Порочность (ЛП) - Скардони Бьянка

— Попытаешься ещё раз — останешься без руки, — предупредила она.

Я видела, на что способна её магия, той ночью на поляне. И поэтому решила не провоцировать её.

— Даже если вы вернёте нас в прошлое, — продолжила Анита, — нет никаких гарантий, что заклинание сработает. Пятьдесят на пятьдесят. Обратные чары всегда такие.

— Как обнадёживающе.

— Мы всегда можем попытаться поднять Барьер, — предложила Арианна, накручивая на палец прядку тёмных волос.

Аннабель сердито взглянула на неё.

— И как ты собираешься это сделать без крови Энгеля, маленькая мисс Сделай-Как-Было? Она убила его, забыла уже?

Она прикусила нижнюю губу.

— У тебя есть идея? — спросила я её, подозревая, что она боится вставить хоть слова, пока старшая сестра дышит ей в затылок. Увы, мне хорошо знакомо это чувство.

— Ну, — осторожно начала она, сложив руки на коленях. — Если бы мы могли найти кого-то из его рода, то можно было бы использовать его кровь.

— То есть тот, кого он породил?

— Именно.

— Окей… И как мы можем это сделать?

— Старое доброе детективное расследование, — отрезала Анита, чётко давая понять, что на этом её помощь закончена. — Если вам удастся, разыщите нас снова, и мы обсудим вопрос оплаты.

Все трое встали, чтобы уйти, тем самым завершая наши мирные переговоры.

Когда Арианна проходила мимо меня, я схватила её за руку.

— Подожди, — мой голос прозвучал настолько тихо, что я не была уверена, произнесла ли это вообще вслух.

Она взглянула на меня с жалостью.

— Нет такого заклинания, которое могло бы разрушить кровную связь, — сказала Арианна, хотя я даже не успела задать ей свой вопрос. — Магия здесь не поможет.

— Должно же быть что-то, что вы можете сделать. Я не… — оборвала себя, засомневавшись, и затем покачала головой. Странно, но мне было неловко говорить это при Доминике, словно он может обидеться или разозлиться… Как будто это не меньшая из моих проблем. — Я же Воин, Арианна. Я не могу быть связана с Воскрешённым до конца своих дней.

На её лице отразилось сочувствие, перед тем как взгляд метнулся к Трейсу.

— И это тоже не поможет, — ответила она его мыслям.

Я перевела взгляд с неё на него и обратно.

— Что не поможет?

— Его уничтожение, — озвучил свои мысли Трейс, хотя тут же дал задний ход, увидев моё негодование, и добавил с ухмылкой: — Если бы он, например, споткнулся и упал на деревянный кол.

Доминик скривил лицо.

— Я вообще-то стою прямо здесь.

— Если Воскрешённый умрёт, она тоже.

У меня упала челюсть. Серьёзно что ли? Я добавлю эту новость в свой соус и замариную вместе со всеми остальными «навсегда».

— По крайней мере, так говорят они.

Я вскинула бровь.

— Они?

— Да, так говорят Воскрешённые, — Аннабель вернулась за Арианной и схватила её за локоть, уводя прочь. — Это их версия. Ясно? Отлично. Удачи.

Арианна вырвала руку из захвата сестры.

— Она имеет право знать, Анна!

— Крайне спорное утверждение.

— Аннабель, — упрекнула Анита, снова присоединившись к сёстрам. Явно раздражённая задержкой. Её взгляд остановился на мне, и она резко выдохнула. — Воскрешённые всегда уверяли, что обе стороны умрут. Но они могли поддерживать эту легенду, чтобы обезопасить свои задницы. Ваш дорогой Орден, напротив, всегда утверждал обратное. Однако это могло быть ложью с целью заставить послушное стадо сражаться. Так понятно?

— То есть фактически никто не знает наверняка? — значит, надежда есть.

— Бинго, — похлопала Аннабель. — Ни один Потомок, достойный своей метки, не согласился бы добровольно на такой эксперимент. Если он в своём уме, — добавила она финальную фразу, насквозь пропитанную обвинением.

— Да уж.

Видимо, моя связь с Домиником с целью спасти мою жизнь не в счёт. Из-за этого я всё ещё недостойна своей метки и, что ещё хуже, останусь связанной с Воскрешённым до конца своей жизни.

Я покинула «Гавань», чувствуя себя ещё более подавленной, чем когда приехала сюда.

— Ну, всё было не так страшно, как я ожидал, — сказал Доминик, когда мы сели в машину. — Столько хороших новостей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мы с Трейсом прожгли его взглядами с заднего сиденья, Габриэль покачал головой.

— Что? — невинно спросил Доминик. — Слишком рано?

— Богом клянусь, — прорычал Трейс, но я быстро взяла его за руку, чтобы успокоить.

«Не ведись на его провокации», — мысленно сказала ему.

Он хотел ответить мне что-то, но тут зазвонил его телефон. Достав из кармана свободной рукой, он взглянул на экран и ответил на звонок.

— Что такое, Бен?

Я же повернулась к Доминику и молча сверлила взглядом его затылок, зная, что он почувствует.

— Это не очень вежливо, ангел.

— Лучше перестань донимать его, пока он не решил, что ему проще избавиться от нас обоих и положить конец своим мучениям.

Он развернулся на сиденье, улыбаясь одним уголком губ.

— До такого не дойдёт, ангел. Серьёзно, пока я связан с тобой, что бы я ни сделал ему, он даже моргнуть на меня не сможет.

Я сощурила глаза.

— Всё складывается так идеально: можно подумать, что я всё заранее просчитал, — ухмыльнулся он.

Подозрения начали пожирать меня изнутри. Я бы не стала его недооценивать.

— Звонил Бен, — сообщил Трейс, убирая мобильник обратно в задний карман. — Тейлор в больнице.

— Что?! — я поймала его встревоженный взгляд, мои же глаза округлились от паники. — Что случилось? Она в порядке?

— Бен говорит, несчастный случай, — кадык Трейса дёрнулся. — Она в порядке, но…

Наши взгляды встречаются, и я чувствую, как у меня выбило весь воздух из лёгких.

— Но что?

— Она спрашивала про тебя, Джемма.

Я вздрогнула.

— Про меня?

Это невозможно. Она не должна была помнить меня. Я об этом позаботилась, попросив Доминика стереть все её воспоминания обо мне. Для её же собственной безопасности, для её же блага. Чтобы история с ней и Энгелем никогда не повторилась.

Так как, чёрт побери, она может спрашивать про меня?

ГЛАВА 28. ЗАКАДЫЧНЫЙ ДРУГ

Густой туман накрыл Холлоу Хиллс к тому времени, как мы с Трейсом оказались у больницы Роял-Хоуп. Габриэль высадил нас в безлюдной части Хоторна, чтобы Трейс мог телепортировать нас прямо к своей машине, тогда как Габриэль и Доминик поедут обратно на внедорожнике. И хотя моё тело против разлуки с Домиником, уши рады, что могут, наконец, отдохнуть от бесконечных перепалок. К несчастью, сердце всё ещё колотилось в груди, когда мы вошли в лифт в больнице.

Бен не стал сообщать подробности по телефону, что могло означать как то, что рядом с ним находился кто-то непосвящённый, так и то, что всё настолько плохо, что об этом лучше узнать лично. Я молилась, чтобы это был первый вариант.

— Палата три-одиннадцать, — сказал Трейс.

Я выскочила из лифта, едва двери начали открываться, и сразу же заметила родителей Тейлор в конце коридора. Они беседовали с врачом, вероятно, пытались разузнать о состоянии Тейлор. Брови миссис Валентайн были сведены вместе так сильно, что чуть ли не сливались. Это значит ничего хорошего. Я пронеслась мимо них, даже не бросив «здрасте», и ворвалась в палату Тейлор.

Она сидела на больничной койке, опираясь на приподнятые подушки. Её васильковые глаза были открыты, она о чём-то тихо разговаривала с Беном. Мой взгляд зацепился за царапины и синяки на её лице, но в целом она выглядела хорошо, а самое главное, она была жива. Моя десятибалльная паническая атака тут же снизилась до четырёхбалльной.

— А вот и они, — Бен поднялся со стула. — Почему так долго?

— Надо было сначала добраться до моей машины.

Трейс и Бен стукнулись кулаками, пока я осторожно приблизилась к койке Тейлор. Учитывая, что она не должна была обо мне помнить, я непонимала, что здесь делаю и что ей сказать. Или почему она смотрит на меня так, будто хочет выцарапать мне глаза.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Эм, привет, — прозвучало странно, словно вопрос, который я слишком боюсь задать. Правда в том, что я чувствовала невероятное облегчение, увидев её живой и невредимой, но её убийственный взгляд действовал мне на нервы.