Знак судьбы - Шеннон Майер

быстро и все же пробрали меня до самых костей. Сон, в котором тот же голос говорил с ней через образ Джордана и даже тогда пытался манипулировать Сиенной. Дело становилось серьезней, чем я себе представлял.

Элка продолжала выть и визжать, когда вокруг собралось больше членов ее клана.

– Отпусти меня. Пожалуйста, – взмолилась Сиенна. – Ты можешь пойти со мной. Они обездвижили ее. Мне нужно попытаться достучаться до нее.

Больше всего на свете я хотел проигнорировать ее слова. Последовать собственным инстинктам и унести ее в лес, чтобы проделать остаток пути только вдвоем. Был лишь один человек, которому я мог доверить ее, и это я сам. Но эти проклятые глаза…

Я ни в чем не мог ей отказать.

– Куда ты, туда и я, мой звездный свет, – прошептал я, осторожно опуская ее на землю.

Мы вместе подошли к Кавану и Лохлину, все еще державшим Элку распростертой на твердой земле.

Я взял Сиенну за руку, когда она приблизилась к ним и наклонилась, чтобы Каван увидел ее.

Он не пытался остановить ее, когда она присела в паре футов от Элки.

Как бы ни хотел я оставаться злым и полным ненависти к этой женщине, агония на ее лице, даже когда она пыталась вырваться из хватки своих пленителей, задела меня за живое. Сиенна была права. Ее словно разрывало надвое.

– Элка, – прошептала Сиенна. – Это я. Твой друг, Сиенна.

– Друг? – прорычала она, перестав сопротивляться, ее рот скривился в ухмылке. – Надеюсь, нет. Все мы знаем, что происходит с твоими друзьями, верно, Корумбра? Скажи мне, скольких ты обрекаешь на смерть в этот раз? Дюжину? Сотню? Это все твоя вина, ты знаешь…

Она заметно вздрогнула; жестокие слова поразили Сиенну, словно удар бритвенных лезвий.

– Нет. Нет, это не моя вина. Это Эдмунд…

– Не заявись ты сюда, мы не подверглись бы риску восстановления Завесы. Мне бы не пришлось обращаться к Эдмунду с просьбой. Все могло бы, как всегда, просто идти своим чередом, пока не распуталось бы само по себе. Но нет, – прошипела Элка, ее лицо пошло рябью и исказилось, уже не человеческое, но и не волчье. – Ты должна была явиться и вызвать все эти неприятности. Вот почему Джордан мертв. Вот почему все остальные умрут.

Сиенна прикусила губу, на глаза навернулись слезы, но она смахнула их.

– Элка, послушай меня. Я знаю, что ты там. Пожалуйста, вернись к нам…

Она потянулась к груди и дернула приколотый герб с такой силой, что вместе с ним оторвался и кусок ткани.

– Мы из клана Киллиана. Я, ты и Джордан. Он хотел бы, чтобы мы действовали вместе. Были семьей. Его семьей. – Она наклонилась ближе, и я напрягся, сопротивляясь желанию оттащить ее. Но Элка оставалась неподвижной, когда Сиенна вложила значок в когтистую руку Элки.

– Это значок Джордана. Мы отомстим за его смерть. Ты и я… мы поклялись.

Глаза Элки безмолвно молили, ее тело извивалось и дергалось, даже когда рот двигался.

– Не говорите, что я не предупреждала вас, глупцы…

Черный смог закружился вокруг нас, вылетая изо рта Элки, и внезапно она обмякла, мгновенно приняв свою полную человеческую форму.

– Чертово отродье, – сказал Лохлин, прижимая пальцы к вискам. – Что, вашу мать, это было?

Если бы я знал, черт бы меня побрал, но эта сучка теперь была бы на первом месте в моем черном списке.

Наклонившись, я снова поднял Сиенну на руки и оставил Кавана и киллиановцев разбираться с Элкой.

К тому времени, как мы достигли поляны в чаще леса, прошел почти час с момента инцидента между Элкой и Сиенной. Я наконец перестал дрожать от ярости и почти мог представить мир, в котором мне не хотелось оторвать волчице голову за то, что посмела тронуть мою пару.

Прогресс.

Каждый член нашей группы внес свою лепту в обустройство временного лагеря, и нам удалось разжечь несколько костровых ям под густым покровом леса. Воздух наполнился ароматом жареного мяса, и на мгновение все стало… нормальным. Как будто мы просто отправились в поход, как какие-то люди из Вермонта или чего-то подобного. Затем я оглянулся на плакучие ивы, – так похожие на те, что росли на месте похорон, – которые окружали нас, покачиваясь и утешая рыдающую Элку; я быстро отбросил эту мысль.

– Не могу не задаться вопросом, почему именно она? – приглушенно спросила Диана, грея руки у огня. – Элка – сильный волк, но если сравнивать с теми, кто сейчас в нашем отряде, у нее в лучшем случае средняя сила. Почему бы не выбрать кого-то, у кого были большие шансы с легкостью избавиться от тебя, например, Доминика или даже меня?

Сиенна медленно покачала головой, проводя руками по шее Хавок – раны, нанесенные Элкой затянулись, даже шрама не осталось.

– Думаю, существо знало, что я не смогу контролировать Элку как животное, когда она в таком полусознательном состоянии, особенно под давлением. Я не могу точно сказать, почему она выбрала именно ее, но Элка была в скверном расположении духа. Они с Джорданом были очень близки. У меня сложилось такое ощущение, что она была его наперсницей, и наоборот, поэтому его смерть сильно ударила по ней. Она упомянула, что не спала и не ела. Думаю, существо почувствовало ее слабость и благодаря этому ею было легче завладеть.

Она сделала паузу, чтобы провести руками по Хавок и передать ее одному из конюхов, и я воспользовался моментом тишины.

– И что мешает ей сделать это снова? – потребовал я, желая проявить понимание… проявить к этой женщине немного сочувствия, но больше всего на свете желая, чтобы моя пара оставалась жива.

– Опять же, все это лишь догадки, но мне кажется, что она не может долго контролировать другого человека. Это либо требует слишком много энергии, либо, может… это как у меня с Охотниками. Если они слишком далеко, трудно установить связь. В любом случае, теперь она потеряла элемент неожиданности, и даже когда он у нее был, она не добилась успеха. Это хитрая бестия. Она вернется к исходной точке, прежде чем снова проявит себя.

– Рад, что ты так уверена. Хотел бы и я иметь такую уверенность, – сказал я, обнимая ее за талию и прижимая к себе. Сколько раз я чуть не потерял ее? Конечно, рано или поздно удача отвернется от нас.

Но не сегодня.

– Однако, что бы ты ни думала по этому поводу, больше никаких выходок. Я знаю, что не смогу держать тебя на расстоянии вытянутой руки, когда мы окажемся в разгаре битвы, но до