Тайны Калинова моста - Валентина Ильинична Елисеева

часов кладбище заметно оживилось. Если, конечно, можно так выразиться в контексте появления из-под земли мертвецов с разной степенью сохранности тела. Некоторые образцы настолько походили на живых людей, что девушки-студентки стыдливо отворачивались от обнажённых мужских тел, вышагивающих между надгробиями, а парни зажмуривались и трижды плевали через левое плечо при появлении нагих красоток. Догадаться, что перед тобой неживой объект, можно было по багровым рубцам на шее некоторых – недвусмысленным намёкам на обезглавливание, и синюшным пятнам на груди с отверстиями в центре – следам роковых пуль. Жертвы отравителей отличались еле заметным зеленоватым свечением кожи, утопленники – голубоватым.

– Стригои, – прошептал Борис в один голос с Тарасом – коренастым парнем с узкими щёлочками тёмных глаз. – Сэр Анку попросил устроить для нас наглядную демонстрацию к материалу своих лекций?

– Наверняка, – подхватила Ира. Звучание живых голосов делало атмосферу кладбища менее жуткой, и она готова была болтать с парнями о чём угодно, даже о футбольных матчах. – Характерной чертой стригоев является отсутствие на телах следов тления и яркая внешняя привлекательность, которой при жизни могло вовсе и не быть. Кроме того, все стригои – вампи... Ой! Я хотела сказать, они приманивают к себе людей и питаются их кровью.

– Ты хотела сказать, что если они напьются крови, то станут очень опасны, – поправил Руслан. – Питание им не нужно, они же нежить: телесная, самоурождённая, неразумная. А вон те синюшно-бледные горбатые уродцы – гули? Хоть для этих мы гастрономического интереса не представляем: у них диета из мяса неживых.

– Знаете, что изумляет сильнее всего? – проворчал Иван – голубоглазый русоволосый молчун, речь которого они чуть ли не впервые услышали. – Отсутствие чувства отвращения. Упыри и вурдалаки представляют собой жуткое зрелище, а от свеженьких зомби идёт такой смрад, что прежде я бы в обморок грохнулся. А сейчас смотрю – и ничего, любопытно только. И страшно, конечно, но тошноты и чувства гадливости нет.

– Мы перестали воспринимать нежить как нечто противоестественное, отсюда изменение восприятия, – догадалась Василиса. – Для нас теперь все неупокоенные – такая же часть природы, как слизни, пауки, змеи – среди тех тоже имеются создания опасные и не слишком приятные, но если нет фобий, то вполне себе сносные. Кому-то они даже нравятся.

– Надеюсь не дожить до того момента, как мне понравится стригой, – содрогнулся Руслан.

– Если и доживёшь, точно не переживёшь такой момент, – фыркнул Борис, широкоплечий, конопатый и рыжеволосый, менее всех прочих в группе похожий на мага смерти. Он нервно сглотнул, поскольку нежить подступила совсем близко к ограждению из красной ленты. Всем студентам пришло в голову, что они напрасно сгрудились в углу квадрата – лучше бы встали в центре, подальше от гостей извне. – Слушайте, кто помнит из лекций: как поднимают стригоев? Их укус не превратит нас в нежить?!

– Лучше надо лекции учить, – фыркнул Руслан. – Чтобы стать стригоем, нужно предсмертное намерение им стать. Никогда не понимал, как кто-то может решиться на такое!

– Во-первых, покойник может восстать стригоем, если испытывал перед смертью острейшее желание отомстить. Яркая ненависть к врагу превратит неживое тело в зомби-мстителя, которому не будет покоя, пока он не выпьет до последней капли кровь намеченной для него жертвы, – рассудительно напомнил Иван.

– Можно не вспоминать на кладбище материалы лекций?! – взмолилась Лена. – Боже, какое счастье, что у меня нет врагов!

– Ещё будут, – «утешила» Ира. – Касательно материалов лекций: их важнее всего помнить как раз таки тут, и я не прочь освежить их в памяти. Во-вторых, покойники поднимаются стригоями, поскольку некоторые люди так боятся смерти, что мечтают о псевдо-жизни своего тела, надеясь, что их дух сможет тем управлять. Они истово верят, что родятся достаточно сильными призраками для такого управления, но если подобное кому-то и удавалось, то история не сохранила сведений о том. Стригои – неразумные сущности, все, без исключений.

– Да, но если бы кому-то всё-таки удалось удержать свой разум в стригое, это был бы реальный шанс на бессмертие для всех тех, кто не рождён божеством. Причём бессмертие в материальном теле, не подверженном тлению. Для многих людей такое соображение – веская причина попытаться возродиться в стригое, – исключительно мрачно заметил Тарас. – Боюсь, в нашем веке количество свеженьких красавцев-покойников растёт ударными темпами.

– Фу! Хватит! – чуть не расплакалась Лена, и теперь её дружно поддержали все: обстановка была не их тех, в которых хочется послушать сказки-страшилки.

Когда один особо наглый упырь потянулся носом обнюхать представленный в ассортименте свеженький обед, его огрело по морде магическим разрядом от установленной преподавателем защиты. Упырь взвыл и отшатнулся, студенты облегчённо выдохнули. И в этот момент зашевелилась земля внутри их участка – на самом последнем ряду, который они проскочили впопыхах...

Выкрикнутые заклинания (лидером опять стал вопль «А-ааа!») отразились от внутренней стороны щитов. Увы, для атаки надо было сперва снять защиту, и ребята переглянулись, молча решая, что надёжней: положиться на крепость щитов или рискнуть на прямое противостояние с монстром. В коконе своих защит они даже не могли определить, что же выбирается из могилы!

– Больше шансов упокоить его до того, как оно вылезет, – прошептала Василиса. – Я атакую, а вы меня сразу прикройте, как заклинание уйдёт. Не спорьте, оно уже у самой поверхности, и только у меня имеется стопроцентная защита от любых чудовищ, самое оборонное «волшебное слово». – Сформированное ею заклинание ушло в шевелящийся холмик земли, и Василиса нахмурилась. – Странно, я ничего не ощутила...

В ответ прозвучал издевательский гогот с другого края участка – нежить разыграла отвлекающий манёвр! Ярко-жёлтая клякса вылетела из-под земли и молнией, с завываниями понеслась к Василисе.

Парни среагировали инстинктивно – бросились перед ней, тоже стряхивая щиты и выкрикивая заклинание упокоения. Гули и вурдалаки за ограждением довольно заухали, стригои подступили ближе, хищно облизываясь. Впрочем, на группу поддержки врага никто внимания не обратил: Ира с Леной включились в битву, азартно нападая на агрессивную нежить, и та заметалась между надгробиями.

– Окружай тварюгу! Тарас, справа заходи и щитом его отгораживай! К ленте гада прижимай – так он не выскользнет! Ну, ребята, давайте сообща: ваде-эт...

– Стойте! – рявкнула Василиса и прикрыла щитом загнанную в угол нежить. – Отстаньте от него, и так напугали до икоты!

– Ты нормальная?! – опешили одногруппники. – Нас специально на практику отправили,