Татьяна Шульгина - Право первой ночи(СИ)

  Сумерки сгущались и Ранд не стал срезать путь лесом, опасаясь встретить волков. Дорога до охотничьего домика оказалась неблизкой и Николь уже подумывала о том, чтоб свернуть в ближайшую деревню, но Ранд каждый раз заверял ее, что они почти приехали. Так продолжалось до глубокой ночи, пока вдали и в самом деле не показался огонек. Ранд присвистнул и подстегнул лошадей. Они успели немного отдохнуть и быстро понесли карету к охотничьему домику. Хотя он так назывался, это был вовсе не домик, а трехэтажный особняк, не уступавший по роскоши убранства замку. Хозяин и друзья, часто навещавшие его, любили охоту. Охотничий домик имел несколько гостиных и десять спален для гостей, не считая хозяйской. Тут был свой штат слуг и охрана. Особняк из серого камня был обнесен высоким кованым забором. К дому вела широкая мощеная дорожка.

  Едва копыта застучали по булыжнику, в окнах на первом этаже загорелся огонь. До этого он горел лишь в одном окне третьего этажа.

  -- Кто там?! - крикнул кто-то низким хрипловатым голосом.

  -- Госпожа Николь! Открывай! - ответил Ранд. Ему очень нравилось, что девушка из его деревни стала важной светской дамой, и он не упускал случая покомандовать от ее имени. Сама Николь дрожала от страха, представляя, что скажет граф о таком позднем визите. Ей казалось, что они ехали всю ночь.

  -- Я спрошу господина! - сообщил охранник, но ворота открыл.

  Карета медленно въехала во двор. Ранд спрыгнул с козел и открыл дверцу. Николь не спешила выходить.

  -- Мисс, - позвал он, немного встревоженно. - Вам нехорошо?

  -- Нет, все нормально, - девушка вышла на дрожащих ногах, опираясь на руку парня.

  -- Что-то не так? - шепнул он, придерживая ее за талию.

  -- Не уезжай, хорошо? - попросила она, взглянув ему в глаза. Ей вдруг стало страшно от своего решения, но пути назад уже не было.

  -- Нет, куда ночью-то? - усмехнулся парень, получив от нее узелок с едой. Есть она не могла, волнуясь перед встречей.

  -- Госпожа, - заговорил охранник, пожилой мужчина, прослуживший тут всю жизнь. - Вам придется самой все объяснять.

  Николь вошла в дом следом за старым дворецким. Именно он открывал им ворота, а теперь шел со свечей впереди. Ранд повел карету в сарай позади дома.

  -- Хозяин, наверное, немного выпил и теперь не верит мне, - продолжал старик, шаркая ночными туфлями по деревянному полу.

  -- Почему? - девушка расстегнула дорожный плащ и сняла шляпку.

  -- Не знаю, - старик остановился около двери. - Может, утром зайдете к нему? - попытался он.

  -- Что с ним? - Николь не нравился загадочный тон и хитрый взгляд слуги, который явно недоговаривал.

  -- Ничего, - сказал тот. - Просто совет.

  Николь не стала больше слушать старика, удивляясь, что они с Доу еще не поженились. Пара из них получилась бы идеальная.

  -- Иди к лешему, Альфред! - услышала она недовольный голос графа, едва приоткрыла дверь его спальной. - Джек завтра поплатится за свои идиотские шутки!

  -- Кристиан, - она робко вошла и замерла на пороге. Граф вскочил из кресла, в котором сидел. Он стоял спиной к камину и она не сразу поняла, что он без одежды. Но больше ее поразила темноволосая девица в его постели. Она тоже села, прикрыв грудь одеялом.

  -- Николь? - только и смог вымолвить граф, недоуменно разглядывая ее и даже не пытаясь прикрыться.

  -- Мисс приехала в карете, - доложил дворецкий, тоже протиснувшись в комнату и отрезав Николь путь к отступлению.

  -- Кто это? - спросила она, глядя графу в глаза.

  Кристиан схватил свою одежду, произнося столько ругательств, сколько Николь еще никогда не слышала.

  -- Вон отсюда! - крикнул он девице, застегивая штаны.

  Николь тоже обернулась, но столкнулась с дворецким, все еще дежурившим за спиной, и опять повернулась к графу. Девица вскочила и, прикрывшись своей одеждой, схваченной в охапку, выбежала за дверь.

  -- Спокойной ночи, господин, - дворецкий услужливо выпустил девицу.

  -- Вон пошел! - вне себя от ярости закричал граф приближаясь. Через секунду слуги уже не было в комнате. Николь, решившая выскочить следом, наткнулась на закрытую дверь.

  -- Стоять! - приказал Кристиан и схватил ее за руку. - Теперь уж останься, если пришла.

  -- Отпусти меня, животное! - крикнула в свою очередь девушка, ударив его наотмашь по лицу.

  -- Успокойся, дикая кошка, - он перехватил ее вторую руку, готовую ударить его еще раз, и завел за спину.

  -- Ты еще смел говорить, что любишь меня! - кричала Николь, пытаясь освободиться. Но граф крепче сжал ее руки, прижав девушку к себе.

  -- Неужели ты думала, что я буду ждать, пока ты снизойдешь до меня? - спросил он, почти касаясь ее уха губами, а потом отпустил. Николь, не ожидая этого, не удержалась на ногах, запуталась в подоле длинного платья и, ахнув, осела на пол.

  -- Я не мальчик, чтоб по ночам мечтать о твоем благосклонном взгляде, - продолжал он, подойдя к двери и запирая ее на ключ.

  -- Ты низкий, подлый человек, - шептала Николь, сидя на полу и чувствуя подступающие слезы.

  -- Почему? - он подошел и холодно смотрел на нее сверху.

  -- Ты обманул меня, - ответила она. - Предал.

  -- Как? - поинтересовался граф.

  -- Ты развлекаешься, в то время как я... - Николь осеклась. Она не могла сказать, что мучается мыслями о его истинной природе. Тогда пришлось бы признаться в том, что она подозревает его и состоит в сговоре с его братом.

  -- В то время как ты тешишь свое самолюбие, - продолжил он. - Довольна собой?

  -- Я не понимаю тебя, - она встала и хотела уйти, но Кристиан схватил ее за локоть.

  -- Ты знаешь, что я люблю тебя, - сказал он таким тоном, словно это было ему неприятно. - Знаешь и все равно отталкиваешь, хотя сама с ума сходишь по мне.

  -- С чего ты взял? - гордо вздернув подбородок, ответила девушка.

  -- Зачем ты приехала сюда? Ночью? - спросил он, и глаза его недобро сверкнули. В свете камина они казались черными, а лицо наоборот стало бледнее обычного. Николь вспомнила слова Джонатана, и ей стало по-настоящему страшно.

  -- Да, я люблю тебя, - тихо ответила она. - Я приехала, чтоб сказать это. Но теперь рада, что не успела.

  -- Тебе не в чем винить меня, - Кристиан отпустил ее руку и отошел. Он встал лицом к камину, сложив руки на груди. - Ты ясно дала понять, что между нами ничего не будет, - продолжал он каким-то глухим чужим голосом.