Чужие берега - Валентина Гринкевич

что я проспала глубоким сном без сновидений много часов. Во всяком случае так мне показалось. Потому что проснулась я бодрая, свежая и совершенно отдохнувшая. Лишь слегка ныли мышцы, не привыкшие к таким нагрузкам, которые выпали на мою долю в последние пару суток.

Открыв глаза в темной келье, я несколько секунд лежала, глядя в побеленный известью потолок. Прислушивалась к своим ощущениям и пыталась детально восстановить цепочку событий последних дней. После того как воспоминания вернулись ко мне, вместе с ними пришел и страх. Так ли здесь безопасно? И где мои друзья?

В комнате под потолком было небольшое круглое оконце, дававшее тусклый сумеречный свет. Я нашла свою одежду, к слову говоря, чистую и сухую. Оделась и со страхом, что дверь может оказаться заперта, попыталась выйти из комнаты. К счастью, она легко отворилась и вообще замок не предусматривала.

Я здесь не пленница — первая хорошая новость.

Длинный узкий коридор убегал вперед и сворачивал направо. С одной стороны его располагались деревянные двери, с другой — узкие стрельчатые окна. Похоже, я находилась в здании, которое представляло собой что-то типа общежития или гостиницы. Все двери одинаковые, вероятно, за каждой такая же келья, как и моя.

Я шла вдоль по коридору и прислушивалась. Тихо. Похоже, я последняя соня здесь осталась, остальные уже давно проснулись и ушли. Проверять и заглядывать внутрь — не стала. Не хватало еще попасть в неловкую ситуацию. Хватит с меня обморока при первой встрече с вампирами. Я пошла вперед и, недолго поплутав по коридорам, вышла-таки во внутренний дворик базилики, которым мы любовались вчера.

— Доброе утро, сеньорита Исабель, — услышала я бархатистый голос и из тени одной из колонн шагнул мне на встречу монах.

В отличии от вчерашних, он был одет в длинный черный плащ, полностью скрывающий фигуру. Голову покрывал глубокий капюшон, оставляя лицо полностью в тени. Лишь точные, гибкие и очень грациозные движения указывали на то, что это не обычный человек, а один из Хладных братьев.

— Предполагаю, вы проголодались, — продолжил он, не дожидаясь моего ответа, — позвольте проводить вас в столовую.

Я послушно кивнула. А что мне оставалось делать?

Просторная столовая была такой же сумрачной, как и остальные помещения монастыря. Впрочем, местные обитатели — вампиры. Яркий, а тем более солнечный свет, им неприятен. Все объяснимо, но немного нервирует. Как-то тревожно в этой полутьме. Я родилась в тропиках на берегу океана и любила яркое солнце и открытое небо, а здесь царствовали прохлада и полумрак.

Лаэрт и Артур вместе с вампирами сидели на лавках за длинным деревянным столом и мое появление встретили с большим энтузиазмом. Вскочили и принялись оживленно расспрашивать о здоровье и самочувствии. Выяснив, что всё в полном порядке, меня усадили за стол и принесли завтрак.

Что и говорить, я набросилась на него, с аппетитом, обычно мне не свойственным. Немалых усилий стоило мне жевать медленно и не хватать все подряд. Еще бы! Я не видела нормальной горячей еды уже несколько дней. Вычерпав до дна миску ароматной каши, щедро сдобренную сливочным маслом, я с не меньшим энтузиазмом принялась за хлеб и фрукты, запивая все это разбавленным почти до состояния компота красным вином. Ела молча, прислушиваясь к разговорам за столом.

2.

Насколько я поняла, мои друзья уже успели поведать вампирам историю нашего здесь появления. Рассказали и про сумеречный город, и про дорогу из красных лепестков, и про пегасов… чем вызвали бурное обсуждение событий среди монахов.

Те восторженно ахали, охали и цокали языками, восхищаясь нашими подвигами. А я смотрела искоса, стараясь не встречаться ни с кем взглядом и незаметно любовалась их внешним видом. Никогда еще не доводилось мне встречать людей, хоть они были и не совсем людьми, такого безупречного вида. Ни одной грубой черты, ни одного лишнего движения, спокойные, плавные, полные достоинства с приятными голосами. Несколько раз я насильно заставляла себя отводить глаза, понимая, что это наваждение… но и оставаться равнодушной — не могла.

Я пыталась представить кого-нибудь из них обращенного в ящерицу, змею или другое земноводное. Получалось плохо. Может это аллегория, а не буквальное сравнение? Надо будет расспросить Лаэрта поподробней. Всего в столовой я насчитала семь человек, плюс тот что привел меня сегодня — восемь. Но они называют себя аббатством. А это минимум двенадцать монахов. Значит есть и другие.

— Утреннюю службу вы уже пропустили, — сказал один из них, вероятно, главный. Плащ на нем был не черный, как у других, а темно-бордовый. Из-под него выглядывал кружевной воротник белой рубашки и несколько крупных золотых цепочек. Интересно какие медальоны или артефакты на них висели? Не крест же в самом деле? Спрятаны под плащом, не разглядеть.

— Сейчас братья разойдутся работать, большинство на виноградники, кто-то один останется здесь, справляться по хозяйству и готовить обед, — продолжил он низким обволакивающим голосом. — Вы можете пойти с ними. Там есть на что посмотреть. Дорога, ведущая от монастыря вниз называется «Путь молитв». Ее украшают двенадцать скульптурных композиций, каждая из которых посвящена определенным таинствам (радостным, славным и скорбным), в их создании принимали участие многие выдающиеся архитекторы и художники разных времен…

— Или… — прервал его объяснения Артур, давая понять, что этот вариант времяпровождения нас пока не интересует.

— Или можете осмотреть монастырь изнутри. У нас великолепная готическая обитель, построенная много веков назад. Изумительной красоты храм. Алтарь в нем высечен прямо из скалы и богато украшен золотом и драгоценными камнями. Там же хранится наша основная реликвия — Вампирский Грааль. Но о нем в двух словах не расскажешь, поэтому сейчас даже не буду и начинать.

— Да. Посмотреть монастырь было бы интересно, — согласился Артур и обернулся на нас. — Что думаете?

Мы с Лаэртом закивали. Наверняка наш друг знает, что делает.

— Вы можете ходить везде беспрепятственно, ни одни двери не заперты. Мы всегда рады гостям, — продолжил инструктировать нас вампир в бордовом плаще.

«Кстати, они вообще не представлялись? Или это я все пропустила? Откуда-то же знали, что меня зовут Исабель… Надо не забыть спросить у Лаэрта».

— А еще в монастыре есть склеп, в котором покоятся мощи некоторых значимых для нашего аббатства личностей. Довольно знаменитых!

— Надо же, как интересно? Это, например, кого? — заинтересовался Артур.

— Во-первых, конечно, основатель монастыря — аббат Олиба. У него очень интересно украшен мавзолей, ну да сами увидите… Также военачальник рыцарь Хуан Арагонский, граф Рибагорса, незаконнорожденный внук короля Арагона Хуана II покоится рядом в золотом