Лиза Смит - Странная способность

Сам Габриэль был... тревожным. Тревожащим. Он принимал такое положение вещей не очень хорошо.

Для Кейтлин, хоть эта близость и была странной и пугающей, она так же была восхитительной. Девушка за свою жизнь ни разу не чувствовала такой близости с другими людьми. Сверкающие энтузиазмом мысли Льюиса, прохладная безмятежность мыслей Анны — это было здорово. А близость с Робом была фактически мучительным удовольствием.

Но для Габриэля это все было пыткой. Он проводил каждую минуту своего свободного времени, читая журналы и книги, пытаясь найти способ разорвать сеть. Он убедил Джойс, что он просто был заинтересован в исследовании своего дара, чему она была только рада. Она даже позволила ему ходить в библиотеку и брать больше книг и журналов. Но он не находил ничего полезного. И каждый день, снова не найдя, он все дальше отдалялся от остальных. Он научился телепатически отгораживать себя, и Кейтлин едва могла ощущать его присутствие.

— Мы пытаемся не лезть к тебе, — сказала она ему.

И это было правдой, они пытались, потому что все они были обеспокоены.

Казалось, Габриэль все больше и больше копил в себе напряжение, как что-то, готовое вот-вот взорваться.

Во вторник, через неделю после установления телепатической сети, Джойс снова тестировала Кейтлин  электроэнцефалографом. Кейт, в свою очередь, ждала этого.

— Я думаю, она применит его, — сказала она Робу. Они неплохо научились отправлять сообщения конкретным людям.

— Я могу зайти в любое время, когда захочешь, — ответил он. — Но что ты хочешь, чтобы я сделал? Просто попытался понаблюдать за ней?

Кейт размышляла над этим, пока выполняла инструкции Джойс: сесть и закрыть глаза.

— Нет, если есть что-то, что она не хочет, чтобы ты увидел, она не позволит наблюдать. Не мог бы ты отвлечь ее, когда я попрошу? Всего на минутку?

— Конечно, —  просто ответил Роб.

Сейчас, когда Марисоль не могла ей помогать, Джойс вообще перестала проводить эксперименты с Габриэлем и обычно отправляла Роба и добровольца в заднюю лабораторию, в то время как остальные тестировались в передней. Роб был сейчас там вместе с Фон, девушкой с рассеянным склерозом. Кейтлин чувствовала его — ожидающего, настороженного и бдительного.

— Хорошо. Ты знаешь, что делать, — сказала Джойс, прикрепляя последний электрод в центр лба Кейт. На ее третий глаз. — Я сконцентрируюсь на картинке, а ты расслабься.

Кейтлин пробормотала что-то, сосредотачиваясь на ощущениях от того самого электрода. Холодный. Определенно, холоднее остальных. На лбу было ощущение покалывания.

Когда девушка расслабилась, позволяя разуму погрузиться в темноту, она знала, чего ожидать.

Это пришло. Сначала чувство невероятного давления в голове, затем оно превратилось в ощущение вздутости, как у надуваемого воздушного шарика, а затем пошли образы.

Они мелькали в ее голове со сбивающей с толку скоростью, и она могла распознать только некоторые из них.

Кейт видела розы и лошадь. Она видела мистера Зитса перед секретным дверным проходом. Она видела белый дом с коричневым лицом в окне.

И… неожиданно… Она услышала голоса.

Голос Анны:

— Кейт, я не могу думать. Что происходит?

Льюис:

— Чееееерт.

Роб:

— Просто подождите.

И в то же самое время, к изумлению Кейтлин, она четко могла слышать Габриэля.

— Что за черт? Что ты пытаешься сделать?

Она заставила себя проигнорировать отвлекающие образы.

— Габриэль, а ты где?

— Поднимаюсь по Эксмор Стрит.

Кейтлин была поражена. Эксмор Стрит была в нескольких кварталах от Института. Они выяснили, что их телепатия резко ослабевала на расстоянии. Нечто большее, чем один квартал, и их связь становилась непригодной для ясного общения.

Но Габриэль сейчас был четок, болезненно четок.

— Я позже объясню, — сказала ему Кейт. — Просто попробуй потерпеть это несколько минут»

Затем она сказала Робу:

— Сейчас.

Тут же она услышала глухой стук, а затем голос Фон, кричащий:

— Джойс, о, пожалуйста! Робу плохо!

Кейтлин сидела абсолютно неподвижно и с закрытыми глазами. Она услышала суету с той стороны ширмы, затем голос Анны говорящий:

— Она уходит. Сейчас она в задней лаборатории.

Кейт открыла глаза и протянула руку ко лбу. Маленький электрод легко оторвался, но под ним что-то осталось. Она могла это ощущать кончиками пальцев, что-то приклеилось ко лбу вместе с электродной пастой.

Аккуратно, ее сердце бешено колотилось, она сняла это. Взглянув на предмет, зажатый между ее указательным и большим пальцами, она почувствовала шок от разочарования. Там ничего не было, просто комочек электродной пасты. Поцарапав его ногтями, она увидела, что под слоем пасты было что-то твердое и такое же белое или полупрозрачное, поэтому так трудно было его разглядеть. Предмет был размером и формой как ее маленький ноготок, совсем гладкий и плоский. Он походил на кристалл.

Все это время она могла слышать нечеткие голоса в другой комнате.

Теперь Роб говорил ей: 

— Будь осторожна, Джойс встает.

Кейтлин быстро приклеила маленький кристалл назад, на лоб, и прижала его сверху электродом, молясь о том, чтобы они оба не отлетели.

— Она возвращается, — сообщил Льюис.

— Вот и она, — объявила Анна.

Кейт вытерла предательскую пасту на пальцах о джинсы. Она подняла карандаш с планшетом и начала рисовать. Было совершенно не важно, что именно. Она сделала набросок розы.

Ширма сдвинулась.

— Кейтлин, я отсоединю тебя, — сказала Джойс быстрым обеспокоенным голосом. — Роб свалился от усталости. Я думаю, он переутомился, работая с той девушкой. Анна, Льюис, не могли бы вы помочь дотащить его сюда, до дивана? Я хочу, чтобы он немного полежал.

Кейт не двигалась, сжав пальцы, виновато осознавая, что под ногтями все еще была электродная паста. Она почувствовала облегчение, потому что Джойс, казалось, не заметила ничего необычного с электродом на лбу. Сама же Кейтлин обратила внимание, что Джойс, сняв тот электрод, потянулась к карману на рубашке, будто пряча что-то в руке, а потом убирая.

— Роб, ты в порядке? — спросила Кейт, пока Льюис и Анна помогали ему войти, а Джойс отвернулась, чтобы уложить его на диван.

Кейтлин получила мысленный образ подмигивания.

— Все нормально. Ты увидела что-нибудь?