Поцелуй убийцы - Хелен Харпер

— Я дам ему знать.

Глава 19

Мой визит в Отряд Сверхов оказался не таким, как я ожидала, но это напомнило мне, что я хотела подробнее расследовать то, что Лиза рассказала о своих вылазках в «Фетиш».

Я остановила Таллулу возле клуба и увидела припаркованную машину с двумя офицерами в гражданском, которые наблюдали за местом. Детектива Мюррея нигде не было видно, так что я решила потратить время ожидания с пользой.

— Ты звонишь сказать, что снова умерла? — холодно поинтересовалась старший детектив-суперинтендант Люсинда Барнс, когда взяла трубку. — Потому что я уже прочла отчёт. Я знаю, что случилось, — похоже, это не произвело на неё впечатления.

— Мне хотелось бы, чтобы люди перестали судачить о моей смерти, мэм. В этом не было ничего страшного.

— Конечно, — её сарказм был очевидным. — Раз за разом умирать и возвращаться к жизни — это вообще ерунда.

— Это было необходимое зло, чтобы спасти жизнь другого пострадавшего.

Я почти слышала, как она хмуриться.

— Эмма, мне начинает казаться, что Лорд Хорват влияет на тебя, причем не лучшим образом. Необходимое зло? — она фыркнула.

Я ощетинилась.

— Мои решения — это мои решения, — отрывисто сказала. — И вообще, я не поэтому звоню.

— Итак, позволь мне угадать ещё раз. Ты хочешь знать, почему прославленная ищейка вроде Дональда Мюррея возглавила расследование самого громкого убийства, что случалось у нас за последние годы.

Ну, да, но звонила я не поэтому. Мюррей искал популярности в прессе, и многая полицейская работа в наши дни имела дело с восприятием публики, а не с реальностью. Я подозревала, что это во многом и стало причиной. Если только его не заменит кто-то, кого намного меньше будут волновать вечерние сюжеты в новостях, то нет смысла комментировать.

— Нет, — сказала я. — Я звоню потому, что хочу знать, что за история была с Тони и «Фетишем».

— Тони? — Барнс казалась удивлённой.

— Ну, единственный детектив Отряда Сверхов до моего появления, — без необходимости уточнила я.

— Я знаю, кого ты имеешь в виду. Я знала его лучше, чем ты.

Все знали Тони лучше, чем я; он умер в мой первый день работы в Отряде.

— Мне сказали, — аккуратно произнесла я, не желая упоминать Лизу, — что он пытался закрыть «Фетиш», но его попытки пресекли. Я хочу знать, почему.

Последовала пауза, после чего Барнс ответила.

— Ты действительно изменилась. Когда-то ты подошла бы ко мне с таким вопросом, сдобрив его кучей «пожалуйста» и радужной посыпкой сверху.

Я поджала губы.

— О изумительная леди-начальница, можете ли вы сказать мне, почему нелегальный клуб не прикрыли, когда действующий детектив полиции Лондона предпринял попытки его закрыть? Пожалуйста-распожалуйста, с шоколадной стружкой, взбитыми сливками, вишней в сахаре и пыльцой фейри сверху?

Очередная пауза.

— Это влияет на тебя — преступления, тьма. Ты говоришь с горечью, а ведь ты до сих пор ещё зелёный детектив. Как всё будет через пять лет? — спросила она. — Через десять? Думаю, тебе надо сходить к одному из полицейских психологов.

Я была достаточно взрослым человеком, чтобы признать, что она может быть права, но она всё равно не ответила на мой вопрос.

— Мэм…

Она вздохнула.

— Тони не мог закрыть «Фетиш», потому что клуб не является нелегальным. Все его документы в порядке, все лазейки и подвохи с лицензированием прикрыты.

Не этого я ожидала.

— Правда? Потому что владелец намекал на обратное. Лиза тоже считает его нелегальным, а она обычно не ошибается. Более того, даже Лукас думает, что это нелегальный клуб.

— Я не могу комментировать то, что думают другие люди, — сказала мне Барнс. — Я могу лишь сказать то, что знаю я. И я знаю, что «Фетиш» действует совершенно в рамках закона. Я видела документы.

Теперь я озадачилась ещё сильнее.

— Спасибо за вашу помощь, мэм.

— Всегда пожалуйста. Что-нибудь ещё?

Я почесала затылок.

— Нет, наверное.

— Хорошо. Я запишу тебя к психологу. Наши парни знают, что делают.

Я пробормотала невнятное согласие и попрощалась как раз в тот момент, когда появился детектив Мюррей. Он припарковался позади Таллулы в стильной чёрной машине, которая наверняка стоила больше, чем я зарабатываю за год. Я отстегнула свой ремень безопасности и вышла из Таллулы.

Мюррей не утруждал себя приветствиями. Он сжимал в одной руке коричневый конверт, а другой показал на мою маленькую пурпурную Мини.

— Это твоя машина? Мы тебе явно недостаточно платим.

— Я бы на вашем месте не критиковала Таллулу, сэр, — сказала я.

— Таллулу? — он хрюкнул. — Теперь я слышал всё. Если ты хочешь продвинуться в полиции, Эмма, тебе надо старательно продумывать свой имидж. То, как ты презентуешь себя, не менее важно, чем то, что ты делаешь.

Я сильно прикусила язык.

Он беззаботно продолжал.

— Достаточно плохо уже то, что твой бойфренд — вампир… для начала тебе стоит пересмотреть это. Но тебе также надо одеваться получше, и тебе определённо надо приезжать на важные интервью на чём-то получше, чем это пурпурное уродство. У тебя могло бы быть великое будущее в полиции Лондона, если бы ты прикладывала больше усилий.

Он искренне взглянул на меня.

— И тебе надо перестать постоянно умирать. В лучшем случае это выглядит так, будто ты красуешься. В худшем складывается впечатление, что ты чрезвычайно беспечна и неосторожна.

Я обдумала и отбросила несколько вариантов ответа. Я не могла сбрасывать со счетов вариант, что Мюррей нарочно пытается вывести меня из себя.

— Угу.

— А теперь, — сказал он, — где этот проклятый клуб?

— Прежде чем мы войдём, мне нужно сказать вам, что я только что говорила со старшим детективом-суперинтендантом Барнс и…

— Мы опаздываем, — перебил он. — Расскажешь мне потом. Давай поговорим с Джонасом. Я уже сказал тебе, что впечатление важно. Пунктуальность тоже относится к этой категории, — он щёлкнул пальцами. — Отведи меня в клуб.

Ладно. Я скрипнула зубами.

— Он прямо здесь, сэр.

Мюррей повернулся к подъездной