Измена. Таверна брошенных жен - Елена Белильщикова

я. – Ричард с Викки в нашей постели перепихнулся, и нормально! А я цветочки с Адрианом понюхала, и что, сожрать меня теперь?

– Сожрать-не сожрать, но на месте Ричарда я тебя за такое наказал бы. В постели. Вот и помирились бы, – с пошлой улыбочкой промурлыкал Рэнд, но потом вздохнул и посерьезнел. – Но он раскаивается, переживает… Ты нужна ему, Элизабет. И ты, и ребенок. Так что не играй с его чувствами, если собираешься вертеть хвостом перед другим.

И тут мое терпение лопнуло. Этот гад чешуйчатый нотации мне читать вздумал?! Пусть бы сначала своему племяннику объяснил понятие супружеской верности! Мои щеки вспыхнули румянцем от гнева и стыда. Не помня себя от злости, я замахнулась. Так резко, что Рэнд даже не успел увернуться от пощечины, обжегшей его щеку.

– Да как ты смеешь? – прошипела я. – Не суди всех по своему племянничку, дракон! Я ему не изменяла и не собираюсь!

В конце коридора раздались шаги. Ричард, похоже, отдал ребенка кому-то из служанок. А теперь сам направлялся к нам широким шагом. Ой. Похоже, кое-кто услышал звонкую пощечину. И теперь на лице у Ричарда было написано, что он готов рвать и метать, если меня кто обидел.

– И что здесь происходит? – его брови нахмурились неожиданно грозно, словно и не влиятельный дядя перед ним, а так, забулдыга, разошедшийся перед закрытием таверны.

– Домогался он меня! Морда чешуйчатая! – пискнула я, сбегая под защиту Ричарда.

– Что-о-о?! – он задохнулся от возмущения.

Пальцы сжались в кулаки, Ричард весь подобрался, уже готовый броситься в драку.

– Она шутит, – мрачно ответил Рэнд, и я неохотно кивнула. – Поговорили немного… по душам. О вопросах работорговли! Элизабет было жалко тех парней, что я приставил ей в охрану, а я ей все доходчиво объяснил.

Ричард медленно выдохнул, успокаиваясь и прикрывая глаза. Казалось, ему стоило физических усилий расслабить мышцы в теле. И не броситься на дядюшку по первому подозрению. Пока Ричард не видел, Рэнд коротко улыбнулся мне. Я кивнула, без слов благодаря за то, что вывернулся и соврал.

– Все равно морда чешуйчатая, – вякнула я недовольно для достоверности. – Еще и рабовладелец.

Глава 22

Время шло, таверна потихоньку вставала на ноги. Скопив выручку за несколько дней, я смогла не только запастись продуктами и разнообразить меню, но и внести залог столяру за новую мебель. Он согласился разбить оставшуюся сумму на два месяца, за которые была надежда окончательно раскрутиться. На кухонных полках появилась новая посуда взамен побитой, а люди теперь приходили не только подкрепиться или найти ночлег, но и поглазеть на Оникса. Коту же нравилось развлекать гостей, рассказывая забавные истории или просто зазывая за стойку, чтобы заказывали всего да побольше. Девушки-помощницы подумали-подумали да попросились обратно на работу, теперь я не разрывалась одна между готовкой, разносом блюд и уборкой в комнатах постояльцев. В общем, дела шли на лад.

И вот, в очередной день в таверну нагрянули особые гости. Точнее, гостьи. Изабелла вернулась из отъезда, а вместе с ней решила заглянуть в гости и Сильвия. Они первыми завалились в таверну, едва влезая в дверной проем со своими пышными юбками. Аристократки, что поделать! Сами тонкие, как тростиночки, а платья о-го-го. Следом за ними внутрь юркнула и Мэри, одетая чуть попроще, но все равно дорого и со вкусом, как зажиточная горожанка.

– Элизабет, что у тебя здесь случилось? Как только я услышала, что в таверне была беда, сразу прилетела сюда! – выпалила Изабелла, сжимая меня в объятьях.

– Ты как? Цела? – Сильвия взяла меня за руки. – А где Мартин?

– Ого, какой котище! – с восторгом Мэри подхватила на вытянутых руках Оникса и собралась затискать и загладить.

– Зовите меня Оникс, леди, – чопорно ответил он.

Мэри его чуть не выронила. И аккуратно ссадила на ближайшую стулочку, откуда Оникс умелся в сторону кухни.

– Ох, девочки… даже не знаю, с чего начать, – я развела руками.

– Эй! Однажды мы рассказывали тебе, что мы попаданки с Земли! Думаешь, бывают более сложные истории? – подбодрила меня Сильвия, тронув за плечо.

– Боюсь, что бывают… – вздохнула я. – Ох, девочки, долгая история. Давайте лучше присядем, и я тогда все расскажу!

Мы сели за столик у окна. В зале никого не было. То начинался, то прекращался гаденький мелкий дождик. Так что постояльцы сидели по комнатам, а с улицы никто не заходил. Я принесла свежеиспеченное печенье, разлила по чашкам ароматный травяной чай и принялась рассказывать обо всем, что произошло за последнее время.

Девчонки слушали, не перебивая. Еще бы! Они были привычны и к магии, и к приключениям, и к мужикам-скотам, к сожалению. Сейчас, когда мы сидели за столиком, перемывая кости Ричарду, это место впору было назвать «Таверна брошенных жен».

Впрочем, Сильвии «повезло» еще до свадьбы. Она попала в мир Эллиос первая, погибнув у себя на Земле. Душа у нее оказалась живучая, переместилась сюда. И в кого бы думали? В невесту самого принца, единственного наследника эрлайского престола! Жить бы да радоваться, вот только Альберт оказался той еще скотиной. Он мечтал использовать особую магию Сильвии, чтобы свергнуть папеньку-короля… Вот она и послала изменника лесом, влюбившись в молодого вдовца Раймона, и теперь растила вместе с ним Рону, его дочурку лет семи от первого брака. Кто бы мог подумать, что этой хрупкой на первый взгляд девушке удастся противостоять самому принцу! Но не стоило обманываться миловидной мордашкой и по-кукольному мягкими темно-каштановыми локонами – в этих глазах характера было столько, что на троих хватит!

Не отставала от нее и Изабелла. Недаром сестрами были на Земле. А в новом мире она оказалась в теле темноволосой смугловатой красавицы Изабеллы Окнел. Жены мерзавца-лорда, который изменил ей в ее же доме! А когда она захотела хлопнуть дверью, уйти с маленьким сыном на руках, еще и младенца пытался забрать. Но все скитания Изабеллы теперь были позади, ведь в нее влюбился Ален Кэрин, у которого она по первому времени устроилась на работу кухаркой. Да не обычной, а волшебной! Ведь еда, приготовленная Изабеллой, могла исцелять любого, кто ее отведает. И этот талант пригодился ей, пока она бегала от своего бывшего мужа-изменника.

Хотя, наверно, тяжелее всего пришлось Мэри Шейт, а еще недавно – Мэри Соул. Третьей попаданке в компании моих