Освобожденный бессмертный (ЛП) - Сэндс Линси

— Значит, ты планировал приехать в Канаду этим летом? — спросила она с любопытством.

«У меня уже есть билет на самолет», — признался он, пожав плечами. Выключив огонь под обеими сковородками, Домициан разнес тарелки с яйцами, чтобы поставить их на островок.

— И как ты собирался подойти ко мне? — спросила Сарита, неся тосты.

Домициан придержал для нее стул, пока она не села, затем занял свое место, прежде чем повернуться к ней и торжественно сказать: «Я собирался подойти к вам и сказать: «Меня зовут Домициан Аргенис». Ты моя спутница жизни. Приготовься к тому, чтобы тебя любили».

Сарита несколько раз моргнула, а затем на ее лице расцвело узнавание, и она воскликнула: «Принцесса-невеста!»

«

Si

». Домициан ухмыльнулся, довольный, что она узнала.

Я знала, что это мне что-то напомнило, когда ты это сказал, я просто….». Сарита покачала головой. «Не могу поверить, что не поняла этого сразу. Я люблю этот старый фильм. Это классика».

«Это не так уж и старо», — возразил он.

— Его сняли до моего рождения, — сухо сказала она.

—

Si

, но ты еще молода, — сказал Домициан, и она усмехнулась.

«Да, и я всегда буду по сравнению с тобой. потому что ты дряхлый пень, — поддразнила Сарита.

— Тебе нравится напоминать мне об этом, — сказал он с иронией.

— Эй, — сказала она, пожав плечами. «Я нахожу развлечение там, где могу. Жизнь коротка.»

— Это не надолго, — торжественно сказал он.

Сарита снова повернулась к своей тарелке, но, казалось, замерла от его слов. В тот момент, когда она это сделала, Домициан отругал себя за эти слова. Это было слишком рано. Он торопил ее и отпугнул бы, если бы не был осторожен.

— Апельсиновый сок, — резко сказал он и встал, чтобы принести стаканы и сок.

«Домициан».

Заставив себя оставаться спокойным и расслабленным, он вопросительно улыбнулся ей, неся стаканы и апельсиновый сок обратно, стараясь не выглядеть так, будто знал, что она собирается сказать что-то, что его встревожит. — Si, mi tresoro?

«Мне понравилось то, что было между нами», — осторожно начала Сарита, и он услышал но, прежде чем она сказала: «Но как только мы покинем этот остров, и я удостоверюсь, что моя бабушка в безопасности, я вернусь домой». В Канаду.»

Домициан заставил себя мягко кивнуть. «

Si

. И я за тобой».

Она нахмурилась. — Ты готов поехать за мной в Канаду?

Он пожал плечами. «У меня там семья. Было бы неплохо быть ближе к моей сестре».

Ее глаза недоверчиво расширились. «Ты хочешь сказать, что переедешь туда? А как насчет твоих ресторанов и…?

«

Mi Corazon,»

, — мягко перебил он, — ты моя спутница жизни. Я не буду торопить тебя. Я буду терпелив и дам тебе столько времени, сколько тебе необходимо, но я последую за тобой в Канаду и буду ухаживать за тобой, как ты того заслуживаешь».

Он видел, как Сарита тяжело сглотнула, но затем она повернулась лицом к своей тарелке, и он не был уверен, как она восприняла его слова. Домициан надеялся, что она обнимет его за шею, объявит самым замечательным человеком в мире и поклянется быть его. Однако он знал, что это пустые надежды. Жизнь никогда не была легкой.

Они поели в почти дружеской тишине, а затем вместе прибрались. Домициан собирался, наконец, приступить к своему плану заманить ее в спальню, когда она внезапно взяла его за руку и повела из кухни. Думая, что она угадала его мысли, он легко последовал за ней. Однако он в замешательстве нахмурился, когда вместо того, чтобы повернуться к спальне, Сарита повела его через гостиную и наружу.

«Э. Сарита? — наконец спросил Домициан, когда она потащила его к бассейну. «Что мы делаем?»

— Мы идем в бассейн, — объявила она, развязывая полотенце, обернутое вокруг ее туловища. Позволив ему упасть на землю, она перешагнула через него и нырнула в воду.

Домициан смотрел ей вслед с изумлением выпав из реальности, когда увидел ее в маленьком бледно-розовом бикини, в котором она была сегодня. Оно было даже меньше, чем белое, в котором, он впервый раз увидел ее, и оно прекрасно контрастировало с ее загорелой кожей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

«Ау! Ну же. Поторопись.»

Моргнув, он прогнал образ Сариты, все еще застывший в его воображении, и посмотрел на настоящую женщину, чтобы увидеть, что она была у водопада и, казалось, ждала его. Именно тогда ему пришла в голову мысль, что она может захотеть поговорить о чем-то, чего не должны слышать камеры. Придя в себя, он подошел к краю бассейна, нырнул в него и поплыл к ней, вынырнув всего в футе от нее.

— Я подумала, когда проснулась…, — объявила Сарита.

— Ладно, — осторожно сказал Домициан и стал ждать.

«Ну, мы понятия не имеем, где мы находимся, и понятия не имеем, в каком направлении материк», — указала она. «А океан полон акул, китов и других недружественных существ».

— Недружественных? — спросил он с весельем.

Сарита пожала плечами. «Я просто не хотела говорить о существах, которые хотят нас съесть», — призналась она с кривой улыбкой. «В любом случае, дело в том, что я подумала, что, может быть, нам нужен плот, и, может быть, в одной из книг в кабинете есть что-то, что могло бы помочь с нашим побегом, поэтому я пошела и посмотрела. На самом деле не было ничего, — быстро добавила она. «Я имею в виду, что наиболее полезным для меня был «Робинзон Крузо» Даниэля Дефо. Но-"

— Сарита, — мягко прервал он. «Все будет хорошо. Мы можем не знать, где находимся, но это должно быть к северу от Венесуэлы, поэтому, если мы пойдем на юг, и там мы найдем материк».

— Да, но мы понятия не имеем, где север, а где юг, — тут же сказала она.

Домициан поднял руку и указал на фасад дома и пристань. — Там юг.

Она моргнула, взглянула в том направлении, куда он указывал, а затем снова повернулась к нему и вопросительно подняла брови.

— Мне больше двух тысяч лет,

Mi Corazon

. Я давно научился ориентироваться по звездам».

«Ой.» Сарита выглядела сбитой с толку, а затем снова посмотрела на пляж, но затем повернулась и посмотрела на джунгли за домом. — Значит, север будет таким.

—

Si

, — терпеливо согласился он.

«Хорошо, отлично, видишь ли, это приятно знать, потому что большой остров находится к северу от этого острова», — объявила она.

Домициан напрягся. «Я думал, ты не знаешь, где находится этот остров? Вчера ты думала, что мы можем быть на большом острове.

— Я нашла письмо, — сказала Сарита, внезапно буквально взорвавшись от волнения. «Это было от миссис Дресслер к ее подруге из Англии, и она говорила, что они живут на этом острове, но строят новый дом, побольше, на острове недалеко отсюда. Полчаса на одной из рыбацких лодочек с подвесным мотором. Ну, полчаса, когда вел доктор Дресслер, и сорок пять минут, когда у штурвала была она, — поправила она себя. «Элизабет Дресслер сказала, что она нервничала из-за того, что ехала туда одна, но он отметил на компасе точку между двадцатью и тридцатью градусами северной широты и сказал держать лодку в этом направлении, и она достигнет острова».

— Это хорошие новости, mi Corazon, — сказал Домициан, широко улыбаясь ей. — Это значит, что когда мы доберемся до материка, мы сможем сказать моему дяде, где находится остров.

Сарита нахмурилась. — Да, но я подумала.».

«О чем ты думала?» — осторожно спросил он снова.

— Слушай, я не особо хочу на остров, но…

— Нет, — твердо прервал его Домициан. — Я не поведу тебя к этому острову. Идея состоит в том, чтобы увести тебя как можно дальше от Дресслера, а не отдать нас в его объятия.

— Я знаю, — с пониманием сказала Сарита. — Но просто послушай меня. Я не спала, когда вертолет нес нас на остров, и это было довольно долго. К сожалению, я не посмотрела на часы, когда мы взлетели и приземлились, но я предполагаю, что это было около часа, и вертолет быстрее рыбацкой лодки. Я не думаю, что мы сможем добраться до материка».

«Я могу проплыть очень много», — заверил он ее.

— И тянуть меня? спросила она. — Потому что я подозреваю, что тебе придется. Хотя бы часть пути. Я могу плыть, но не всю ночь и день. И это другое», — добавила Сарита. «А что, если на это уйдет двадцать четыре часа или около того? Это ты сказал, что пятьсот миль — это оценка твоего дяди того, где может быть остров. Ты не проплывешь так много за ночь. Придется плыть и днем, без крови, чтобы ты мог подкрепиться. Я не особо хочу быть ходячим банком крови».