Пыльца счастья (СИ) - Романовская Ольга

Палач с помощниками выкатили бочку. Дюжий молодец зашел за спину шатену и запрокинул тому голову. Другой поднял металлическую воронку и, силой разжав челюсти испытуемого, вставил ее в рот.

Зажурчала вода.

Узник задергался, силясь выплюнуть пыточный инструмент, но помощники палача работали слажено. Их, равно как и мастера каленого железа, вызвали из Сатии: Брагоньер доверял профессионалам.

Живот мага все раздувался и раздувался. Он начал захлебываться, захрипел.

Выждав немного, соэр велел приостановить пытку.

— Передумали? — подчеркнуто вежливо осведомился Брагоньер. — Имя, фамилия, род занятий. Или желаете еще воды?

Воронка вновь ткнулась в зубы узника. Того вырвало под ноги палачу. Он равнодушно вытер сапоги и покосился на соэра: мол, не утяжелить ли пытку? Помощник с готовностью ухватил мага за волосы, запрокидывая голову, но Брагоньер жестом запретил. Хватит пока воронки.

Подбородок арестованного стукнулся о грудь, а желудок поспешил избавиться от очередной порции воды. Его воротило от одного упоминания жидкости, хотелось в отхожее место, умыться. Брагоньер это знал и не собирался отпускать упрямца по нужде до ответов на вводные вопросы. Странно, но они последовали. Потребности организма взяли вверх над принципами.

— Винсент, — отплевываясь от воды, сообщил арестованный и покосился на дверь.

Казалось, еще немного, и его разорвет изнутри.

Дурнота отступила, зато мочевой пузырь заметно отяжелел.

Еще бы, сначала долгий допрос, потом столько воды! Палач не поскупился.

— Фамилия, род занятий, — неумолимо повторил Брагоньер.

Определенно, удачный день. Допрос сдвинулся с мертвой точки. Раз темный маг заговорил, то и впредь молчать не станет.

Чутье соэра не подвело: сжимая ноги, узник сообщил нужные сведения и получил столь желанную награду. Королевский прокурор терпеливо дождался его возвращения и осведомился: — Продолжим здесь или поднимемся в кабинет?

— В кабинет, — мрачно буркнул, глядя в стену, обвиняемый.

— Верное решение, господин Маснед, — кивнул Брагоньер и встал. — Надеюсь на дальнейшее сотрудничество.

С арестованного сняли кандалы. Щелкнули замки. Винсент Маснед с удовольствием размял затекшие мышцы. Оставались магические браслеты, но их снимать с него пока не собирались. Оно и понятно: подобный узник представлял опасность. С другой стороны, гораздо приятнее держать руки спереди, а не с вывернутыми суставами за спиной, когда даже ширинку расстегнуть не можешь. Да и цепочка длинная, с запястье. Разумеется, серебряная — дань древней традиции.

Только теперь на железо наносили напыление: благородного металла на темных магов не напасешься.

Под усиленным конвоем Винсента провели в бывший кабинет старшего следователя, который оккупировал Брагоньер. Начальник господина Кейла только порадовался: уступать свое «гнездышко» с любимыми трофеями он не собирался. Разумеется, ему донесли о визите высокого гостя, и, опять-таки разумеется, возвращаться в Следственное управление Совера местный глава порядка не собирался.

Лучше воздух и река.

Брагоньер чуть задержался — намеренно, чтобы заставить Винсента понервничать. Подобные методы психологического воздействия частенько практиковали на свидетелях и обвиняемых. Последних сажали лицом к свету, ставили графин с водой вне пределов досягаемости — словом, создавали массу мелких неудобств.

— Хорошо, это я их убил. — Войдя в кабинет, соэр меньше всего ожидал услышать признание.

Оно е укладывалось в привычную картину вещей. Темные маги упорствуют до конца и не просто так: их ожидает мучительная смертная казнь.

— Кого — их? — Привычная выдержка не изменила Брагоньеру.

Он опустился на место хозяина кабинета и флегматично починил карандаш, словно показания Винсента — сущая мелочь. Полы накидки — при допросе следователи обычно надевали бесформенную одежду и специальную маску, чтобы стать безликими тенями богов — зацепились за стол, соэр их поправил.

— Вы прекрасно знаете, — раздраженно ответил маг. — И хватит паясничать, я запомнил ваш голос, маска не поможет.

— Приказы здесь отдаю я, — чуть повысил голос Брагоньер, давая понять, что не потерпит хамства. — Советую соблюдать приличия, обращаться к представителю власти вежливо и исключительно «господин соэр».

Вот и характер! Какой темный маг без норова? Окраску дара определили по ауре, отпереться не выйдет.

Винсент шумно раздул ноздри, но промолчал. Он вообще замкнулся в себе. Соэр его не торопил: по опыту знал, маги —народ особый.

— Браслеты снимите, — наконец выдвинул — именно так, не попросил — требование задержанный. — Тогда поговорим.

Много интересного узнаете, — он хмыкнул.

— Сомневаюсь, будто это возможно, — Брагоньер не собирался идти у него на поводу.

— Боитесь? — Судя по тону, Винсент полагал, будто нащупал чужую слабину. — Ваши маги накачали меня чарами, при всем желании не смогу колдовать. Убить голыми руками

— пожалуй.

— Не паясничайте, господин Маснед.

Соэру порядком надоела комедия.

— Хорошо, — поразительно легко сдался маг и откинулся на спинку стула. — Итак, я убил наемника и девицу-помощницу, побывал в доме врача. Что-то еще? Ах да, подробности! — Он хлопнул руками по карману и рассмеялся. — Подробности уже в другом месте, господин соэр.

Прежде, чем Брагоньер успел что-либо сделать, фигуру Винсента окутало легкое золотистое свечение, и он в буквальном смысле растворился. Только что сидел и скалился на стуле, и вот зияющая пустота, только искрятся в воздухе пылинки. Мгновение, и они погасли.

Соэр ударил кулаком по столу и рявкнул: — Кто его обыскивал?!

Королевский прокурор сорвал накидку и бросил маску под ноги. Зеленые глаза заледенели, на лице резко обозначились скулы. Брагоньер редко публично гневался, тем более кричал: любые эмоции — невоздержанность и невоспитанность, но тут имелся повод. Подчиненные прошляпили уровневый накопитель с заклинанием переноса. Винсент наверняка замаскировал его под безделушку и теперь активировал хлопком ладони.

Соэр злился на самого себя.

Как же, слабый маг! Базовый накопитель на кладбище —всего лишь разумная экономия сил.

Служители обязаны были раздеть его донага, как поступали в Сатии, отобрать вещи для проверки и выдать тюремную робу, Винсент Маснед же попал в камеру, как арестовали.

Брагоньер не стал церемониться и вышвырнул со службы всех, кто занимался задержанным. После приказал оставить его одного. Он собирался связаться с давним другом — Сольманом ли Дакешем. Похоже, без помощи Тайного управления не обойтись.

Опершись о стол абсолютно прямыми руками, соэр смотрел в окно. К нему медленно возвращалось привычное самообладание.