моего сознания.

‒ Наша капля, как называются скопления алай, была молодой и амбициозной, но провалила свою миссию. Мы погрязли в войнах между собой, перестав понимать нашу главную миссию. В этом и есть наша слабость, получая оболочку, мы перенимаем многие пороки смертных. А установки творцов, наших создателей никто не отменял, если есть червоточина, система окукливается и ждет другого управляющего. Нам было мало энергии этого мира, мы стали забирать ее у разумных, чтобы стать сильнее.

‒ Это очень тяжело понять, — покачала я головой, ‒ Я примерно знаю вашу историю, но многое для меня недостижимо в плане осмысливания. Сейчас, главное для меня, как оказалась здесь я.

Наир все это время тихо лежавший на выходе из шатра зевнул и сказал:

‒ Моя мать тебя сюда призвала чего непонятного, я же говорил, предсмертный зов на помощь. Созидающие дали нам такое право, спасти потомство, что она и сделала. Позвала тебя.

‒ Если