Падший Король (ЛП) - Кроуфорд К. Н.

Я провела ногтями по его спине и простонала его имя, содрогаясь от наслаждения, разбивающего мой разум на тысячи крошечных кусочков морского стекла.

Глава 35

Аэнор

Обхватив его руками, я пыталась перевести дыхание. Моё тело блестело от лёгкого слоя пота.

— А что это за шрамы? — прошептал он мне на ухо.

Я почти забыла о них — шрамы, вырезанные на моей коже давным-давно, после того, как я потеряла свою силу.

Но сейчас мне не хотелось вдаваться в подробности.

— Оставлены кое-какими гадкими демонами.

Его мышцы на мгновение напряглись.

— Надеюсь, ты вырезала им сердца.

Я улыбнулась.

— О, я так и сделала.

Салем медленно опустил меня на землю. Волны удовольствия до сих пор пульсировали по моему телу, и я ещё не отдышалась. Его полуприкрытые глаза всё ещё не отрывались от меня, тёплые руки обнимали моё тело. Он смотрел на меня сверху вниз с выражением полного удовлетворения.

Сердце Салема билось совсем рядом, громко и гулко, как жертвенный барабан. Его тело, казалось, горело рядом со мной, а его дымчатая магия окутывала меня.

Но когда я заметила мелькнувшие среди деревьев серебристые волосы, моя кровь обратилась в лёд. Вот она, агент Мерроу — напоминание о моей задаче: убить его, иначе мир сгорит.

Боги, неужели она наблюдала за нами?

С холодом реальности, просачивающимся в моё сознание, ледяной ужас распространился по моему разуму, как паутина мороза.

— Что случилось? — спросил Салем, уткнувшись мне в волосы.

Его сильные руки обхватили меня, притягивая к своей груди, как будто он никогда не хотел отпускать.

И всё же реальность разъедала тёплую связь между нами.

У меня по-прежнему оставалось так много вопросов без ответа.

— Когда я принесла крошечную жертву богу моря, — начала я, — и пролила немного крови в океан, почему это так тебя обеспокоило?

— Боги — мелочные создания, требующие любви, — сказал он. — Требующие, чтобы ты проявила себя. Мелочные и ревнивые, скорее звери, чем ангелы.

Я мысленно вернулась к тому, что он мне рассказывал о сожжённых человеческих жертвах в пещере.

— Но люди приносили тебе жертвы, когда считали тебя богом.

— Ты действительно умеешь убить настроение, не так ли? — прошептал он мне на ухо. Затем, уже более холодно: — Я не могу ответить на этот вопрос. Что есть, то есть, и я уже сказал тебе, кто я такой. Я же говорил тебе, что всё отравляю. Ты же знаешь, что я воплощение разрушения. Я не принадлежу этому миру, и Шахар тоже, — он отошёл от меня и натянул брюки.

Шахар… он уже перешёл к спасению своей сестры. Меня охватило отчаяние.

— Пророчество, видения… моя собственная магия говорит мне, что грядёт полное уничтожение, если ты спасёшь свою сестру. Мне нужно, чтобы ты нашёл другой способ. Нам нужно больше времени.

— Время? Ты хочешь, чтобы я оставил её, мучимую во тьме, лишённую магии, из-за видений и пророчеств?

— Я не знаю, как сказать это, чтобы не показаться бесчувственной, но она там уже сто лет — что такое ещё одна неделя? — возможно, это прозвучало неудачно.

Я схватила своё нижнее бельё с земли и шагнула в него.

Казалось, воздух вокруг нас похолодел.

— У меня есть предназначение, Аэнор, и если я не исполню его в течение нескольких дней, всё будет кончено. И всё начинается со спасения Шахар.

Значит, дело не только в любви к сестре.

— Предназначение, — повторила я.

— И ты сделала всё возможное, чтобы помешать этому. Твоё обольщение не помогло.

— Моё обольщение? — я чуть было не сказала «это ты начал», но это прозвучало бы возмутительно по-детски.

— Ты собираешься и дальше повторять всё, что я говорю? — поинтересовался он.

«Да пошёл ты, Салем».

Одним глазом я увидела свою юбку и подхватила её с земли. О чём я только думала? Он прав. Он никогда не лгал о том, кем являлся. Он был олицетворением разрушения — хаос и смерть, воплотившиеся в одной прекрасной мужской форме.

Разве он когда-нибудь притворялся, что это не так?

Глаза Салема сузились, когда он увидел, как я сунула руку в карман и потянулась за морским стеклом, чтобы убедиться, что оно там. Он понял, что я держу оружие под рукой. Ничего не изменилось. Мне всё равно придётся убить его, если он не послушает меня.

Я глубоко вздохнула, оглядываясь в поисках рубашки. Моя миссия здесь совсем чуточку отклонилась от плана. Мои мысли в этом заколдованном лесу совершенно спутались до такой степени, пока я действительно не поверила, что с ним я в безопасности, что я принадлежу ему.

На самом деле всё как раз наоборот.

— Не знаю, о чём я думала, — я указала на дерево, возле которого мы сплетались воедино всего несколько мгновений назад. — Что только что произошло? Всё дело в вине. И в празднике тоже. Ничего больше. Я ничего не чувствую к тебе.

— Конечно, Аэнор. Всё дело в вине, — его голос звучал холодно, когда он расправил крылья за спиной. Он посмотрел на меня сверху вниз ледяными глазами. — Мы всё ещё смертельные враги. Ни о чём другом я и мечтать не мог.

Я недовольно уставилась на него, натягивая рубашку. Мороз пробежал по моей груди.

— Я остановлю тебя прежде, чем ты доберёшься до клетки.

Его губы изогнулись в смертоносной улыбке.

— Тогда тебе понадобится вся помощь, которую ты сможешь получить, — Салем сорвал кольцо со своего пальца и схватил мою руку, чтобы надеть украшение на мой палец.

Мне показалось, что я увидела вспышку боли в его глазах, когда они сменили цвет с кораллового на голубой. Это была какая-то мрачная свадьба, церемония, пронизанная предательством.

— Дело вот в чём, Аэнор: я больше не уверен, что нуждаюсь в тебе. Ты исцелила меня, и, учитывая, сколько раз ты смотрела на замок, я могу только предположить, что он там — в подземельях, куда доходит вода.

Когда я сунула руку в карман, мне показалось, что пустоту в моей груди выдолбили зазубренным камнем.

«Сделай это, Аэнор».

Но моя рука как будто не двигалась, чтобы выполнить свою задачу. Лёд выстудил мою кровь, когда крылья распростёрлись позади Салема, сверкая в огненных сумерках. Мне наконец удалось выхватить из кармана морское стекло, но его крылья уже захлопали по воздуху, а глаза устремились в небо.

У меня перехватило дыхание, когда я увидела, как он взмывает в небо, пролетая сквозь листву.

Моё сердце разлеталось на мелкие кусочки.

Дополнительная магия от кольца хлынула по венам ошеломляющим приливом силы, который вызвал у меня желание рвануть через лес. Мне захотелось всё утопить. Теперь же сумерки казались слишком яркими, кричащими. Пение птиц на деревьях было оглушительным, шелест листьев ощущался как чей-то крик прямо в ухо.

Я попыталась контролировать поток магии, сосредоточившись на своей связи с землёй. Я прислонилась спиной к стволу дерева, направляя магию через землю. Эту силу, мою прежнюю силу, полностью вернувшуюся ко мне, было трудно контролировать.

Когда я снова открыла глаза, то заметила мелькнувшие над деревьями крылья Салема.

Когда я взглянула вниз, то увидела, что нимфа с серебристыми волосами смотрит на меня в ярости.

— У тебя была одна простая задача, — произнесла она. — Убить его, а не трахнуть. Ну, то есть, ты могла бы сделать и то, и другое, но самое главное — убить его.

Моя магия вибрировала по всему телу.

— Я просто не могла этого сделать. Это было похоже на какую-то магию.

Ярость полыхала в её глазах.

— Конечно, убить своего наречённого не так-то просто, но ты должна была это сделать. Ты знаешь, что будет, если ты этого не сделаешь.

«Наречённого».

Как будто она ударила меня кулаком в живот и вышибла из меня весь воздух.

Мой наречённый? Безымянный, которого я всегда ненавидела, мужчина, убивший маму…

Мир, казалось, накренился под моими ногами, пока я не перестала понимать, где нахожусь. И всё же это имело смысл.