Жена Лунного демона - Нинель Мягкова

родного человека, что должен был защитить, но бросил в тяжелый момент?

Наверное, можно считать, что мне повезло.

Пусть меня похитили в младенчестве, вырастили чужие люди, с детства я знала лишь презрение и тяжелый труд и с трудом доверяю новым лицам.

Так лучше, чем вырасти в заботе и неге, а после угодить в застенки по прихоти императора. Рассчитываешь сама на себя и не питаешь иллюзий.

— Я никогда тебя не оставлю, — негромко заверил Ченхин, ставя меня на пол и развязывая накидку. Плотный шелк осел серебристым сугробом у ног. Следом заструилось платье. — И не позволю никому тебя обидеть. Пусть попробуют обвинить тебя в чем-то! Не переживай, его величество наверняка понимает, что ты не в сговоре с противником.

— Отчего же? Так даже удобнее. Мерзкие фейри присоединились к ледяным изгнанникам. Идеально! Можно их всех объявить вне закона и попытаться истребить. — Сухие рыдания подкатывали к горлу и сотрясали тело. Внутри прочно поселился мороз — под стать тому, что бушевал за пределами дворца благодаря осаждающим. — Почему бы и демонов не причислить к изменникам? Ты же мне помогаешь. А там и до остальных принцев очередь дойдет!

— Остановись, — тихо, но твердо потребовал муж. — В тебе говорит обида. Ты имеешь полное право злиться, к тебе отнеслись несправедливо, и, вполне возможно, к твоему отцу в свое время тоже. Но мы здесь и сейчас. И в данный момент он по другую сторону стены. Он враг, сдавший страну изгнанникам. Мятежник, действительно возжелавший трона. Прямо сейчас мы должны выбрать, на чьей мы стороне. Ты с Танджином или с его величеством?

— А ты? — всхлипнула я, судорожно цепляясь за широкие плечи.

Ченхин скинул нагрудник и наплечники и неожиданно опустил меня по горло в теплую воду, пахнущую розами.

Я и не заметила, что служанки успели подготовить бочку для омовения. Полноценную металлическую ванну до нас не дотащили, но и простая лохань сейчас казалась мне настоящим благословением.

Немного роскоши перед катастрофой.

Смешно и страшно.

— Я с тобой. Всегда. — Муж склонился рядом, опираясь подбородком на бортик. — Что бы ты ни выбрала, я последую за моей женой. Даже на небеса.

— На небеса нам еще рано. Мы еще здесь пожить не успели толком, — зябко обхватила себя за плечи.

Внутренний холод не уходил, но я точно знала, кто может его прогнать.

Вытянула руку, с которой тут же накапала на пол небольшая лужица, ухватила Ченхина за ворот и, притянув к себе, жадно поцеловала.

Муж отозвался мгновенно, навис надо мной, перехватывая инициативу и вжимая в жесткий край бадьи. Его рука легла на влажную грудь, смяла, присвоила податливую плоть.

Негромкий стон, сорвавшийся с моих губ, отрезвил Чена.

— Ты уверена? — прошептал он, не прекращая тем не менее поглаживать большим пальцем напрягшийся сосок. — Ты только что пережила тяжелую, опасную ситуацию…

— И потому мне нужно немного любви. Срочно! — выпалила я, дергая за завязки его рубашки.

Проклятые ленточки выскальзывали, затягивая узел все сильнее.

Супруг издал странный горловой звук — то ли смешок, то ли хрип — и одним движением содрал с себя раздражающий предмет одежды. Штаны полетели следом, вода плеснулась на пол, и через мгновение я уже сидела верхом на мужчине, а в живот упирался очень горячий и очень твердый член.

— Мне тоже нужно немного любви. Срочно, — прошептал Ченхин, прикусывая нежную мочку уха.

Я ахнула, вцепилась в его плечи и потерлась о манящий ствол так, как хотелось — всей промежностью, сильно и быстро.

Ответный укус в шею заставил меня выгнуться, запрокидывая голову и подставляя грудь под смелые ласки.

Пальцы демона были повсюду. Гладили, стискивали, потирали — именно там, именно так, где нужно было.

Я извивалась, больше всего желая, чтобы он заполнил меня.

Прямо сейчас.

До предела, до упора.

Сладкая тянущая пустота внутри нарастала.

Не выдержав, я опустила руку в воду, обхватила член и направила туда, где концентрированно пульсировало желание.

И резко опустилась.

Он заполнил меня, растянул и принялся вбиваться быстро и ритмично, с каждым толчком поднимая на все новую высоту блаженства. Вода замедляла движения, тягуче окутывая нас и собирая бушующую вокруг магию.

Не выпуская меня из объятий, Чен поднялся, переступил бортик и двинулся к постели.

Каждый шаг отдавался внутри мелкими движениями, что сводили меня с ума. Я обхватила демона за пояс ногами, прикусила ключицу, лизнула, поторапливая. Хватка на моей талии стала жестче.

Муж все еще контролировал себя.

Так нельзя.

Я хочу его полностью.

Целиком.

Покрепче ухватившись за шею, я приподнялась, так что головка почти выскользнула из лона, и томительно медленно опустилась обратно.

Ченхин скрипнул зубами и сделал еще шаг.

Я повторила.

До ложа мы не дошли.

Не выдержав провокаций, супруг притиснул меня к стене, жарко дыша в шею.

И наконец отпустил себя.

Я плавилась сиропной лужицей и растекалась густой сливочной карамелью. Обволакивала его, массивного и напористого, смягчая и потакая во всем.

Долгий, протяжный, неспешный, но в то же время неудержимый ритм.

В такт биению сердца.

Сорванное дыхание.

Вздохи и стоны.

Неразборчивые признания и требования, которые и не нужно слышать — их можно понять без слов. Но произнесенные вслух, они возбуждают еще сильнее.

Экстаз подхватил и закружил, лишая связи с реальностью окончательно.

Ченхин нагнал меня в тот же момент. Он давно держался лишь на силе воли, и мои внутренние спазмы стали последней каплей.

Сделав три шага на подгибающихся ногах, он уронил нас обоих на кровать.

— Лучше? — спросил супруг, сдвигаясь так, чтобы не придавить меня.

Мне нравилось ощущать на себе его мощное мускулистое тело, но и заботу я тоже оценила.

— Гораздо, — довольно улыбнулась и потерлась щекой о грудь демона.

— Больше так не делай никогда, — неожиданно серьезно посмотрел мне в глаза Ченхин. — Мне не понравилось ощущение беспомощности. Стоять вдалеке и смотреть, как жена подвергается опасности, не по мне.

— Клянусь отныне брать тебя везде с собой! — торжественно заверила его я.

Откуда мне было знать, что исполнить обещание придется уже очень скоро.

Глава 28

Я нежилась в долгожданных объятиях мужа, но смутная тревога, неожиданно поселившаяся в сердце, становилась все отчетливее.

— Воду надо будет вылить в саду, — донесся до моего рассеянного сознания голос Ченхина. — Смотри, аж светится.

Покосилась на бадью. И правда, от поверхности исходил