Хлоя Нейл - Больно укушенная

— Добрый вечер, Мерит, — сказала она, протягивая мне мешок. — Для ужина с твоими родителями.

Я взяла мешок, и Элен развернулась и снова пошла по коридору своей рациональной, деловой походкой.

Я закрыла дверь и обнаружила улыбающегося мне Этана, который явно развлекался.

— В настоящее время комментарии не принимаются.

— Встряхнись, Страж, — сказал он, поднимая руки и оборачивая их вокруг меня. — Ты почти одела смехотворно дорогое платье, которое с радостью носила бы любая из Голливудских селебрити[30].

— А? — сказала я, взглянув на мешок с интересом.

— Оказывается, что ряд дизайнеров пришел в восторг от возможности стать первым кутюрье вампирской моды. До некоторой степени, ты законодательница моды.

— Думаю, ты перепутал меня с кем-то другим, — пошутила я, но не могла перестать хмуриться.

— Что происходит в твоей голове? — спросил он.

— Просто я беспокоюсь о том, что покину Дом, когда на него возможно нападение.

Он прикоснулся пальцами к моему подбородку.

— Мы имеем право быть самими собой. Этаном Салливаном и Кэролайн Эвелин Мерит, без обязательств перед Домом между нами.

— Знаю. Но я чувствую себя плохо, шатаясь в вечернем платье, — для эффекта я открыла вещевой мешок, — Когда есть о чем побеспокоиться здесь.

— Мы не оставляем его одного, — напомнил он мне. — В настоящее время Дом охраняется полным кадровым составом людей и двумя Домами вампиров, включая Скотта, Люка, Джонаха и двумя корпусами охраны. Если ты и я — двое вампиров, которые могут положительно повлиять на ход любой битвы, тогда мы со Скоттом, правда, доверяем неправильным людям.

Я должна была сказать ему это, и не только потому, что видела, как Джонах орудует двумя катанами.

— А что по поводу нашего отъезда считает Люк?

— Ты должна знать, что Люк и Малик думают, это хорошая идея.

— Хорошая идея? Из-за моих родителей? — спросила я.

— Нет, — коротко сказал Этан.

Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, почему они так считают, и почему это раздражает его.

— Они хотят держать тебя подальше от Дома, на случай нападения, — сказала я. — Они хотят, чтобы ты был в безопасности в другой части города, вместо того, чтобы пойти на дно вместе с кораблем.

Этан не выглядел в восторге от такой возможности.

— Я не пошел бы на дно вместе со своим кораблем. Я бы сражался за него, это мое право. Я Мастер этого Дома.

— Знаю. — Вина могла надвигаться на меня, если ей угодно, но в словах Люка был смысл. — Они твои подданные, а ты их Сеньор. Ты дал им бессмертие, и за это они хотят, чтобы ты сохранил свое. Если я могу увести тебя от опасности, — торжественно сказала я, — Тогда я должна это сделать.

Этан проверил свои часы.

— Как бы сильно я не любил, когда ты говоришь мне о моем долге, ты опять медлишь. Подготовься. Я хочу проверить охранников, прежде, чем мы уйдем, а ты не хочешь опоздать на ужин.

Я определенно не хотела. Лучший способ обострить ужин с моими родителями — это опоздать на ужин с моими родителями.

Ну, кроме того, чтобы привести на ужин зомби. Потому что кто же держит мозги в холодильнике?

— Я приму душ, — сказала я. — Ты ищешь кофеин. Мне он понадобится.

***

Пока Этан был внизу, я приняла душ и расчесала волосы, потом надела нижнее белье и нанесла тушь и блеск для губ. Закончив с основным, я распаковала мешок и взглянула. Этан, что не удивительно, сделал это снова. Платье прекрасно подходило к событию. Оно было сшито на заказ из многослойного шелка, имело пояс и сборные рукава. Оно ниспадало чуть ниже колен, корсаж был усеян похожими на птичек намеками на белое на черном фоне.

Я сняла платье с вешалки, распаковав его, и шагнула внутрь, осторожно, дюйм за дюймом, поднимая шелк так, чтобы избежать разрывов тонкой ткани. Я сумела застегнуть молнию, но только до середины, где не мешали рукава.

Этан выбрал этот момент, чтобы войти, держа в руке парящую чашку, которая пахла чем-то похожим на Эрл Грей[31]. Он нашел меня стоящей в центре комнаты, с платьем, которое все еще свисало с моих плеч, и с руками на груди.

— Что ж, — сказал он, ставя питье на стол и держа руку на бедре. — Страж, ну и зрелище.

— Не мог бы ты меня застегнуть?

— Я лучше постою здесь и буду наслаждаться особенным видом. — Я почти закатила глаза, когда поняла, что было надето на нем.

Пока я принимала душ, Этан переоделся в элегантный черный костюм с заниженным жилетом на пяти пуговицах под пиджаком. Я уже говорила, что он стал бы восхитительной моделью, но этот вид обеспечивал успех. С зелеными глазами и светлыми волосами он выглядел так, словно сошел с рекламы темного торфяного виски. Я придержала волосы, он обернулся и застегнул платье, потом мгновение постоял позади меня, глядя на мое отражение в зеркале, которое висело на задней стороне дверцы шкафа.

— Оставь волосы распущенными, — сказал он, его глаза, казалось, стали зеленее, когда мы рассматривали друг друга в зеркале.

— Распущенными? — спросила я, сложив их на макушке. — Я подумывала о высоком пучке.

— Распущенными, — настойчиво потребовал он.

Я уронила искусственный пучок, и он взъерошил мне волосы так, чтобы они упали по плечам, темным занавесом вокруг моего лица и светло-голубых глаз.

Он был прав.

В этом просто-достаточно-удобном платье, с распущенными волосами и бледным оттенком вампирской кожи, я выглядела как наследница голубой крови. Вампирская аристократка с повесткой дня и желанием довести дело до конца.

— Не плохо, — сказала я.

— Несомненно, — согласился Этан, слегка оттолкнув меня в сторону и открыв короткую коробочку, которую принес с собой, показывая полдюжины квадратов, которые варьировали по цвету от белого до чуть беловатого.

Пока я смотрела на них, он осторожно спрятал один, потом еще один в карман своего пиджака

— Что ты делаешь?

— Отбираю квадратики, — сказал он, глядя на свое отражение.

— Для моих родителей?

— Для твоих родителей, твоих брата и сестры, твоих племянниц и племянников, — сказал он. — Для тебя. Потому что я хочу произвести хорошее впечатление.

— Ты и раньше встречался с моими родителями.

— Да, — сказал он и встретился со мной взглядом в зеркале. — Но не так.

В его голосе слышалась тяжесть. Как я подумала, не от бремени быть Мастером вампиров, заботиться о других и обеспечивать их безопасность, а от бремени быть "нами". От того, чтобы иметь, впервые за долгое время, кого-то, чьи безопасность и счастье ты ставишь выше всех остальных. Даже если это означает впечатлять ее особенно ханжескую семью.