Карен Ченс - Метка тьмы

Пикси прервала тираду, выполнив свое обещание разрубить голову на две части. Я наблюдала, как две половинки в течение нескольких секунд свободно покачивались каждая на своем конце тонкой цепочки; а затем снова срослись прямо на моих глазах.

— Эй, я уже мертв, забыли? — произнесла голова раздраженно. — Ты можешь причинить мне боль, Тинк, но здесь это ничем ни поможет твоим друзьям. Поэтому нам нужно прийти к соглашению.

— Что ты хочешь? — спросила я быстро.

— Мое тело, конечно. Приведите оттуда тех ведьм, чтобы повернуть вспять заклятие Бокора и вернуть меня.

Я уставилась на сумасшедшую маленькую штуковину.

— Это безумие. Никто не сможет полностью обратить нечто подобное. Даже если бы мы каким-нибудь образом смогли найти ту жрицу вуду, то даже она не сумела бы…

— Я обещаю, — нетерпеливо сказала пикси. — А сейчас отпусти ее.

Голова так стремительно повернулась к ней, как при резком движении шеи, если бы у нее все еще была шея. — Повтори еще раз.

К моему удивлению, она выглядела совершенно серьезной.

— Я заберу тебя в Волшебное царство. Я не могу точно обещать, как ты будешь выглядеть, но ты сможешь обрести тело. Некоторые духи могут обретать там физическое тело.

— Им это удается? — спросил Билли с большей заинтересованностью, что мне не очень понравилось. Пикси проигнорировала его.

Голова замолкла.

— Я должен обдумать это, — сказала она и внезапно перестала двигаться.

— Почему на дне этой штуки написано «сделано в Тайване»? — спросил Билли, всматриваясь в нее с расстояния приблизительно в один дюйм.

Мы обменялись взглядами, Билли не требовалось объяснять, что делать. Он прошел через голову и через несколько секунд снова появился, выглядя при этом жутко злым.

— В ней совершенно отсутствует сознание, Кэсс, не говоря уже о том, что это — пластмасса! Кто-то наложил на нее чары, и она пробуждается только в тех случаях, если кто-нибудь застревает в «смоляном чучеле». Я думаю, что она сигнализирует о тревоге, в тоже время пытается задержать нас достаточно долго, чтобы дождаться тех, кто бежит сюда.

— Тогда, почему она вдруг замолчала?

— Наверное, мы сделали предложение, на которое эта вещица не знала, как ответить.

Я закрыла глаза, и заставила себя успокоиться прежде, чем меня хватит удар, и я сберегу Тони несколько долларов.

— Так, что же нам теперь делать? Мы уже пытались нападать на нее!

— Нам нужно сказать пароль, Кэсс, чтобы освободиться. Иногда это — какая-нибудь вещь, к которой ты должна прикоснуться, или слово. Но здесь полно предметов! Мне потребуется некоторое время, чтобы все их проверить.

— Что происходит? О чем вы толкуете? — настойчиво спросил Джимми.

— Мы думаем, что где-то здесь есть пусковой механизм, или слово, которое может заставить эту вещь освободить меня, — объяснила я кратко. — Голова не настоящая; она активирована чарами.

Джимми выглядел удивленным.

— Ты имеешь в виду, что это не Дэнни?

— А кто этот Дэнни?

— Это отрубленная голова некого парня жившего в сороковых, которую Тони оставил себе. Мы сделали ее моделью для наших брелков для ключей. — У него был раздраженный вид. — Ты хочешь сказать, что они установили одну из тех сувенирных голов здесь? Что даже я не смог отличить ее от настоящей?

Если бы я не застряла, то точно не удержалась и врезала ему, так чесались у меня руки.

— Ты знаешь, что является паролем или нет?

Он пожал плечами, по-прежнему хмурясь.

— Попробуй «банджо». — Как только он произнес это, материя, удерживающая меня на месте, просто испарилась. Я отскочила, хотя в этом не было необходимости, и по инерции шлепнулась на пол своей многострадальной задницей. Джимми схватил меня через решетку и поставил на ноги. — Ты теряешь время!

— Банджо?

— У нас имеются пароли для запретных зон, которые меняются каждые несколько недель. Я утвердил новый список несколько дней назад, и это слово было в нем первым. — Он увидел мою реакцию. — Парни принимались на службу, потому что сильны, а не умны.

— Но почему «банджо»?

— А почему бы и нет? Послушай, я должен придумывать их пару сотен в год, классно? Давным-давно я исчерпал все ресурсы абракадабры. Кроме того, ты никогда не угадала бы его, я прав?

— Мне все еще нужна твоя помощь, чтобы открыть дверь, — напомнила мне пикси, когда я, наконец, нашла кожаный брелок для ключей в пиджаке костюма Джимми. Мои руки дрожали, но было очевидно, что он не сможет сам освободить себя. У кого-то не было при себе наручников, или может им он не нравился больше, чем мне. Но его руки были изувечены, и они были не просто сломаны, а разбиты до такой степени, что ни пальцы, ни суставы, казалось, не работали. Я могла поспорить, что даже если он выберется отсюда, это будет его последней удачей.

— Я стараюсь!

— Не там, где надо, — сказала она нетерпеливо. — Нужная нам дверь находится рядом с клеткой, в которой они держали меня. — Она кружилась вокруг моей головы как крошечный циклон. — У дальней стены. Мои руки слишком малы, чтобы повернуть ту крупногабаритную ручку.

— Еще минутку, — сказала я ей, когда неподатливый замок, наконец, щелкнув, открылся. Джимми вылетел оттуда на всех парах и помчался в направлении вестибюля. Я перевела взгляд с него на настойчивую пикси.

— Следуй за ним, — сказала я Билли. — Я скоро буду.

— Кэсс…

— Просто делай, что говорю!

Билли злясь, покинул нас, а я помчалась открывать дверь, на которую указала крошечная мегера. Я собиралась повернуть ручку и последовать за Билли, но тут мне раскрылся новый вид коммерческой деятельности Тони. Три брюнетки, все приблизительно моего возраста, сидели спина к спине на полу в круге цвета ржавчины. Их руки и ноги были скованы, а рты были забиты самодельными кляпами. Я вытаращила глаза.

— Бог мой. Он теперь занимается работорговлей? — Даже для Тони это было чересчур низко.

— Считай, что да, — ответила пикси, летя к женщинам. Нахмурившись, она повернулась ко мне. — Все намного хуже, чем я думала. Я могу разобраться с кругом, но не смогу освободить их.

Я бросилась на помощь, задаваясь вопросом, есть ли подходящий ключ на брелке Джимми, и тут же врезалась во что-то твердое как стена. С виду там ничего не было, но мой ушибленный нос говорил обратное, а моя защита вспыхнула, заливая золотистым светом комнату. Пикси возбужденно затрещала.

— Глупая ведьма! Это — круг силы! Когда я разрушу его, ты освободишь женщин!

Я отодвинулась назад, и моя защита успокоилась, хотя все еще чувствовала спиной ее тепло.

— Я не ведьма, — сказала я обижено, пытаясь выяснить, был ли мой нос сломан.