Лиза Смит - Дневники вампира: Голод

Что ж, завтра все решится.

А сегодня вечером мы поговорим с Бонни и Мередит. План Стефана — сама простота. Суть в том, что независимо от того, где Кэролайн прячет дневник, завтра она должна будет его оттуда достать, чтобы забрать с собой в школу. Но наше выступление будет последним пунктом праздничной программы, а сначала ей придется присутствовать на параде и прочих церемониях. До поры до времени Кэролайн придется где-то прятать дневник. Таким образом, если мы пронаблюдаем за ней с того самого момента, когда она выйдет из дома, до того момента, когда она поднимется на сцену, мы должны будем увидеть, где она его положила. А поскольку Кэролайн даже не знает, что мы ее подозреваем, она не будет держаться настороже.

А еще этот план сработает потому, что все, участвующие в празднике, будут носить соответствующую одежду периода основания городка. Миссис Гримсби, библиотекарша, поможет нам надеть платья девятнадцатого века, и тогда мы уже не сможем носить с собой ничего, что не является частью костюма. У нас не будет никаких сумочек, никаких рюкзаков. Никаких дневников! Кэролайн придется на какое-то время где-то его оставить.

Мы станем по очереди за ней наблюдать. Бонни будет прятаться у ее дома, и она непременно увидит, что Кэролайн захватит с собой, когда выйдет на улицу. Я буду наблюдать за ней, пока она одевается в доме у миссис Гримсби. Затем, пока парад будет продолжаться, Стефан с Мередит как-нибудь попадут туда, где Кэролайн спрячет дневник, и заберут его. Я предполагаю, что она оставит его в машине.

Я просто не вижу, как этот план может провалиться. И даже сказать не могу, насколько я сейчас лучше себя чувствую. Как было славно поделиться своей проблемой со Стефаном. Я выучила свой урок: в дальнейшем ничего не буду от него скрывать.

Завтра я надену на палец свое кольцо. Если миссис Гримсби про него спросит, я скажу ей, что оно гораздо старше девятнадцатого века, что оно из Италии времен Ренессанса. Мне очень хочется увидеть ее лицо, когда я об этом скажу.

А теперь мне лучше попытаться еще немного поспать. Надеюсь, никаких снов я не увижу.

Глава 14

Прячась у высокого викторианского дома, Бонни отчаянно дрожала. Этим утром воздух был морозным, и, хотя было уже почти восемь часов, солнце так толком и не встало над горизонтом. Небо представляло собой одну сплошную массивную гряду серо-белых облаков, создавая внизу зловещие сумерки.

Бонни уже начала притопывать ногами и тереть ладони друг о друга, когда входная дверь дома Форбсов внезапно открылась. Девочка отодвинулась чуть назад, за кусты, которые обеспечивали ей укрытие, и стала наблюдать за тем, как семья идет к машине. У мистера Форбса не было при себе ничего кроме фотоаппарата. Миссис Форбс несла сумочку и складной стульчик. Дэниел, младший брат Кэролайн держал еще один складной стульчик. А Кэролайн…

Бонни подалась вперед и удовлетворенно выдохнула. Одетая в джинсы и плотный свитер, Кэролайн перекинула через локоть что-то похожее на белую сумочку с завязкой в виде шнурка. Сумочка была не слишком объемной, но все же вполне способной вместить в себя небольшой дневник.

Разогретая предвкушением триумфа, Бонни ждала за кустами, пока машина не отъехала. Затем она уверенно зашагала к углу Дроздовой улицы и Боярышникового проезда.

— Вот она, тетя Джудит. На углу.

Машина притормозила, и вскоре Бонни уже скользнула на заднее сиденье под бок к Елене.

— У нее белая сумочка со шнурком, — прошептала она в самое ухо Елене, когда тетя Джудит поехала дальше.

— Оч-чень хорошо, — выдохнула Елена. — теперь посмотрим, захватит ли она эту сумочку в дом к миссис Гримсби. Если нет, скажи Мередит, что дневник в машине.

Бонни согласно кивнула и сжала в ответ руку Елены.

Они прибыли к дому миссис Гримсби в тот самый момент, когда Кэролайн заходила внутрь; белая сумочка висела у нее на плече. Бонни и Елена обменялись понимающими взглядами. Теперь Елена должна была посмотреть, где Кэролайн оставит сумочку.

— Я тоже здесь вылезу, мисс Гилберт, — сказала Бонни, когда Елена выпрыгнула из машины.

Бонни должна была объединиться с Мередит и подождать у дома, пока Елена не скажет им, где искать. Важно было при этом не позволить Кэролайн заподозрить что-то неладное.

На стук Елены в дверь открыла сама миссис Гримсби, библиотекарша Феллс-Черча. Ее дом, собственно говоря, тоже выглядел почти как библиотека. В нем повсюду висели книжные полки, а стопки книг были расставлены даже на полу. Кроме того, миссис Гримсби являлась хранительницей исторических артефактов Феллс-Черча, включая стариною одежду времен основания городка.

Сегодня в доме звенело множество юных голосков, и спальни были заполнены полуодетыми школьниками. На миссис Гримсби всегда лежала ответственность. Муслиновое платье было поистине прекрасным, хотя и совершенно непритязательным. Его текучая материя крепилась высоко под грудью бледно-розовой лентой. Пышные рукава по локоть длиной были перевязаны лентами того же цвета. В начале девятнадцатого столетия фасоны были достаточно свободными, чтобы подойти девочке в конце века двадцатого, — понятное дело, если она была достаточно стройной. Когда миссис Гримсби подвела ее к зеркалу, Елена невольно улыбнулась.

— А оно действительно принадлежало Онории Фелл? — спросила она, думая о мраморном изваянии, что лежало на крышке гробницы в разрушенной церкви.

— По крайней мере так гласит история, — ответила миссис Гримсби. — Она упоминает о подобном платье в своем дневнике, так что у нас есть все основания для уверенности.

— Она вела дневник? — Елена была поражена.

— О да. Он хранится в специальном ларце у меня в гостиной. Когда пойдем обратно, я тебе его покажу. Так-так, теперь куртка… а это еще что такое?

— Что-то темно-лиловое выпорхнуло на пол, когда Елена взяла куртку со спинки стула.

Елена мигом почувствовала, как лицо ее каменеет. Прежде чем миссис Гримсби успела нагнуться, она подобрала записку и взглянула на нее.

Одна строчка. Елена помнила запись в своем дневнике от четвертого сентября, первый день школьных занятий. Правда, написав тогда эту строчку, она затем ее вычеркнула. Но эти слова явные и отчетливые, не были вычеркнуты.

«Сегодня непременно случится что-то ужасное»

Елена едва смогла удержаться от того, чтобы схватить Кэролайн за плечо и потрясти запиской у нее перед носом. Но так она бы все испортила. Комкая клочок бумаги и бросая его в мусорную корзину, Елена заставляла себя сохранять спокойствие.