Клан зверя (СИ) - Риз Лаванда

— Ребёнок зачат, ваше величие! — чародей демонстративно обратился к своему повелителю. — Но теперь его нужно сохранить. Тела людей отличаются от лугару. Они слабы. Плод может не прижиться в её теле, так как каждое его превращение внутри чрева будет причинять женщине невыносимые страдания и, в конце концов, убьёт её.

— Прекрасно, болван! — гневно воскликнул Ральф, — А почему ты раньше ничего не говорил об этом?! Или это тоже проклятье?!

— Я открываю перед вами врата трудностей, когда они появляются на горизонте. Раньше вам не нужно было углубляться в эту проблему. Сейчас настало время двигаться дальше. Этот опасный путь только начался! И чем дальше, тем будет труднее. Я предупреждаю заранее, чтобы потом не выносить твой гнев, князь! — холодно процедил Магнус.

— Что нужно сделать, чтобы сохранить ребёнка?

— Мэган должна напиться сока стонущего граба, животворящей крови магического дерева! — торжественно прошелестел старик и уставился на оторопевшего князя.

— Что?!! — Ральф взревел, подскочив с места.

— И чем быстрее вы туда отправитесь, тем у вас будет больше шансов спастись. Потому что желательно успеть до следующего полнолуния, пока зародыш не начал пожирать свою мать.

Мэган переводила тревожные взгляды с одного на другого. Она не понимала, почему так буйствует князь. Он, вдруг схватив массивное деревянное кресло, яростно швырнул его в окно, а второе растрощил прямо об пол.

— Может, ты мне всё-таки объяснишь, что всё это значит? — сдержано, и как можно громче произнесла она.

— Это значит, Мэган, что нужно уже сегодня отправляться в провинцию, где произрастает этот священный граб! — ответил ей вместо Ральфа чародей. — Путь лежит в далёкие земли, и если спешить, не сбавляя шага, можно поспеть до полной луны. Сейчас на месте той провинции господствует клан «ночных призраков». Несколько лет назад, в жестоких сражениях они отвоевали себе эту территорию. Их князь Тигран велик и могуч, и жесток даже не по звериным меркам.

— И я не могу отправиться туда, взяв с собой всё своё войско! — добавил уже Ральф. — Это будет означать войну! Я не могу протащить за собой тысячи своих воинов через несколько провинций! Нам придётся пробираться туда с небольшим отрядом, а земля вокруг священного граба залита кровью, которую проливало за него не одно поколение лугару. Говорят, она никогда там не высыхает. Даже я не уверен, что мы сможем пробраться туда! Тигран отлично надрессировал своих собак, граб охраняют сотни вооруженных до зубов стражников! — Ральф зарычал от отчаянья, сжимая кулаки.

— Уйди, Магнус! — быстро кивнула Мэг, хмурому чародею. — Оставь нас, мне нужно поговорить с ним.

Мягко ступая, она подошла к князю и заглянула в его искаженное лицо. Сначала Мэг просто гладила его по щеке, убирая со лба волосы и проводя по губам кончиками пальцев. Затем тихо заговорила:

— Ведь отступать некуда, если есть надежда, значит нужно идти вперед. Мы пройдем, я верю в тебя. Ты не менее силен и ловок, твои воины отважны и преданы тебе, и я отправлюсь за тобой с полной уверенностью в твоей победе.

Ральф слушал ее, опустив ресницы, глядя вниз, словно заглядывая в огромную разверзшуюся под ним пропастью. Маленькая синяя венка дергалась на его смуглом виске, отражая как яростно колотиться его сердце. Да, в его душе царила черная буря, но с каждым её словом, с каждым ударом, его сердце выкатывалось, подпрыгивая ей на встречу. И ему как никогда и никого захотелось защитить её, прижать к себе этого маленького и бледного человечка и не отпускать, положить за пазуху и нести, согревая своим теплом, и плевать на то, что это странное чувство испепеляет его душу.

Повинуясь порыву, он сгреб Мэг обеими руками и прижал к своей груди, целуя её в макушку.

— Мы конечно отправимся туда, но ты даже не представляешь, что нас там ждет. Я точно знаю, что вернуться не все. И они это будут знать, отправляясь туда. А наши враги будут желать перебить нас до последнего, особенно меня и тебя. Этот ребёнок достанется нам очень дорогой ценой. Я беспокоюсь, что во время моего отсутствия заговорщики могут поднять бунт. Мы можем уйти, а возвращаться нам будет уже некуда. Это мой мир, мой маленький филин, и он только начинает поворачиваться к тебе лицом. Обряд в полнолуние, который ты прошла вместе со мной это лишь его малая толика. Джафрат-Кир это огромный кровожадный неусыпный зверь! Ты сможешь принять его, малышка?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Если бы было возможно, я бы простояла вот так с тобой всю свою оставшуюся жизнь, — прошептала она ему в ответ. — Но если ты будешь рядом со мной, я попытаюсь взглянуть в лицо Джафрат-Киру.

Они покидали Фархад со смутным чувством. Ральф, Мэган, тридцать отобранных из элитного отряда воинов, и, конечно же, Магнус. Пока их путь позволял им передвигаться на псарах, скача и днём и ночью, преодолевая километры пути по родной провинции. Но через четыре дня, перед ними раскинулась граница соседнего клана.

— Будем ехать через земли наших соседей, но придётся заплатить много золота! — Кивнул Ральф на навьюченные мешки. — Перемирие с кланом «серого отшельника» заключил ещё мой отец. Эти хитрые собаки себя никогда не обделят! Представляю, какую цену заломит Кир, узнав кого, он пропускает через свои земли!

— Кир это их князь?

Ральф тряхнул головой, пристально вглядываясь ей в глаза:

— Ты устала.

— Ничего, мне просто уже тошнит от тряски и запаха псар. Мне кажется, что скоро я сама буду пахнуть как это животное! — пробурчала Мэг.

— О, поверь мне, скоро это не будет тебя волновать, потому что как сказал этот лысый колдун, «перед нами отворятся врата трудностей»! — с сарказмом произнес князь. — Голод, грязь, запахи — это всё ничто, по сравнению с тем, что нас ждет на землях Тиграна!

Мэг без слов лишь подняла на него свои большие печальные и глубокие глаза. Его чутье уловило этот тихий зов. Не произнося больше ни слова, он подъехал ближе и легко, одной рукой перетащил её на свою псару, усадив перед собой. Она благодарно прижалась к его широкой груди, обнимая за талию и закрывая уставшие глаза.

Князь Кир отправил своих сопроводителей, которые позволяли отряду двигаться только днём, приводя в бешенство Ральфа. Воины Кира следили за каждым их шагом, с удивлением отмечая присутствие чужачки и заботу о ней князя клана зверя. Этот факт заставлял присматриваться к отряду Ральфа ещё пристальнее. Оцепленные подозрительным эскортом, пребывая в постоянном напряжении и готовности встретить удар в спину, гонимые ветрами и грозами, они добрались до границы священных земель. Дальше их ждало неведомое, затаившаяся угроза в каждой движущейся тени, в каждом шорохе и звуке.

Теперь вперёд их вёл Магнус, пронюхивая тайные тропы, через дремучие чащи и топи. Непроходимые дебри затрудняли и замедляли продвижение отряда. Для натренированных крепких воинов пока это выглядело лишь лёгкой прогулкой, но не для молодой девушки. Мэг старалась держаться героем, но с каждым днем их похода, её терпение всё больше изматывалось. Она уже начала ощущать растущую в себе жизнь, которая высасывала из неё все силы. Идти пешком было трудно, а жаловаться она не смела, только эти запавшие глаза выражали, как тяжело ей было на самом деле. Ральф не делал вид, что он этого не замечает, но и останавливаться ради частых передышек он не мог, время снова играло против него. Риск всё нарастал. Чем ближе они подходили к священному месту, тем выше были ставки на жизнь.

— Вот эта крепость, — рисовал на земле Магнус карту местности перед князем и его воинами, — если пойдем в обход через лес, потеряем пару дней пути, а если пройдем мимо Халука, то, как раз успеем добраться в Казар до полнолуния.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Но окрестности Халука прочесывают отряды стражников, мы не сможем пройти незамеченными, значит, нужно будет принять бой, и тогда по нашим следам Тигран бросит целое войско. — Покачал головой Ральф, задумчиво глядя на карту.

— Ты видишь другой путь, мой князь? Дождёмся полдня, в это время суток караул уменьшается наполовину, и неожиданно перебьём стражников. Так или иначе, Тигран заметит нас, его чародей учует перемещение непрошеных гостей. У нас осталось мало времени! — настаивал старик, сверля князя мутными глазами.