Ты попала в Ад, детка... - Анна (Нюша) Порохня

землю. Это наша битва, Задкиил. Ты перешел границы.

— Отдавать свое тело демону — грех! — слова Архангела прозвучали не так твердо.

— Любовь — это не грех… И в Аду рождаются дети, — Люцифер подошел к нему и заглянул своими ясными, голубыми глазами в его синие, пропитанные болью. — Посмотри, мои глаза не изменились, не превратились в багряные, кровавые озера. Это напоминание о том, что я был ангелом. И иногда я помню это, Задкиил. Оставь наши войны нам. Будь… ЧЕЛОВЕКОМ.

Архангел опустился на колени, не сводя глаз с Астарота. Его жемчужные слезы серебрили красивое лицо, а слезы Астарота, превратившись в кровь, окрасили лицо демона в багровое.

— Прости меня… Прости меня…

— Бог простит, — сказал Астарот и закричал от боли — его глаза стали ярко-голубыми, наполненными небесным светом. — Как больно! Черт!

— Нам нужно свалить ненадолго, — шепнул Люцифер Бифронсу. — По-моему, я чую дух Отца нашего Небесного. И уж поверь, зад он надерет всем собравшимся в этой комнате.

Они подхватили под руки Асмодея и исчезли.

— Дай мне руки… — Задкиил умоляюще протянул свои ладони, пугаясь глаз Астарота. — Я хочу помочь.

Демон вложил свои руки в руки врага, и ослепительный свет хлынул сквозь них, причиняя Астароту адскую боль, а Архангелу райское наслаждение.

Где-то в безмерной вышине вздыхал Бог. Надоели все ему до чертиков. Пора в отпуск… Кстати… Он слышал голос Люца! Вот паршивый щенок, успел смыться…. Как всегда… Как всегда…

* * * Она жива. Она спасла его ценой своей жизни. Астарот смотрел на спящую Марию и не мог оставить ее ни на минуту.

— Моя… Моя… — шептал он, покрывая ее лицо легкими поцелуями. — Очнись.

— Оставь девушку в покое, — лицо Люцифера показалось из-за двери ванной. — Тут тихо?

— Да, все спокойно, — Астарот повернулся к нему и увидел Бифронса. — Где ты был?!

— Уф-ф-ф… — выдохнул садовник, глядя в его красные глаза, будто ища остатки голубого сияния. — Я уже было подумал, что тебя переманили на ту сторону…

— Я задал тебе вопрос, — демон угрюмо смотрел на друга.

— Просил Люца о помощи, — Бифронс направился в кухню. — А есть что пожрать?

— Я тебя предупреждал! Никакого Люцифера! — заревел Астарот, но Люцифер успокоил его нервным движением руки.

— Я все равно опоздал с помощью! Бифронс — настоящий друг. И вообще… Я тебя прощаю… Возвращайся, Асти…

— Асмодей… Что с ним? — демон вспомнил ужасную рану на его голове, игнорируя просьбу господина ада.

— Дома, под наблюдением Урфура. Ты же знаешь, как тяжело заживают раны от мечей ангелов… Он будет в порядке. Женщина тоже отправится в Ад? — Люцифер немного сморщился, ожидая ответа.

— Это не обсуждается, — демон взял ее крохотную ладошку в свою здоровенную руку. — Мне не нужен Ад без нее.

— Я так и знал… — Люц пригрозил в потолок. — Отче, пусть ангелы тягают к тебе своих девиц!

За окном грянул такой гром, что стекла в окнах жалобно задребезжали.

— Бифронс! — заорал Люцифер. — Хватит жрать, уходим!

ЭПИЛОГ

— Ты соблазнял Таню! — Мария надулась и зло наблюдала за Астаротом. — Она мне всё рассказала!

— Это было давно, женщина, успокойся! — Астарот ухмылялся, чувствуя ее ревность и ему это нравилось.

— Сколько же я натерпелась… Это невыносимо!!! Мама!!! — Мария вцепилась в одеяло в приступе схваток. — Я тебя убью!!!

— Ваша светлость, покиньте спальню, — Урфур мягко, но настойчиво вытолкал его из комнаты. — Вы нервируете супругу.

— Асти, ты меня знаешь! — завопила она ему вслед. — Если я что-то узнаю… Не дай… Аааааа!!!

— Иногда мне кажется, что она родилась в Аду… — сказал Астарот Асмодею, сидевшему с Таней внизу.

— Я все слышу!!! — снова раздался вопль девушки.

— Вот видишь! Это существо может свести с ума!

Асмодей громко рассмеялся и обнял жену.

— Кто-то не умеет держать язык за зубами! — прошипел Астарот, глядя на Таню.

— Не заставляй меня вспоминать… — глаза девушки сверкнули.

— О-о-о… Все! Все! — демон встал и принялся мерить широкими шагами комнату. — Я боюсь за нее, все таки двойня…

— Все будет хорошо, — Таня улыбнулась ему. — Она сильная.

— Люцифер вчера грозился закрыть переход, — Асмодей прекрасно понимал друга. — Говорит, что запах детских пеленок проник в каждую щель Ада!

Молодые люди снова рассмеялись и в этот момент детский плач разорвал тишину, и Астарот рванул вверх по лестнице.

Урфур вытирал мокрые руки, а Мария сидела откинувшись на подушки, держа на руках двух младенцев.

— Мальчики! — радостно объявила она. — Милый, посмотри на них…

Астарот заглянул в сморщенные мордашки и переполнился чувствами.

— Спасибо… — прошептал он, целуя ее лицо. — Спасибо…

— За детей?

— И за шрам на сердце… — Астарот прикоснулся к ее груди, и сразу почувствовал грубый рубец, навсегда оставшийся на ее коже. Напоминание о смерти и любви…

Продолжение: Адский сад. Бифронс. Здесь же.

Глава 35 Адский сад. Бифронс

∗ ∗ ∗ Моя семья всегда отличалась от других семей, и не только из-за того, что меня воспитывали две тетки. Нас считали нелюдимыми и странными, даже немного побаивались, что явно прослеживалось в том, как женщины старались перейти на другую сторону улицы при виде теток, а мужчины отводили взгляд. Тетушки слыли ведьмами но, если быть честной до конца — это было правдой.

Я давно привыкла к такой реакции, и не особо заморачивалась, ведь у меня были дела поважнее — например, все свое свободное время я занималась тем, что собирала травы, коряжки, корешки, а потом, под чутким руководством теток, варила из этого странные, вонючие зелья, называющиеся очень романтично: «Лунная страсть», «Удар молнии» или, например, «Прикосновение похоти»…

Да-да, не удивляйтесь…все это — любовные зелья, за которыми приходили под покровом ночи все те же женщины, которые избегали нас днем.

Я люблю свой дом и лес, окружающий его, люблю теток, которые выглядели намного моложе своих шестидесяти, двух черных котов и ворона Грэма, обожающего сидеть на крыше нашего дома в любую погоду. Моя жизнь нравилась мне и менять ее я не собиралась.

— Арина! Арина! Ты чего застыла там?!

Это моя тетка Ванда. Мне нужно идти, иначе она поднимет весь лес на уши.…Да-да, такие уж у меня тетки, но я их обожаю и нагло пользуюсь взаимностью.

— Ты же замерзла! — утверждающим тоном произнесла тетка, с осуждением глядя на меня. — Уж очень сыро сегодня, а ты даже куртку не застегнула!

— Сегодня теплее, чем вчера, — без особого энтузиазма ответила я, не желая ступать в бесполезный спор. — И нет дождя.

— Туман портит здоровье, сильнее чем дождь, — пробурчала Ванда и стянула с меня куртку. — Иди к камину, Гала поговорить хочет.

Я передернула плечами, оставляя сырость улицы в коридоре, и пошла в