Наталия Орешкина - Дверь в сон

— Джи, — тихо позвала я.

Он замер на мгновение, а потом, покачав головой, уткнулся ей в ладони.

Мне точно не показалось, в Гробнице, словно кто-то медленно поворачивал реостат, делая свет сильнее. Но и не только это. Огоньки в «аквариуме» тоже стали набирать яркость.

Я тихо подошла к Джейду и опустила руку ему на плечо.

— Джи, я вернулась.

Он словно превратился в статую, боясь пошевелиться и разрушить иллюзию.

Потом резкий поворот головы, потрясенный взгляд, а следом невероятная смесь из счастья, надежды и любви заплескалась в его глазах. Единственное, чего и тени я там не нашла, так это укора, злости, хоть чего-то из того, что я на самом деле заслужила.

— Ты и правда, здесь? — недоверчиво прошептал он, дрожащей рукой касаясь меня. Как только его пальцы ощутили реальность моего платья, его как пружиной подкинуло. Он схватил меня в объятия, покрывая торопливыми поцелуями, снимая губами побежавшие у меня из глаз слезинки, прижимая к себе словно пытаясь сплавить наши тела.

Я отвечала ему с не меньшей страстью. Моя душа и тело словно пытались восполнить пятилетний срок, за который я не могла прикоснуться к нему, ощутить его тепло и любовь.

Мы совсем потерялись в ощущении близости, но тут тихий плеск вернул нас к реальности. Вода в «аквариуме» сияла, бросая блики на стены, и буквально бурлила. Вы видели когда-нибудь по телевизору ускоренную съемку, так вот лежащие там два эмбриона теперь росли просто с невероятной скоростью.

— Они все же выживут, наши дети, — благоговейно прошептал Джи, прижимаясь к моей спине и обхватывая руками, чтобы плотнее притиснуть к себе.

— Даже я уже перестал надеяться, хотя и знал, что она однажды вернется, — раздался сзади нас голос. Океан, Селена и Нейн стояли у входа в Гробницу с довольными улыбками.

— Ты знал?! — Селена пихнула Океана в бок. — А чего не сказал, я голову сломала, придумывая способ, как помочь детишкам!

Я взглянула на Джи, он шепнул:

— Потом расскажу.

— Чего стоим? Времени мало! Давайте в Колыбель.

Нейн и Джи подхватили «аквариум», а Океан собственноручно перенес нас к месту назначения.

Коконы извлекли и положили в их «колыбельку», но видно мое возвращение явилось слишком мощным катализатором, потому что процесс несся со скоростью курьерского поезда…

… И вот в одном коконе ребенок затрепыхал ручонками, ножки соединились вместе, прямо на глазах обрастая чешуей, превращая малюсенькие ступни в лопасти хвоста. Оболочка пошла золотыми искрами, лопнула, выталкивая в руки подоспевшей Селены крошечную девочку.

— Наследница престола Фантазии, принцесса Мира начала свой путь, — торжественно объявила она, передавая младенца Джейду, который, сияя от счастья, принял сей дар, подплывая затем ко мне, чтобы передать дитя, со словами:

— Клянусь, хранить ее пока Фантазия не одарит ее любовью мужчины.

Она была восхитительна, как идеальная жемчужина. Но от созерцания нас отвлекло движение во втором коконе. В отличие от темненького пушка на голове дочери, голову ее брата покрывали голубенькие волосенки. Он тоже обрел хвост, перед тем как родиться.

— Хранитель Бездны, будущий глава Стражей, брат наследницы престола, Нейн, начал свой путь, — провозгласила Селена, протягивая мальчика Нейну.

— Привет, тезка, — улыбнувшись, шепнул тот.

Джи забрал у меня дочь, а Нейн протянул сына.

— Ты подарила мне надежду, — благодарно сказал он.

Нет, я, конечно, понимаю, чего радовался Нейн и Джи, даже Селену могла понять, та испытывала облегчение, что с нее сняли ответственность за жизнь королевских отпрысков. Но чего лыбился Океан, это вообще не укладывалось в моей голове.

Тут у входа в Колыбель послышался какой-то шум.

— А это что? — спросила я.

— А это, муженек твоей доченьки ломится, взглянуть на свое счастье, — ухмыльнулся «ледыха».

У меня глаза на лоб полезли, а Джейд схватился за меч, даже Нейн нахмурился.

— А не рановато ли? — с сомнением спросила я.

— Ну, так она же родилась? — ответил Океаша, вопросом на вопрос.

— Да уж. Ладно, пусть заходит что ль.

Стоило мне это сказать, как в Колыбель чуть ли не кубарем влетел фантом. Его волосы, были цвета той же океанской зелени, как и у Джейда. Да и если бы кто меня спросил, я бы сказала, что это была более молодая копия Джи. А че, если парнишка такой же, как он, то я совсем не против, потому что в этом случае, счастье дочери гарантировано.

Он принял вертикальное положение и буквально прилип взглядом к малышке, которую Джи прижимал к себе одной рукой, другую так и не убрав с эфеса меча.

— Как тебя зовут? — привлекла я его внимание.

На меня взглянули совершенно ошалелые от счастья глаза.

— Кайм, ваше величество, — наконец, выдавил он, понимая, что переборщил.

— Без фанатизма, молодой человек, иначе до шестнадцати лет ее не увидишь, — с намеком произнесла я, Джи чуть голову не оторвал, кивая.

И тут я вспомнила о подарке Селене.

— Селена, у меня ничего для тебя нет, но я обеща…

— Есть, — прервал меня Океан, протягивая мешочек. Я раскрыла его и увидела те опалы, что он подарил мне в первый раз. Я, благодарно кивнув, протянула их Селене. Она была потрясена щедростью дара. Но меня почему-то волновало не ее потрясение, а чисто практический вопрос:

— А как быть с детьми они же с хвостами? Мне Джи говорил, что дети фантомов только к шестнадцати получают возможность выйти на сушу. Мне что придется с ними расстаться?

— Нет, в этих детях течет человеческая кровь и волшебство, у них переход из одного состояния в другое будет происходить сам по себе, так что не волнуйся, — успокоил меня Океан.

Надо же, прямо высококвалифицированный акушер.

Теперь пора было возвращаться во дворец. Интересно, как меня встретят?

Глава 34

Океан опять был столь любезен, что исполнил роль таксиста и так же, как и таксист, быстренько свалил, когда мы прибыли на место, оставив принимать то, что последовало за нашим прибытием. А вот чего бы вы ждали от людей, которых бросили на такой большой срок, оставив самих разбираться в проблемах? Уж никак не бурю ликования, дождь из лепестков роз (когда только и набрать сумели), пожелания счастья и благополучия, и море таких улыбок, которые можно встретить только в очень дружной семье. Фантомы стояли вперемешку с людьми, было видно, что то, чем была Фантазия до Изгнания, вернулось на круги своя. Появились молодые парочки, еще неуверенно держащиеся за руки на виду у всех. Новые детишки на плечах отцов, подпрыгивающие в общем восторженном настроении и машущие маленькими ладошками. Сколько же всего я пропустила за эти почти пять лет. Я остановилась на ступенях дворца и, повернувшись к толпе встречающих, сказала: