Елена Колоскова - Сид и император (СИ)

Я нашарила на скамье шпильки и свернула волосы в узел. Потом затянула шнуровку и попыталась пригладить безнадежно помятое платье. Мне казалось, что любой из слуг может легко догадаться, чем я только что занималась.

«Силы… какое унижение».

Впрочем, их дело исполнять свои обязанности и помалкивать.

Когда я вернулась в свои покои, служанки засуетились, предлагая свою помощь.

— Госпожа, что случилось?… Госпожа, вам нужно принять ванну… Госпожа, вы не ели, принести вам с кухни легкий ужин?… Госпожа, вы бледны, позвать целителя?

Только одна из дам, старшая по имени Мэв, пресекла эти расспросы:

— Все прочь.

Она усадила меня в кресло, а потом просто и доступно объяснила, что обязана делать ежедневный доклад императору обо всем, что со мной связано.

— Что мне доложить повелителю? — спросила она. — Вы должны сказать, что случилось. Вас кто-то… оскорбил?

— Не… Не более, чем я его.

В глубине души я тоже этого хотела. В некотором смысле я сама его спровоцировала. Камеристка вздохнула, так как поняла, что ей не удастся больше ничего из меня вытянуть.

— Хорошо, госпожа. Я распоряжусь, чтобы вам приготовили ванну и успокоительный отвар, — сказала она и удалилась.

Спустя некоторое время она вернулась и протянула мне чашку с травяным отваром. Я уловила запах мяты и пустырника в ароматном паре, поднимавшемся над чашкой, и без колебаний выпила. На мгновение мне показалось, что вкус какой-то странный, но я не придала этому значения. Очевидно, зря. Меня прямо в кресле сморил сон без сновидений.

Сквозь сон я ощутила, как чьи-то заботливые руки раздевают меня, но веки были такими тяжелыми, что я не смогла открыть глаза и посмотреть, кто это был.

Какие-то приглушенные голоса, казалось, спорили о чем-то и мешали мне спать. Двое мужчин говорили обо мне. Первый — придворный целитель. Второй голос тоже показался мне знакомым. Самый приятный голос, какой я только слышала… Я с трудом разлепила веки и взглянула сквозь ресницы.

— Думаю, дело увенчалось успехом, — сказал император. — Или нет?

Он молниеносно нагнулся и прижал раскаленную ладонь к моему животу.

— Или нет.

Какой же странный сон мне приснился.

Когда я проснулась, полдень уже миновал. Наступил новый день.

«Два дня».

Что? Где я? Я резко села на постели и раздвинула полупрозрачные занавеси балдахина. Кажется, я отключилась, и меня перенесли в выделенные мне для сна покои. Я была в сорочке, и кто-то даже заплел мне волосы в косу.

«Осталось два дня», — ударила в виски мысль. Время бежало, и до битвы при Ламаре оставалось катастрофически мало времени. Сегодня, если верить хроникам, будет заключен Договор с сидами и Илонией. А завтра — война.

— Госпожа Мэв!

На мой зов тут же прибежала одна из служанок, а затем и старшая камеристка. Эта статная, немного грузная от возраста северянка с невозмутимым выражением лица и солдатской выправкой ничем не выдала своих чувств.

— Госпожа Мэв, чем вы меня опоили? — спросила я. — Почему вы молчите?!

— Простите, моя госпожа, — ровно ответила женщина и склонила голову. — Я просто выполнила указания повелителя. Еще раз простите.

Значит, он мне не приснился! Вечный Император был здесь и что-то сделал со мной, пока я ничего не соображала. Какая низость…

— И какие еще указания у вас есть на мой счет?

Моим голосом, кажется, можно было заморозить все вокруг.

— Прошу меня извинить. Я не имею права говорить об этом, — ответила служанка.

Что ж. Если она не хочет или не может говорить об этом, я сама спрошу того, кто отдавал приказы. Тем более, что мне и так нужно было поговорить с Императором о договоре.

— Мэв. Когда будете докладывать обо мне, передайте, что мне нужна аудиенция. Вам понятно? А теперь приготовьте мне ванну. И платье, то, пурпурное. Парадное.

Я так и не смыла с себя следы прошлой ночи. Илонцы говорят, что вода смывает все грехи. Может быть. Может быть… Но я просто хотела смыть воспоминания о своей ошибке.

Больше я не плакала. Напротив, я была собрана, как боец перед поединком.

Служанки натаскали воды и вымыли меня в четыре руки, высушили и уложили мне волосы и даже помогли нанести на лицо красками почти незаметные штрихи.

Одна из девушек, Тилли, оказывается, раньше прислуживала фаворитке герцога и знала в этом толк. Она очень умело помогла мне облачиться в полупрозрачную рубашку, пурпурное платье из шерсти тонкой выделки и затянула корсаж. Потом заставила развести руки в стороны и аккуратно продернула ткань рубашки в разрезы на рукавах платья, что смотрелось очень интересно. В мое время так не делали, а зря. В процессе переодевания девушка беспрестанно щебетала о том, о сем.

— Госпожа, вдохните поглубже! — попросила она.

— Хм… а разве не надо выдохнуть? Всегда так считала, — наконец смогла улыбнуться я.

— Наоборот! Вы же не хотите упасть в обморок? И потом, у вас и так тонкая талия, не то, что у некоторых дам. Тем нужна утяжка от груди до середины бедер, — закатила глаза эта чернявая хохотушка. — Ну, вот. Готово. А теперь туфли, и полюбуйтесь на себя в зеркало.

Вторая служанка помогла мне встать и пройтись в новой обуви, и я решила оценить приложенные усилия. И мои ожидания полностью оправдались!

— Госпожа, вы великолепны! Повелитель не устоит, — выдохнула Тилли и тут же зажала руками рот, но было видно, что она довольна произведенным эффектом.

Та, что сейчас отражалась в зеркале, была прекрасна. И странным образом похожа на герцогиню из Ламары. Не столько обликом, сколько сочетанием рафинированной придворной красоты и интеллекта. Такая тонкая и воздушная, в броне придворного платья, с обманчиво простой прической.

Даже седину обыграли так, что она не старила меня, а придавала зрелость и какую-то изюминку. Волосы забрали наверх, закрепили, заплели в косы и перевили их жемчугом, чтобы потом свернуть в узел на макушке, открыв уши и длинную шею.

Брови и губы стали ярче, но ни намека на то, что здесь приложил руку художник, а слегка подведенные глаза навевали мысли вовсе не о хинцах, а о лесных ильвах. Лишь едва заметная россыпь золотистых веснушек на переносице немного смягчала и приземляла это нереальное совершенство.

— Годится.

Госпожа Мэв вернулась через пару часов, и сказала, что Император меня примет. Она вызвалась сопровождать меня к нему в покои.

— Госпожа, вам нужна дама для сопровождения в мужские покои, — чопорно сказала она. — Я просто обязана…