Ленивый сын - Ив Лангле

Что, чёрт возьми, на него нашло? С каких пор он стал таким сентиментальным?

«Я не маленькая плаксивая сучка».

К тому же Крис не склонен к самоубийству. Должно быть, он действительно в хлам, раз даже подумал об этом. Судя по пустому пакетику, валявшемуся на стойке, он съел больше грибов, чем следовало. Отойдя от раковины, он решил, что свежий воздух не помешает, а тем, кто мог бы усомниться в идее свежего воздуха на кладбище, Крис скажет идти куда подальше. Смерть и разложение помогают очистить лёгкие.

Выйдя на улицу, он засунул руки в карманы, свитшот с капюшоном защищал от вечернего холода. Уже давно наступила ночь. Галлюцинации о сестре давно исчезли. Каждый глубокий вдох немного разгонял туман в голове.

Странное отчаяние, которое он только что испытал, исчезло, и обычная дерзость вернулась.

«Я великолепен».

Но всё же стоит признать, что величие может нести одиночество, тем более что его рука не разговаривала с членом. Определённый набор пальцев ревновал к тому, что он предпочёл девушку.

Не просто девушку.

Изобель.

Женщина, которая не хотела его.

Неосознанно он направился к могиле, где впервые встретил Изобель. Женщину, которая изменила взгляд на мир.

Во-первых, она верила в Дьявола, даже утверждала, что её дедушка знал его. Знал человека, который должен быть его отцом.

Он хотел назвать их всех лжецами, но нельзя отрицать, Изобель и её семья не нормальные люди. Они все владели магией — настоящей, осязаемой магией, а не подделкой, которую демонстрируют фокусники на телевидении.

С тех пор как Крис встретил Изобель, открыл в себе магию. Он ещё не мог контролировать её, однако она существовала внутри. И Крис ждал, когда сможет научиться её контролировать.

«Ты знаешь, что это значит? Ты — особенный».

Возможно, он не мог с уверенностью сказать, кто его отец. Однако кем бы ни была настоящая мать, искала Криса, и делала это не обычными способами, потому что захватывать тела других людей ненормально. На самом деле, всё остальное тоже ненормально.

Почти так же, как и то, что его воображаемая сестра вернулась, выйдя из тёмной расщелины в нескольких ярдах от него. Она привела с собой парня, высокого парня, одетого в странную униформу, бело-голубую, с золотой тесьмой и пуговицами. Джентльмен, в тёмных волосах которого на висках виднелась седина, нёс этот наряд со вкусом, и, несмотря на то, что никогда не встречался с ним, Крис находил в нём что-то знакомое. Возможно, они вместе отсидели срок в психиатрической больнице. Люди, которые любили одеваться как генералы многовековой давности, как правило, часто посещали лечебницы, особенно когда стреляли из пушек. Люди, которые считали себя Антихристом, тоже часто проводили время в комнатах с мягкими стенами. Крис научился цветными карандашами рисовать порнографические картины.

Но то, как н думал, видел сейчас, точно ненастоящее. Действие от грибов держится дольше всего. Несмотря на странности, которые Крис повидал за жизнь, знал, что люди не появляются из ниоткуда.

«И я не собираюсь возвращаться в сумасшедший дом».

Он вдохнул свежий воздух кладбища и закрыл глаза. Несколько глубоких вдохов прояснили бы голову и стёрли мираж. Осталось только заглушить их голоса.

— На этого мальчика ты привела меня посмотреть? Не очень впечатляюще.

Услышав грубое ворчание, Крис приоткрыл один глаз и заметил пару, стоящую рядом, да так близко, что мог видеть, что у мужчины на загорелой коже нет пор. Слабый привкус чего-то сернистого пронёсся мимо носа. Проклятый пруд снова завонял.

Крис закрыл глаза и продолжал дышать, засунув руки в карманы и ожидая, когда возобладает здравый смысл.

— Почему он игнорирует меня? Люди никогда не игнорируют меня. Неслыханно. И неуважительно.

Крис почувствовал, что должен ответить:

— Знаю. Всегда пожалуйста.

— Дерзкий ублюдок. Я научу тебя оскорблять короля оскорблений.

Криса внезапно подняли, он открыл глаза и увидел, что летит, широко раскинув руки и ноги.

Бам.

Его полёт резко оборвал его же дом.

Ой.

С каких пор галлюцинации причиняют боль?

Чувак в костюме Наполеона широким шагом направился к нему, Бэмби торопилась следом на высоких каблуках, которые всё время проваливались в мягкую землю.

В глазах мужчины вспыхнул оранжевый цвет, словно в них горит пламя.

Крис уже видел нечто подобное раньше.

В зеркале.

Могло ли так быть? Неужели он, наконец-то, увидел версию своего отца в галлюцинациях?

— Я думал, он будет выше, — пробормотал он вслух. Затем пошевелил пальцами ног и подумал, не спит ли он на диване. Если будет сильно биться, окажется на полу. Или нет.

— Кто, по-твоему, выше, самозванец? — Мужчина стоял над ним, а затем воспарил над землёй, свирепо глядя на Криса.

Все ещё не впечатлённый, Крис ответил:

— Если собираешься летать, как тот парень в трико, разве не следует надеть плащ?

Мужчина нахмурился.

— Так и знал, что нужно было надеть костюм Вейдера. Этот французский придурок не получает должного уважения. — Мужчина с отвращением взглянул на свой наряд. — Напомни мне четвертовать портного, когда вернусь в замок.

— Кто ты такой? — спросил Крис, хотя, учитывая, что это сон, мог и догадаться.

— Что за глупый вопрос?

— Ну, раз Бэмби утверждает, что она моя сестра, — она помахала ему пальцами и улыбнулась, и он помахал в ответ, — тогда ты должен быть моим отцом.

— Сомнительно. Мой сын был бы гораздо красивее. И к тому же сильнее.

— Говорит парень, которому приходится принимать душ дважды в день, чтобы избавиться от стариковского запаха.

— Я не старый. Я выдающийся, — возразил мужик.

— И кто сказал, что я не сильный? Может, мне просто не нравится бить пожилых людей.

Криса позабавило, что из ушей предполагаемого Дьявола начал выходить дым. Его воображение оказалось очень живым. Крис действительно начал получать удовольствие.

— Папа, опусти его сию же минуту. Разве так можно обращаться с моим братом? — донёсся женский голос. Говорила девушка, идущая к ним широкими шагами, а её глаза горели огнём.

— Мне казалось, я оставил тебя в Аду, — поцедил мужчина, разворачиваясь в воздухе.

— Ты также думал, что я сжульничала на экзамене, когда получила пятёрку. Вероятно, ты всё-таки не всезнающий.

— Вот почему я не беру тебя с собой, Мюри. Нельзя выставлять меня в дурном свете перед приспешниками.

— Он не приспешник. Он… — Девушка с длинными тёмными волосами склонила голову набок и посмотрела на Криса. — Кто ты такой?

— Кто ты, чёрт возьми, такая? — возразил он.

— Я — Сатана Мюриэль Бафомет, — напыщенно заявила она.

Как она посмела украсть его фамилию?

— Нет, я Кристофер Люциус Бафомет, первый. — Единственный Бафомет. У него никогда не было сестёр, и он не просил таковых. Очевидно, девушка