Случайная одержимость командора - Татьяна Гончарова

— Я не бегаю! Ты, ты… Ты невыносим! — я глубоко вдохнула и медленно выдохнула, — от того, что ты продавливаешь меня по всем фронтам, напираешь и лишаешь выбора, ты ситуацию между нами не улучшаешь.

Он приподнял брови и откинулся на сиденье, скрестив руки на груди.

— Между нами, Кира? — прищурился он. — Я рад, что ты объединила нас в словесную конструкцию. Хотя бы в таком контексте. У тебя есть рекомендации, как ситуацию между нами улучшить?

Вот ведь… Я сдержала тяжкий вздох и спокойно ответила:

— Напор сбавь.

В выражении его лица что-то неуловимо изменилось, мне стало ощутимо не по себе.

Он ответил спокойно, с едва заметными предупреждающими нотками в голосе:

— Тон сбавь.

Я набрала воздуха и медленно выдохнула. Легко не будет.

— Ладно, давай так, — я примиряюще подняла ладони: — меня не устраивает, что ты мне совершенно воздуха не оставляешь. Так нельзя.

Логранд встал, едва не доставая макушкой до крыши флаера, благо маршальский флаер — просторная штука, подошёл и навис надо мной, рассматривая сверху вниз.

— Я без тебя был без воздуха, Кира. Тебе придётся смириться. Возможно, позже будет проще. Интенсивность снизится. Но сейчас так.

Глядя на него, как он смотрит на меня, я вдруг поняла… ведь я тоже без него была, как без воздуха.

Только сейчас, разговаривая с ним, глядя на него, вдыхая его сложный притягательный запах, зная, что имею право протянуть руку и коснуться его… я чувствовала, что дышу.

— Я тебе могу сказать одну вещь, если ты пообещаешь тут же не лапать меня, — неожиданно для самой себя улыбнулась я.

— Обещаю, — серьёзно сказал Логранд.

— Я тоже без тебя была как без воздуха. Но я тебя очень прошу, не лишай нас обоих воздуха сейчас.

Он скрестил руки на груди, помедлил и… кивнул.

— Идёт.

Логранд развернулся, сел в кресло и повёл ладонью в сторону диванчика напротив. А потом, хитро прищурившись, указал обеими руками на свои колени.

— Я предоставляю тебе выбор, — усмехнулся он.

Мда, точно легко не будет. Посмеиваясь над самой собой, я всё же села напротив. Одно плохо, по имени мне его называть всё же придётся.

Почему-то это оказалось сложно.

Очень сложно.

Но я справилась.

— Бастиан, мы можем перевести разговор в деловое русло? — примиряюще улыбнулась я.

— Можем, — сказал он, — переводи.

— Я собираюсь поработать с новыми данными по расследованию.

— Нельзя, — ответил Логранд, — флаер двигается в режиме максимальной скрытности. Терминалы недоступны на время полёта. Лететь ещё примерно полчаса. Лучше отдохни, Кира. Я ожидаю после прибытия на базу целый ряд информационных пакетов. Будем вместе разбирать. Сейчас отдых.

Я кивнула. Маршал откинулся в кресло и закрыл глаза. Я сделала тоже самое.

Прикрыв глаза, я приказала себе расслабиться. Несмотря на то, что мне сейчас нестерпимо хотелось снова почувствовать его руки, я отчётливо понимала: нельзя.

Мне необходимо пространство. Время. Мне нужно время. Осознать. Принять.

Незаметно для самой себя я заснула.

— Кира, пора, — я проснулась от голоса Логранда.

Надо отдать ему должное: он меня не трогал. Сидел напротив и пристально рассматривал.

— Ты очень красива, Кира, — тихо сказал он, — а когда спишь… трогательно-нежная и открытая. Ты улыбалась во сне. Теперь я думаю, что я могу сделать, чтобы ты улыбалась как можно чаще.

У меня дыхание перехватило от этих слов. При этом он неотрывно смотрел на меня. И столько всего было в его взгляде, что я… улыбнулась ему.

— Можешь считать, что одно дело для этого ты уже сделал, — сказала я. — Мне очень приятно услышать такие слова.

Логранд серьёзно кивнул, встал и протянул мне руку.

— Ты прекрасно выглядишь, можно сразу на приём к императору, — окинув меня взглядом, сказал он. — Пойдём.

Я всё же покраснела от удовольствия. А ведь я часто слышала комплименты. Но так, как Логранд… так, пожалуй, с такой серьёзностью и убеждённостью, никто бы не смог сказать.

Мы вышли из флаера на крыше высокого здания, превращённого в многоступенчатый парк. Тёплый ветер растрепал мои волосы. Вокруг посадочной площадки было множество растений, цветов, пахло тонкими ароматами.

Едва мы спустились на лифте в большой зал, благотворительный вечер обрушился на меня многоголосием, музыкой, прохладой из охладителей, запахами еды и духов.

А ещё плотным, концентрированным потоком внимания.

Псионики чувствительны к таким вещам. Особенно, когда становятся объектом внимания других псиоников.

Простых людей тут не было.

Я чувствовала взгляды. Заинтересованные, удивлённые, завистливые от женщин. Ощупывающие, флиртующие, похотливые от мужчин.

Впрочем, спустя несколько минут давящие ощущения попыток пси-прощупывания исчезли. Я подняла голову и тут же поняла, почему: Логранд умудрился обменяться с каждым взглядами, после чего в нашу сторону в принципе теперь боялись смотреть.

— От меня ни на шаг, — сказал мне Логранд.

Я кивнула в ответ на его предупреждающий взгляд, и он направился к хозяину вечера — руководителю медкорпорации, поставляющей значительную часть препаратов и оборудования для флота.

Далее было всё обычно. Беседы, напитки. Закуски, переговоры.

Когда начались танцы, Логранд выжидающе посмотрел на меня. От его взгляда, тёмного, иронично-вопросительного, я покраснела.

И самым позорным образом сбежала: сказала, что мне нужно в уборную.

Логранд с понимающей усмешкой прошёл со мной до дверей в туалетные комнаты, и завёл беседу с одним из офицеров.

Я покраснела сильнее и юркнула в дверь. Плеснула водой себе в лицо. Опёрлась на раковину.

Надо отдать должное Логранду: дал мне сейчас выбор. Ведь если бы он пригласил меня на танец, мне пришлось бы согласиться. Даёт воздух? А я? Сбежала ведь.

Что такого в танце? Даже немного разозлилась на себя. Как девчонка, а не взрослая женщина.

Я посмотрела в зеркало. Себе в глаза. А кто я на самом деле? Неопытная девчонка и есть. Это в профессии я молодец, а в отношениях… Нет, так не пойдёт. Куда делась моя решимость?

От размышлений,