Демон на одну ночь - Валентина Ильинична Елисеева

а ведьма с грустно-виноватой гримасой помахала ему рукой. Потом с лёгким укором посмотрела на демона, расположившегося на стуле ушедшего эльфа.

– Элсинэль проявил удивительное понимание и сам предложил мне вернуть кольцо, если я передумала заключать брачный договор. Я не заслужила такой доброжелательности и деликатности, – с досадой на себя сказала Аманда.

– Но кольцо ты всё же вернула? – голосом змия-искусителя прошептал Габриэль, мягко обхватывая её ладонь и целуя каждый свободный от кольца пальчик, то есть все пять.

– Разумеется! Прежде всего, для двух мужчин в моём расписании слишком мало места. А кроме того, я не могу числиться женой одного человека и открыто встречаться с другим, – проворчала Аманда.

– А тайно могла бы? – хмыкнул Габриэль.

– Раньше думала, что да, а теперь думаю, что вряд ли, – вздохнула Аманда.

«Повелитель эльфов грамотно тебя просчитал, – с оттенком злости подумал Габриэль, – ты не из тех, кто живёт скрываясь. Ваш фиктивный брак при небольшом напоре с его стороны очень быстро перерос бы в настоящий и ловушка бы захлопнулась. Страшно представить, что я приехал бы в Атланту после вашего воссоединения в законном браке! Какие чувства ты ни питала бы ко мне, какая бы страсть ни загорелась в тебе, ты бы никогда не изменила мужу. А я, хочется надеяться, удержался бы от того, чтоб обеспечить тебе статус вдовы. Но определённо годами мечтал бы только об этом!»

– Раз из-за меня ты лишилась одного украшения, чувствую себя обязанным возместить ущерб, – с наигранным пафосом произнёс он и протянул ей кулон на цепочке. – Носить всегда, снимать разрешаю только на ночь, поскольку ночью он тебе не пригодится: я и без того буду рядом.

С опаской взяв голубой сапфир на платиновой цепочке, Аманда внимательно осмотрела начертанные на оправе руны и окутала камень ведьминскими чарами. Ей доводилось раньше держать в руках артефакты призыва высшего демона, но никогда прежде они не были её личными артефактами и не вызывали... её личного демона?

– Так мне будет спокойнее, – серьёзно сказал Габриэль, и сердцу ведьмы стало тесно в груди.

Когда он обрёл над ней такую власть, что воздействует на её разум и тело без всякой магии? Одним взглядом полуночных глаз? Чтоб ей в котёл с экспериментальной отравой свалиться, они знакомы третий день! Вековые ведьмы не влюбляются так быстро: им нужно время, чтобы хорошо узнать человека, выяснить, насколько удобоваримы его бытовые привычки, насколько развито его чувство юмора и так далее и тому подобное! Их внутренний голос не нашёптывает ехидно о готовности смириться с любыми привычками и всем остальным по списку! Но её голос – нашёптывал. То ли она не совсем ведьма, то ли роман с высшим демоном принципиально не вписывался в привычные рамки её прежних отношений. Высшие демоны – такие монстры, на которых в природе мало что рассчитано, в том числе – слабые сердца столетних ведьм.

Габриэль устал ждать, когда она закончит размышлять над своей запутавшейся жизнью, и сам надел ожерелье ей на шею. Сапфировая капля уютно расположилась в ямочке между ключицами, от неё повеяло приятной прохладой.

– Спасибо, – тихо поблагодарила Аманда, не подозревая, что её мужчина, смотрящий вслед уносящемуся вдаль корвету эльфа, думает в этот момент:

«Капитан абсолютно прав: пожилые мужчины, безответно влюблённые в молодых девушек, часто творят невообразимые злодейства в ослеплении надежды на взаимность. А в двести пятьдесят лет мужчина опасней, чем в любом другом возрасте: у него уже есть огромный жизненный опыт, большое состояние и умение управлять людьми и обстоятельствами. Кроме того, в этом возрасте он точно знает, что второго шанса получить желаемое жизнь ему уже не предоставит».

Громкий звон телефона нарушил установившуюся между ними тишину. Мысленно застонав, Габриэль ответил на вызов:

– Привет, мама, как дела?

– Габи, мы навели справки, и хочу подсказать, если сам ещё не догадался: ты встретил уникальную женщину! Она от тебя ещё не сбежала? – озабоченно поинтересовалась мать, и высший демон взмолился, чтобы Аманда не знала французского. Судя по её спокойному личику – действительно не знала, аллилуйя!

– Нет, не сбежала, – рыкнул он на родном языке.

– Ни под каким давлением не рассказывай ей о своих прошлых похождениях! Настаивай, что всё забыл!

– Пожалуй, сменю номер телефона, – проворчал демон и решительно сбросил вызов. – Прости, колдунья, родителям свойственно забывать, что их дети давно выросли. Поехали домой?

И так тепло и обыденно прозвучало это «домой», что сердечко разумной, жёсткой, деловой ведьмы растаяло сладкой патокой. Нет, завтра на работе к ней вернётся её хвалёное благоразумие, но здесь и сейчас...

– Не смотри на меня так, если планируешь добраться до дома на машине, как добропорядочная ведьма, свято чтущая закон соблюдения секретности и умело маскирующаяся под человека, – прошептал Габриэль.

– А если не планирую? – медленно облизнула она пересохшие губы.

– Тогда тебя ждёт демоническая экспресс-доставка, – выдохнул он.

И людей в кафе и на площади словно накрыло облаком рассеянности: все застыли на миг, невидяще смотря перед собой, даже несущиеся машины вдруг зависли над асфальтом, бессмысленно крутя колёсами и остановив свой бег. В небо взмыла тень слившейся в объятии парочки, и жизнь города пошла своим чередом: пошагали люди, поехали машины.

В дом они ворвались, как умирающие от жажды врываются в оазис с источником чистой воды. Третья ночь обещала быть столь же бурной, как две предыдущие, и более того – ведь теперь они отлично знали сексуальные предпочтения друг друга, сливались чувствами и ощущениями, как две идеально настроенные друг на друга струны. Аманда не раз слышала, что страсть разделённая и удовлетворённая распадается и уходит, сама соглашалась с этим тезисом, но теперь ей пришло в голову, что период полураспада у страсти бывает разным. С некоторыми мужчинами он, похоже, стремится к бесконечности.

– С тобой я теряю всякое самообладание, – жарко шептал демон, обладая ей так безраздельно, словно хотел через ласки тела добраться до самого дна души и запечатлеться в ней навечно.

– Мы