Пломбир от Ледяного дракона - Риска Волкова

сейчас задумчивым и грустным. Впрочем, и я была такой… И эту мысль, быструю, словно белка, отогнала от себя, стоило мне только об этом подумать.

– Кто были мои родители? Настоящие родители? Они живы? – спросила я вопрос, который уже некоторое время не давал мне покоя.

Ледран покачал головой.

– Увы, нет. В Деландисе в свое время был подавлен мятеж. Твои родители, Итрис и Клайк из рода Витире погибли, защищая корону. Их дом был сожжен и долгое время все считали, что их дочь, маленькая девочка, которой даже не успели еще дать имя, погибла… Но оказалось иначе.

– А как оказалось? Как я оказалась здесь? Ведь ты говорил, что Деландис надежно защищен ветрами и течениями от всего остального мира.

Лед поднялся из-за стола и теперь оказался за моей спиной. Его руки мягко легли на мои плечи, чуть сжимая и массируя.

– Говорят, твой отец имел контакты с кем-то из Тарварии. Это было незаконно и тайно, но он вел переписку и даже получил путем сложного телепорта артефакт, который мог бы позволить сбежать с острова в любой момент. Это особая бочка, в которой удивительным образом мог поместиться человек. Если ее заговорить, то течение вынесло бы ее спустя какое-то время к нужному берегу. Во время путешествия тот, кто находится в бочке, не должен был нуждаться в еде и воде.

– То есть… Мои родители поместили маленькую меня в эту бочку и выбросили в море? – удивилась я.

– Они спасли тебе жизнь, дурочка, – шепнул он мне на ухо. – Ну, все. Хватит грустить… Пойдем спать.

Вздохнула. Его руки, такие приятные и родные, сейчас вдруг перестали сжимать мои плечи, и в груди сразу же стало пусто. Подумала о том, как снова буду лежать в своей комнате одна под одеялом, думать об этом всем кошмаре, что произошел, думать о Фроське, и наверняка не засну.

– Лед? – вдруг неожиданно для самой себя сказала я. – А… А можно я сегодня посплю у тебя?

Мужчина замер. Его взгляд чуть сузился, а после заскользил по моему лицу, останавливаясь на губах, которые я спешно облизнула.

– Финни, я думаю, что не в этот раз… – его голос вдруг стал ниже.

А внутри меня вдруг появилась обида. Не в этот раз? Почему? В прошлый чуть ли не силком тащил, запер вообще, а теперь, когда мне нужно, необходимо, чтобы кто-то… Нет, чтобы он был рядом, Лед решил, что мне лучше уйти в свою комнату?

– Что ж, хорошо, – я не стала ничего спрашивать лишний раз, и, совсем обидевшись, уже направилась в свою комнату, как вдруг мои ноги сковало льдом, и я не смогла больше сделать и шагу.

А мужчина вдруг подошел ко мне, обнимая сзади и шепча в самое ушко:

– Зря обижаешься, дурочка… Я не потому сказал “нет”, что не желаю разделить с тобой сон… Просто сегодня мне самому нужна поддержка. И я боюсь, что могу не сдержаться…

Его пальцы, обжигающе холодные заскользили по моей шее, после спустились на ключицы, вырывая лишний не то вздох, не то стон.

– Я буду вести себя скромно! Не буду провоцировать, Лед… Лягу с краешку и буду послушной!

– Послушной! – усмехнулся он. – Знал бы ты… Какого послушания я бы сейчас от тебя хотел… Тебе еще рано, малышка… Ты еще ко мне не привыкла. Но после, после я обязательно тебя всему научу.

Потом?! Малышка?! То есть, он называет меня женой, он целует меня, желает, но.... Но считает, что мне еще рано?! Рано что?!

В груди вспыхнула уже теперь не обида, но гнев.

– Лед! Расколдуй меня немедленно! – возмутилась я и услышала мягкий смех.

– И что тогда? Будешь слушаться?

– Лед!

– Финни… Не дразни меня. Иди спать… К себе.

Легкий поцелуй коснулся моего виска. А после Лед просто ушел к себе в комнату, хлопнув дверью, а я так и осталась стоять. И лишь спустя несколько секунд поняла, что лед раскрошился возле меня, и я осталась свободна.

Так значит?! Вот так?!

Внутри меня все клокотало. Ну, нет. Послушной? Нет, Лед. Сегодня, сейчас, я послушной не буду! Послушным будешь ты! Потому что я решила, что буду спать с тобой сегодня, а значит, так тому и быть!

Подошла к его комнате, попыталась толкнуть дверь, но та оказалась заперта.

Мрачно усмехнулась. Сам напросился, Лед! Ни одна женщина такого бы не простила! Ты еще сам умолять меня будешь…

Прошла к себе в комнату, подбежала к шкафу. Невольно хохотнула, подумав, что я верно схожу с ума. Но все же выдвинула ящик с ночными комплектами. Был у меня один такой, Фроська подарила на какой-то праздник год назад. Такой, что я сама краснела, когда его надевала. Шелковые кружевные полупрозрачные черные шортики и такой же лиф, оставляющий открытым плоский живот.

Переоделась. Хмыкнула, глянув на свои собранные в прическу волосы. Распустила их, прошлась гребнем. Но и этого мне было мало. Найдя свой нехитрый скарб с косметикой, которой обычно пользовалась очень редко, подкрасила ресницы и губы. А еще распылила из флакончика дорогие духи с яблочно-коричными нотами. Усмехнулась. Закрыто, Лед? Для феникса преград нет. В тот раз, когда ты меня закрыл в комнате, раскрыться я не могла. Но теперь ты знаешь мою тайну.

Прикрыла глаза, потянувшись к собственной силе и ощущая, как тело наполняет огненная магия феникса, прорезаясь опереньем из пламени. Вышла-вылетела в коридор, а после, ни секунды не раздумывая, прошла сквозь закрытую дверь.

Лед, как оказалось, не спал. Стоял, повернувшись ко мне спиной, и смотрел в окно. Видимо, он о чем-то очень сильно задумался, потому что обернулся лишь тогда, когда я послала в него сноп ярких огненных искр.

Обернулся и замер, вцепившись одной рукой в подоконник. Его черная расстегнутая на груди рубашка обнажала рельефный торс, и я видела, как напряглись его мышцы, а еще его взгляд… Он наполнился странными эмоциями. Страстью, желанием, нежностью, недоумением… Неверием.

– Финни… – хрипло сказал он, скользя по мне взглядом. – Я же сказал, что…

– Что?! – резонно ответила я. – Что ты сказал?

– Кцершт, я сейчас сойду с ума! – он сделал шаг ко мне, протянул руку, но обжегшись о горящие перья, зашипел. – Убери это… Это… Красиво… Твоя ипостась… Но сейчас это лишнее…

– И не подумаю! – я скрестила руки на груди. – Повтори еще раз, что ты говорил прежде! Повтори, чтобы я ушла!

Он покачал головой.

– Непокорная… Зря со мной играть вздумала…

В этот же миг с его рук сорвались потоки ледяного воздуха, который окутал каждое мое