В твоей власти (СИ) - Мун Эми

На плечо лег тяжелый и чуть-чуть колючий подбородок.

— Ты на меня плохо влияешь, — Дарк щекотно потерся носом о ее ухо.

Николь хихикнула. Боже, до чего же милый, когда хочет, почти как волк.

— Какая я нехорошая… Может, запасная одежда есть в шкафу? — обернулась к противоположной стене.

Мужчина встал и, не стесняясь своей наготы, направился туда. Николь заинтересованно подобралась. Нет, ее волновала не одежда, а кое-что другое. Впервые Дарк щеголял перед ней полностью голым. И какая же у него аппетитная подтянутая попка! Черт… а не шлепнуть ли ее разок? В отместку, так сказать.

— Даже не думай, сладкая, — опять хохотнул мужчина. — Верну в тройном размере. Сесть не сможешь.

Николь надулась. Вот ведь… И помечтать нельзя.

— Опять мысли читаешь?

— Еще бы, у меня задница покраснела от такого пристального взгляда.

Дарк распахнул шкаф, вытащил оттуда одежду  и развернулся. Мысли о сочной попке были оставлены до лучших времен.

— Варвар, — выдохнула тихонько.

Судя по состоянию, Дарк был не против повторения недавнего марафона.

Мужчина кокетливо изогнул  бровь и повел плечами, намеренно привлекая взгляд игрой мускулов.

— И тебе это нравится, — так же неторопливо направился к ней. Узкие сильные ступни бесшумно ступали по тонкому ковру.

Николь беззастенчиво любовалась идеальными изгибами фигуры и плавной грациозностью движений. Да, нравилось. И признаться в этом совсем не стыдно.

Дарк присел рядышком и протянул ей платье-сарафан. Не очень по погоде, но климат контроль в авто не даст мерзнуть.

Со вздохом она приняла одежду. Да, надо уходить… Но ведь скоро они снова увидятся? Дарк присел рядом и подтянул поближе, вместе с покрывалом.

— Знаешь, Карамелька, я последнее время очень хотел спросить одну вещь… А на втором свидании замуж зовут?

Николь чуть не подавилась. Однако шустро! Не готова она к таким поворотам на виражах. Но приятно… И дыхание почему-то через раз. Пришлось откашляться.

— А как же узнать друг друга поближе?  Составить план отношений на годик-другой?

 Дарк хмыкнул.

— Мой самый грандиозный план рухнул в то мгновенье, как мне навстречу вышла прекрасная незнакомка в невероятно элегантном и сексуальном платье…

Вообще-то Николь оно казалось проституточным, но хорошо, что Дарк видел иначе.

— … Так что иногда стоит действовать не по плану. Что думаешь?

Что она могла сказать? Плечо согревала метка, а сердце — обаятельная улыбка и блеск золотых глаз.

— Думаю, — прижалась крепче к своему оборотню. — Попытаться всегда можно.

Эпилог

— Нет, ты представляешь, предлагать мне вести операцию самостоятельно! Третий раз за неделю. Это точно неспроста.

Николь отчаянно жестикулировала, позабыв о еде перед собой. Не концентрат и не надоевшая до оскомины запеканка. Нормальный, пусть и не элитный завтрак — омлет с беконом, а на десерт — чашка ароматного чая и круассан с шоколадом. Очень, очень много шоколада.

— Ты сейчас стол перевернешь, — засмеялась мама.

А глаза так и сияют. И от этого взгляда тепло, словно на плечах не обычное вполне себе средненькое платье, а дорогущее манто.

Конечно, теперь Николь, в мехах не разгуливала, зато у нее появилось кое-что гораздо лучше. Например, долгие разговоры с мамой. И возможность увидеть ее, когда хочется. Они  словно наверстывали все годы разлуки. Дарк немного ревновал, но старался относиться с пониманием. Николь очень благодарила, особенно ночью.

— Не раньше, чем расправлюсь с завтраком, — хихикнула в ответ.

Сегодня долгий день. Много новых поселенцев, стая растет, и проблемы тоже.

Мама понимающе кивнула. Она тоже участвовала в жизни изрядно пополневшей и окрепшей волчьей общины. Правда ее таланты заключались в умении оперировать финансами и знании иностранных языков. Именно из-за этого она попала к Оржевски. Симпатичный секретарша-переводчик, которою ублюдок просто-напросто соблазнил.

— Я была наивной дурой, солнышко. Такой видный, представительный мужчина… Уже потом получилось разглядеть его гнилую натуру. Подозреваю, он просто позволил это сделать, сама знаешь, как ему нравилось играть, а потом ломать игрушки, наслаждаясь их болью…. Так же и со мной.  Но перед самым уходом я узнала о беременности. И поверь, не жалею, что решила сохранить ребенка.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Рассказ мамы был короток, но искренен. А Николь лишь тихонько перевела дух. Самую каплю легче от того, что ее зачатие — не результат насилия. Что, впрочем, никак не оправдывало Оржевски. И они обе после этого разговора старательно избегли упоминать человека, разрушившего слишком много жизни. Без него мир гораздо лучше и  дышится легче.

Мама улыбнулась, будто одобряя ее мысли. Красивая, и в водопаде карамельных локонов ни единой седой ниточки… Их часто принимали за сестер.

— Мне удалось сделать кое-какие сбережения, милая, — вернулась  к обсуждению дел в Стае. — Предлагаю сделать запрос на поставку скай-ламп с европейского континента. Новейшая разработка.

Солнечный зал давно требовал расширения и модернизации. И наконец-то у Восточных появилось достаточно финансов.

— Это замечательно. Но настоящее солнце лучше… Надо организовать дополнительную смену для детей.

К сожалению, единственная полезная вещь — деньги и недвижимость Оржевски — быстро расхватали стервятники-конкуренты. В завещании, конечно же, был упомянут только почивший Максимильян. Остальное шло каким-то там бизнесменам, которые наверняка были связаны с работорговлей. И все, что адвокаты во главе с Клэрис сумели добиться — это хаос в рядах компании «Хантер» и мизерная часть наследства для непризнанной дочери. Впрочем, этого с лихвой хватило на скромную по меркам бывшего состояния квартирку-дуплекс в Верхнем Секторе. Николь тут же устроила из нее санаторий.  Подпольно, но тем не менее. Сюда сплошным потоком шли дети и женщины оборотни, чтобы насладиться пребыванием под настоящим солнцем и на свежем воздухе. А за соседей можно было не бояться. Ее окружали такие же лояльные к двуликим люди. Так что места погулять у малышни было достаточно.  

За спиной тихонько щелкнул магнитный замок, и улыбка мамы приобрела налет строгости. Николь могла и не оглядываться — вспыхнувшая теплом метка лучше всякого маячка.

— Дарк! — подскочила, напрочь забывая о завтраке.

Как так? Он же минимум сутки должен отсутствовать! Но, не размениваясь на пустые вопросы, Николь повисла на шее любимого.

Смеющийся взгляд золотых глаз обласкал и согрел лучше всех звезд вселенной.

— Пожалуй, мне пора, — сухо кашлянула мама.

Она все еще не могла полностью принять, что ее дочка взрослая и давно определилась со своим спутником жизни. Но в этом плане Дарк проявлял чудеса терпения.

— Для нее ты пока маленькая девочка. Такая же, как двенадцать лет назад, — обмолвился однажды, и Николь была искренне благодарна за поддержку.

— Обещаю вернуть вам дочь к ужину, мэм, —  без тени шутки отозвался Дарк.

— Не торопитесь, — вздохнула мама. — Николь мне все уши прожужжала насчет одного не в меру деятельного оборотня.

И женщина тихонько выскользнула за дверь, оставляя их на террасе в одиночестве.

Воспользовавшись этим, Николь обхватила деятельного оборотня за шею и впилась в любимые губы поцелуем.  Господи, как же она соскучилась! Целая неделя без крепких объятий, быстрых, словно украденных поцелуев, и … да, без этого тоже.

— Осторожней, Карамелька, — проурчал нежно, а сам сжал еще крепче. — Сюда могут заглянуть чьи-то любопытные носики. Я уже слышу топот… Возможно, щенки бегут сюда.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Вполне мог — слух, зрение и нюх Дарка обладали невероятной чувствительностью даже по меркам оборотней. Николь капризно надула губы, но отстранилась.

— Я слишком скучала, — призналась совершенно откровенно.

Дарку это нравилось, и ей тоже.

— Наверняка не так сильно, как я… Эй, — засмеялся, получив легкий тычок в грудь. — Моя боевая девочка…