Честно украденная ведьма - Милена Валерьевна Завойчинская

— Там была женщина. За окном. Но она потом превратилась в снег. А зеркало она зачаровала. Смотри.

Кот ткнул лапой в сторону зеркального полотна на дверце шкафа.

— Ого!

Забыв про усталость, я соскочила с постели и подошла ближе. Все зеркало затянулось ледяными кружевами. Красивыми, неповторяющимися, искрящимися на свету. Я включила торшер и с изумлением уставилась на заросшую узорной шубой зеркальную дверцу шкафа.

Изнутри она светилась красным. И этот свет пробивался издалека, отогревая для себя окошко с той стороны.

— Жуть какая! — пробормотала я.

Моей ноги коснулось что-то пушистое, я от неожиданности взвизгнула и подпрыгнула на месте, перебирая босыми ногами.

— Ох! Джокер! Ты меня чуть до сердечного приступа не довел, — держась за бьющееся перепуганное сердце, выдохнула я. — Иди сюда!

Я подхватила фамильяра на руки, прижала к груди и замерла напротив творящегося чего-то непонятного. Учитывая, что Ленка ушла к мужу именно вот так, у меня вспыхнула надежда.

Сначала я ждала, потом подошла ближе и приложила ладонь к ледяным узорам, отогревая окошко и со своей стороны. И процесс сразу же ускорился, словно этого и не хватало для полноценной магии.

А потом вдруг я встретилась глазами с… Томасом.

— Ты! — выдохнула я.

— Я! — счастливо улыбнулся он. — Мы с Джинджу сейчас вытащим тебя. Ты готова?

— Да. Томас, я не одна. У меня вчера фамильяр появился.

— Где⁈ — завопила с той стороны зеркала кошка. — Я не вижу! Где фамильяр? Наташа, а как же я⁈ Хозяин, ну подними же меня скорее!

Мы с Томасом переглянулись, он наклонился, взял на руки свою неугомонную пушистую подружку. И вот уже она смотрит на меня, а потом и на Джокера. И, зуб даю, он ей понравился. Знаю я этот женский, особый такой взгляд.

— Можешь обращаться ко мне Леди Джинджу Пятая, — манерно заявила она моему коту. — И учти, Наташа — моя ведьма. Это я ее добыла.

— Можешь обращаться ко мне просто Джокер, — невозмутимо ответил рыжик. — И Наташа — ведьма моя. Но я разрешаю тебе считать ее немножко своей.

— Чего? — растерялась кошка. — Разрешаешь⁈ Да это я ее… Наша она! И все тут!

— Конечно, наша, — согласился Джокер. — Детенышей потом делить станем или тоже общие будут?

— Томас, как вы там? — Я перестала вслушиваться в разговор фамильяров.

— Искали способ построить переход. Подкупили библиотечных крыс, — сверкнул улыбкой герцог ван Дирг. — Посетили храмы всех богов. Всем вознесли дары с просьбой помочь тебя вернуть. По ощущениям, откликнулся бог лета и огня. И вот мы тут.

— И что дальше? — спросила я.

— А дальше я собираюсь перевести сюда свою любимую женщину. Ну и ее кота. Пойдешь?

— Пойду, — улыбнулась я.

Сделала маленький шажочек вперед, подходя вплотную к зеркальной поверхности, с которой уже почти стаяла ледяная корка. И вдруг почувствовала тепло руки Томаса и касание его кожи. Моргнула, сделала еще один крохотный шажочек. Я уже была так близко, что еще миллиметр — и нос Джокера уткнется в стекло.

Но вдруг оказалось, что под ногами не мой ламинат, а каменный пол, на котором нарисована пентаграмма, горят свечи и разложены различные предметы.

— Ой! — сказала я, так как холод камня обжег босые ступни.

— Получилось! — завопила Джинджу, вырвалась с рук хозяина и спрыгнула. — Получилось! Ура! Наша ведьмочка вернулась!

— Наташа, я бы хотел осмотреться и пообщаться с дамой, — деликатно сообщил мне мой спокойный кошак.

Я позволила ему тоже спрыгнуть на пол и шагнула к мужу.

— Привет, — улыбнулась я и прикусила губу.

— Привет. Наконец-то! И не смей больше исчезать. Никогда!

— Ладно. — Я рассмеялась.

Томас накинул мне на плечи плед, лежавший на стуле, потому что я оказалась совершенно голой. Подхватил меня на руки и закружил. Потом мы целовались. Джинджу что-то экспрессивно рассказывала Джокеру. Тот отвечал. Но мы не вслушивались.

Вместо эпилога. Несколько месяцев спустя

— Наташа, просыпайся! Уже почти полночь. Ну скорее же!

Неугомонная Джинджу была, как обычно, энергичной и шумной.

— Я не сплю, — протерла я глаза.

Вообще-то, спала. Точнее, дремала. В конце концов, все беременные женщины постоянно хотят спать. Ох и удивились мы, когда оказалось, что не сработали заклинания Томаса и я жду ребенка. Мы с мужем пытались с помощью штатного лекаря вычислить срок, и вышло, что это был едва ли не последний день в джунглях.

А учитывая, как мы тогда порезвились на алтаре древних богов… Кхе-кхе…

Томас так и сказал, что это единственная причина, по которой могла случиться осечка. И еще заявил, что извиняться не будет. И что ужасно рад, даже если я буду злиться.

А я подумала, подумала и не стала злиться. Ну что уж теперь. Не я первая, не я последняя. Ленка вон тоже от своего крылатого феникса залетела, а сама ни сном ни духом. Ей повезло, что я увидела. А мне повезло, что мне добрые коты глаза раскрыли.

Первыми догадались Джинджу и Джокер. Они же сообщили Томасу. А уже Томас — мне.

Вот такая вот неувязка. Сама-то я про всех сразу все видела. А себя — никак. Но это все ладно. Оказывается, у меня будет двое. Я была в ужасе. Томас — вне себя от счастья. Джокер и Джинджу радовались, что им не придется бороться за любовь одного младенца.

А я сначала офигела, но потом решила, что раз уж я немножко герцогиня, то без нянек не останусь. И чего тогда переживать? Поэтому выполняла все предписания целителей и… училась управлять своим даром ведьмы. Мне все же нашли учительницу и нужные книги.

И мне