Белая ворона в академии Аусвер (СИ) - Хант Диана

Юджин хмыкнул, а Сенека посмотрел на него строго. Тоже ещё, воспитатель нашёлся!

— Я тебе потом объясню, — сказал Сенека, обращаясь к Авроре, как показалось Юджину, смущённо. Да что между этими двумя? Он был бы только рад ошибиться в своих предположениях!

Опасаясь, что выдаст себя взглядом, мимикой, поспешно спросил, не забыв добавить цинизма в голос:

— Очнётся и побежит, подволакивая ножку, жаловаться нашему любимому президенту?

Сенека отчего-то облегчённо вздохнул.

— Ещё как побежит, можешь не сомневаться. Но не так быстро. Эти дни Тод не принимает. Готовится к ежегодному балу в честь дня независимости Триума. И именно об этом я хочу с вами поговорить. Независимостью Триум обязан магам.

— Магистрам, вы… ты хочешь сказать? — Юджин выругался про себя. Он никак не мог определиться — говорить Сенеке «ты» или «вы». С одной стороны, он ему что, приятель, чтобы ему тыкать? С другой стороны… на «вы» обращаются к тем, кого уважают. Если не вынуждены, конечно. Уважать. А Юджин априори не уважал ни одного из Магистров. И не собирался начинать.

— Нет, именно магам, — покачал головой Сенека. — Магистрами они стали позже. Именно тринадцатого нисана, в день, когда наши предки отбили Триум у захватчиков, мы должны напомнить Тоду, что маги по-прежнему на стороне Триума.

— Как драмматургично, — вырвалось у Юджина ехидное.

— И что куда больше пользы они принесут живыми, здоровыми и счастливыми, — продолжал Сенека, не обращая внимания на ценные замечания Юджина. Бесит! — Мы представим президенту новейшую разработку — автономный магический усилитель, экспериментальное исследование которого получило самые обнадёживающие результаты, о чём свидетельствуют данные, полученные в Аусвер.

Он сунул руку в карман и положил на стол браслет. Стандартный напульсник, им такие сегодня выдали.

— Бенжамин представит всё так, словно мы экспериментировали с самого начала, стоило мне оказаться в Аусвер, а Бенжамину заметить мой дар. Пока не изобрели и не внедрили напульсники, — пояснила Аврора. И обернулась к Бенжамину. — А с магофоном успеем? Хотя бы с экспериментальными моделями?

Сенека смутился. По глазам было видно, что рассуждать о магофоне ещё рановато.

К счастью, Юджин его выручил.

— Так это всё браслет? — он с размаху хлопнул себя по лбу и тут же устыдился своего ребячества.

— Ну конечно, — кивнула Аврора. — Я думала, ты раньше догадаешься. Все студенты Аусвер теперь под надёжной защитой.

— Пока на них браслеты…

— В любом случае, мы выиграли время. Теперь оно на нашей стороне.

— Ты понимаешь, Юджин?! — Аврора так и светилась от счастья. Правда, это её свечение омрачало то, что оно возникало, когда она смотрела на Сенеку. — На нашей!

— А вам не приходило в головы, — немного грубовато произнёс Юджин, — что выкачку магии это не остановит? И даже наоборот, усилит! Это ваше открытие сделает магов просто-напросто живыми батарейками! Пусть их дару и жизни больше ничего не угрожает, но существовать в качестве вечного донора такая себе перспектива!

— А вот и нет! — воскликнула Аврора.

— Нам осталось совсем немного, чтобы достичь точки Абсолюта в автономности, — пояснил Сенека. — На балу тринадцатого нисана мы представим механизмы, производящие магическую энергию сами по себе. Живые носители магического резерва больше не понадобятся.

— Ещё хуже! — не сдавался Юджин. — Нас просто перебьют за ненадобностью. Ну, может, тех, кто из преторианских, оставят. Для виду. С подпиской о невыезде и всё такое…

— Не перебьют, — уверенно сказал Сенека. — Во-первых, не так-то это просто — убить мага. И тем более, много магов. Во-вторых, мы думали об этом.

— И придумали магические ограничители! — не выдержала Аврора.

— Работать они будут по принципу действующих фистул. Только замкнуты не на внешние потоки, а на внутренние.

— Поддержка магического резерва в пять, в семь маг-кубов, — пояснила Аврора. — Этого недостаточно, чтобы представлять опасность. Но вполне годится, чтобы жить, и жить хорошо, причём вне Преториума. Заниматься, ну, скажем, изготовлением амулетов, охранной магией, знахарством. Магической механикой, опять же, если интересно

— Те, кто захочет развивать дар, будут поступать в магические учебные заведения, — на этих словах Юджин цинично скривился. — Понимаю, сейчас это звучит, как сказка, но она станет действительностью раньше, чем ты думаешь. Заключив сделку с государством, маг будет чувствовать себя в безопасности, и работать на благо своей семьи и страны.

— Работать не только в Преториуме, — снова вмешалась Аврора. — Новая магическая реформа облегчит жизнь гражданам всего Триума!

Хотел бы Юджин сказать, что именно облегчит жизнь всему Триуму, уж на это у него было собственное мнение. Но, с другой стороны, бал совсем скоро… И надо же чем-то заняться в эти дни? А работа, о которой говорили Сенека и Аврора обещала быть интересной. С научной точки зрения…

— Вы уверены, что вам удастся убедить президента? — спросил он.

— Возможно, удастся, — не стал утверждать заранее Сенека. — Но для этого нам предстоит много поработать.

— Но ведь до бала всего три дня, — напомнил Юджин и отвёл взгляд.

— Значит, нужно работать три дня, — строго сказал Сенека. — На своём максимуме. Мы начнём с исследований. Мне нужно осмотреть ваши ауры на новом, экспериментальном оборудовании. Ты первая, Аврора.

Она кивнула, и Сенека улыбнулся ей.

— И избавиться от фистул, — продолжал Магистр. — Они больше вам не понадобятся. Ну, за работу!

Глава 43. Юджин

С лучащимися интересом глазами Аврора ходила вокруг новой, экспериментальной модели магического томографа в исследовательском отсеке дома, пока Сенека вбивал нужные данные. Сейчас девушка ляжет на специальную кушетку и с помощью новейшей разработки Тринадцатого Магистра, и они увидят послойное отображение её тела, ауры, связующей их энергоструктуры.

Но пока Сенека не дал сигнал, Аврора с любопытством осматривала громоздкий и пугающий (по мнению Юджина) механизм, со множеством рычагов, шестерёнок, кристаллов и прочих сложных и подвижных деталей. Аврора напуганной не выглядела. Наоборот, Юджин вынужден был признаться себе, что впервые видит подругу такой счастливой.

Девушка водила ладонями по прохладной поверхности, прижималась щекой к мигающим лампочкам и закрывала глаза, словно прислушиваясь, словно эта адская машина — живая. И, Юджин мог бы поклясться, Аврора механизму тоже нравилась. Он не понимал, как, но чувствовал, что гигантский магический механизм тянется к Авроре, ластится, как большой умный пёс.

— Ложись, — скомандовал Сенека и Аврора легла.

Вокруг хрупкой фигурки в лёгкой белой тунике и широких брючках принялось вращаться колесо.

Юджин невольно потёр грудь — за два с лишним года он так привык к магической фистуле, что её отсутствие ощущалось чуть ли не дискомфортом. Не выдержав, приоткрыл рубашку, скользнул взглядом по впадинке на груди. Идеально ровная кожа. Ни следа…

— Кого ты тут пытаешься соблазнить, — не поворачивая к нему головы, проворчал Сенека. — Застегнись уже!

Юджин нехотя послушался.

— Шрама не осталось, — пробормотал он. — А должен был! — он вспомнил шрамы Ромуса и Юлы, которые те предъявили при первой встрече.

— Сделать тебе шрам? — усмехнулся Магистр.

— Себе сделай, — огрызнулся Юджин.

— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — вдруг обернулся к нему Сенека.

Юджин упрямо мотнул головой, не опуская взгляда.

Магистр пожал плечами и снова вернулся к приборам.

— Вот оно! Получилось! — ни к кому конкретно не обращаясь, сказал он.

Над неподвижно лежащей Авророй замерцал призрачный силуэт, проекция. В ней проглядывался скелет, мерцающие органы, мышцы, искрящие подвижные потоки, должно быть, кровь, а радужные сполохи вокруг, несомненно, аура.

— Проклятье Четырёхликой! — прошептал Сенека, подходя ближе и вглядываясь в проекцию над её головой.