Валентина Герман - Возвращённые тенью

— Почти три года, — Плоидис едва мог говорить, чувствуя, как нарастает ком в горле. — Отец… мне так не хватает тебя… — он вздохнул, пытаясь овладеть собой. — Подумать только, я хотел задать тебе столько вопросов, но теперь ни один не идет в голову.

— Тогда, позволь, я спрошу, — ответил Стер. — Как ты, Плоидис?

Он улыбнулся и слегка кивнул.

— Все… в порядке. Лиодас спокоен, я справляюсь… как могу.

— Не преуменьшай, — Стер мягко смотрел на сына. — Я уверен, что ты справляешься достойно.

— Я лишь надеюсь, что не подведу тебя.

Стер улыбнулся.

— Я знаю это.

Плоидис молча смотрел на отца, и сердце его сжималось от тоски. О Боги, как же ему не хватало лишь его поддержки…

— Ты женат? — вдруг спросил Стер.

— Да, но… — Плоидис запнулся. — На Алиетт, принцессе Авернаса.

— Авернас, — Стер приподнял брови с едва заметной улыбкой. — Что ж…

Плоидис почувствовал его одобрение и чуть склонил голову, улыбнувшись.

— Ты любишь ее?

— Алиетт?.. Она мой верный друг и прекрасная королева…

— Ту девушку, чью руку ты держал, — Стер, чуть прищурившись, смотрел на сына. — Иллиандра, верно?

— Ты помнишь ее??.. — удивился Плоидис. — Откуда?..

Стер едва заметно улыбнулся.

— Рошар представлял мне их обеих не так давно.

— Ох… — Плоидис смятенно качнул головой, но тут же поднял глаза и серьезно посмотрел на отца. — Да. Я люблю ее.

Стер отвечал на его взгляд мягкой улыбкой.

— Если бы ты только мог знать ее, — продолжил Плоидис. — Я уверен, она восхитила бы тебя. Она сделала столь многое для меня… для Лиодаса. Она помогла мне подняться после всего, что случилось той ночью; она пожертвовала своими чувствами ко мне во имя моей безопасности, она стала ученицей Ронтана, сама, без какой-либо моей помощи… Она умерла за меня, отец.

Стер не сдержал удивления.

— Что?..

— Она приняла мою смерть, сознательно оказавшись на моем месте в мое время… маги спасли ее.

Стер вновь мягко сощурился.

— И ты все же не женился на ней?..

Плоидис задохнулся от неожиданности.

— Ты в самом деле считаешь, что… я мог?..

Стер улыбнулся.

— Отчего нет, Плоидис?..

Он ошеломленно вздохнул и спустя мгновение произнес:

— Я хотел сделать это. В самом деле, и в то время я верил, что и ты одобрил бы мой выбор… но Илли, отвергнув мое признание, убедила меня в том, что уехала из Лиодаса, а потом — я уже был женат, когда узнал, что она в действительности никогда не покидала меня, и два года была так близко, работая вместе с Ронтаном, преданно посвящая мне свою жизнь и успешно скрываясь от меня под чужим именем.

Стер сощурился.

— Она в самом деле достойна тебя.

Плоидис усмехнулся.

— Я часто думаю, что я недостоин ее, отец. Она раскрыла мне свои карты, но так и не захотела оставлять свое занятие… она продолжает рисковать жизнью ради меня — а я порой не могу даже по достоинству оценить ее заслуги.

Стер улыбнулся.

— Вероятно, оттого, что ты слишком любишь ее, чтобы позволять ей рисковать собой ради твоей жизни.

Плоидис чуть сощурился.

— Ты прав. О Боги, ты всегда понимал меня с полуслова.

— Я уверен, она понимает тебя так же.

Плоидис пристально взглянул на отца.

— Да, но она все же не может заменить мне тебя.

— Она и не должна, Плоидис, — мягко ответил Стер. — Тебе вовсе не нужно заменять меня. Я сыграл свою роль в твоей жизни, я воспитал сына, которым могу гордиться. И я в самом деле горжусь тобой сейчас.

Плоидис недоверчиво взглянул на отца, и тот продолжил:

— Ты изменился. Ты возмужал, ты стал еще сильнее. Я вижу это в твоих глазах, в твоей осанке, во всем твоем облике. Это облик короля, и я знаю, что ты хороший король, Плоидис, — Стер пронзительно смотрел на сына. — Но помимо этого я вижу в тебе любовь и искренность… и я прошу, береги их. Что бы ни случилось, береги ее. Ты сам знаешь: это редкое счастье для короля — быть любимым.

Плоидис удивленно сощурился.

— Я думал, ты всегда учил меня, что наш долг неизменно стоит на первом месте.

— Верно, — улыбнулся Стер. — И похоже, я достаточно хорошо научил тебя этому. Ты знаешь все о своем долге, ты умеешь слушать его. Но иногда, Плоидис, — Стер чуть склонил голову и мягко взглянул на сына, — оставаясь в целом верным долгу, даже король имеет право все-таки услышать свое сердце.

Глава 10. Призрачный друг

— Здравствуй, Диадра, — Берзадилар улыбнулся и, оглядевшись, добавил: — Где Иллиандра?

Диадра качнула головой.

— Я позвала тебя не для нее сейчас.

Берзадилар чуть удивленно приподнял брови.

— Я хотела… просто поговорить с тобой.

— О чем?

Диадра слегка пожала плечами.

— О чем угодно… ты не против?..

Берзадилар усмехнулся.

— Я уже говорил, мне нравится возвращаться к тебе, Диадра.

Она смущенно улыбнулась.

— Спасибо. Знаешь, если бы я сказала кому-то, что сам Берзадилар рад вернуться из Тени, чтобы провести со мной время, мне бы, наверное, никто не поверил.

Он с усмешкой поднял бровь.

— Сам Берзадилар?..

— О да, о вас с Анторгом ходят легенды, — улыбнулась Диадра, и Берзадилар рассмеялся.

— В самом деле?.. Это ужасно. Не хочу расстраивать тебя, Диадра, но я подозреваю, что совсем не похож на того героя, каким меня описывают сказки.

Диадра странно посмотрела на него.

— Легенды не описывают тебя героем, Берзадилар, — сказала она тихо, словно боясь ранить его. — Но я знаю, что ты в действительности был им. Ты пожертвовал своей жизнью ради того, чтобы спасти друга, и я не знаю, как назвать это, если не самым благородным поступком, который я встречала в своей жизни.

Он мягко улыбнулся.

— Я сделал это, потому что любил тебя.

Диадра зарделась, смущенно сознавая, как эти слова вдруг согрели ее сердце. Это было странно — ведь она знала, что в действительности он подразумевал не ее, а ту, другую Диадру, которую она никогда не знала и не помнила. И все же, он говорил это ей, он улыбался ей, потому что она напоминала ему ту, кого он любил когда-то… Она вздохнула.

— Молва оказалась так несправедлива к тебе. В легендах о вас нет ни единого правдивого слова, и мне в самом деле жаль сознавать, что люди веками рассказывают детям эти лживые сказки. Я видела тебя, каким ты был, Берзадилар, и я искренне считаю, что ты заслуживаешь по меньшей мере того, чтобы тебя помнили.

— Ты помнишь меня, — ответил он с теплотой. — Что до легенд, то они никогда не бывают правдивы, Диадра. Кто мог бы рассказать правду о нашей жизни с Анторгом? Разве что те, кто не стал бы делать этого — ты, или моя жена, или наши дети…